V4x3 l 1471188135842

Главный редактор «Советского спорта» Николай Яременко отреагировал на письмо нашего читателя из Санкт-Петербурга по развернувшейся на наших страницах дискуссии: что стоит за противостоянием столицы и провинции, да и вообще, где она, футбольная столица?

Всегда отношусь к письмам читателей с восторгом. Когда в детстве читал «Советский спорт» и другие газеты, всегда обращал внимание на рубрики и заголовки типа «Читатель пишет», «Позвало письмо в дорогу» и подобные им. Люди в отделе писем мне представлялись самыми счастливыми: мол, они-то первыми получают возможность прочитать читательские отзывы. Когда году в 1995-м писал для Виктора Гусева в один недолго проживший под его руководством футбольный журнал, он, как бы извиняясь, говорил мне:

- Ты не против, если вот в этом номере, в подборке читательских писем, мы дадим негативный отзыв читателя о твоей статье? Но обещаю, что в следующем номере точно дадим положительный, уравновесим.

Мне, разумеется, было все равно. Но старший товарищ, воспитанный, как и я, в советское время, понимал, что фидбэк (тогда и слова-то такого не знали) – дело нужное и важное.

Хорошо, когда наши публикации вызывают немалую реакцию читателей. Лучше негатив, чем равнодушие. Но на некоторые тезисы из прозвучавшего в письме Максима Умнова я все-таки отреагирую.

Вы говорите про эффективную маркетинговую политику «Зенита» и СКА – ок, тут со многими фактами, как говорится, не поспоришь. Пользоваться неожиданно свалившимся на тебя финансовым счастьем – это эффективная политика? Оставлю за скобками рассуждения о том, что привлекать болельщика на трибуны распирающим от финансового благополучия клубам, куда проще, чем другим – речь не об этом. Другой тезис меня зацепил: аудитория «Зенита» растет за счет клубов из других регионов. Очень спорно, очень.

«Зениту» хочется быть топ-клубом. Европейским никак не получается. Но тогда хотя бы «топ» в российском масштабе. Не более успешный, чем другие, а эдакий клуб с федеральным статусом, клуб, переросший свой городской или даже региональный масштаб. Потому и отношусь к разного рода невнятным опросам (точнее, к их проплаченным результатам) с сомнением: дескать, «Зенит» - клуб, наиболее популярный в России. Успокаивайте себя, баюкайте себя, но зачем другим-то это рассказывать?

Есть история у «Спартака», у ЦСКА, у «Торпедо» (хотя клуба, по сути, не осталось), у «Динамо» (хотя от клуба осталось совсем немножко), но что такое «Зенит»? Клуб, проживший всю жизнь в подвалах турнирных этажей, а то и ниже уровня земли?

Аналогичная история в хоккее. СКА всегда был клубом, куда отправляли доигрывать тех, кто не справился с задачами, кто не оправдал надежд. Это был не клуб Ленинграда – это был именно второсортный клуб.

Не надо про «Томь» говорить. Если бы случился такой же кульбит, как с Питером, если бы в Томске оказались вдруг деньги, админресурс и прочее – то и у «Томи» появились бы дорогие игроки, а вслед за ними – результаты и болельщики на трибунах. Разве не так?

И последнее. Это не претензия. Это скорее оценка. Мне не очень понравилась тональность. От некоторых казенных оборотов письма веет… ну, как бы так сказать корректнее… Ощущение, что это писала какая-нибудь пресс-служба. Просто пытающаяся иногда говорить живым языком. Речь даже не о штампах казенных – ну, как я могу упрекать в этом человека? Скорее о сути. Текст пронизан неким ощущением превосходства Питера над остальными. Не хочу употреблять все эти слова про снобизм и т.п. Я Питер люблю, это милый провинциальный город, очень симпатичный, очень уютный, город, где у меня много друзей. Но в Вашем письме, г-н Умнов, сквозит как раз то желание поучать, о котором я писал в своем предыдущем тексте. «У клубов из Петербурга есть чему поучиться»… Чему? Большим тратам? Я помню, как в 2012 году один весьма себе высокопоставленный министр (говорил мне без включенного диктофона, инкогнито, поэтому не привожу его фамилию, но и он сейчас на вершинах политического Олимпа) говорит мне:

- Вот ты понимаешь, зачем они в «Зените» сейчас Халка с Витселем купили? Вопрос не в том, сотку или не сотку стоило все это. Вопрос в том, что они хотели послать всем месседж: мы можем купить все, мы можем купить вообще кого захотим!

Увы, не так важно, кто произносит такие слова: большой чиновник или автор письма в «Советский спорт»…

Связанные материалы: