Вагиз Хидиятуллин: Мы — мягкие игрушки - Советский спорт

Матч-центр

  • 18-й тур
    перерыв
    Лион
    Монако
    2
    0
  • 18-й тур
    перенесён
    Марсель
    Бордо
    0
    0
  • 30 января 2001 00:00Автор: Неценко Александр

    Вагиз Хидиятуллин: Мы — мягкие игрушки

    "Советский спорт" продолжает повествование о том, как живут выдающиеся футболисты советского времени, имена которых некогда гремели по всей стране. Сначала мы расскажем об игроках московского "Спартака". А в дальнейшем вы узнаете, чем сейчас занимаются ветераны и других московских команд.

    За свою многолетнюю карьеру Вагиз Хидиятуллин успел поиграть в форме семи клубов не только советских, но и французских. Он входил в число неуступчивых и техничных защитников, обыграть которых не удавалось почти никому.

    Свой профессиональный путь Вагиз начал в "Спартаке", где и получил всеобщее признание, но за время футбольной карьеры переходил в клубы, считавшиеся непримиримыми соперниками "красно-белых", — московские "Динамо" и ЦСКА. В 1982 году Хидиятуллин получил серьезную травму, которая могла поставить крест на его увлечении футболом, но это не сломило Вагиза, и, проявив недюжинную волю и характер, он сумел заставить себя вернуться на поле и заиграл еще ярче, чем прежде. А в 1988-м Вагиз проложил дорогу во Францию, где его первым зарубежным клубом стала "Тулуза". По прошествии двух лет бронзовый призер Олимпийских игр в Москве перешел в клуб "Монтобан", а до возвращения в Россию сезон отыграл в "Ля Беже".

    — Во Франции чувствовал себя хорошо, — говорит Хидиятуллин. - Меня там все устраивало, от отношения ко мне болельщиков до руководства клуба. Бытовых проблем тоже не испытывал, но понимал, что совсем скоро мне придется расстаться с профессией футболиста, и поэтому потихоньку готовился к этому в первую очередь морально. Хотелось попробовать себя в роли тренера. Ради этого окончил специальные курсы. Но применить себя не удалось. В московских клубах свободных вакансий не было: в "Спартаке" — Романцев, в "Локомотиве" — Семин, в "Динамо" — Газзаев. Да, можно было уехать в другой город и там поднимать футбол, но я не хотел покидать столицу. Здесь у меня жила семья, которую нужно было содержать, а я только приехал из Франции, и мне было необходимо адаптироваться к жизни в уже новой стране. Считаю, футболистам, и в первую очередь ветеранам, завершившим карьеру, нужна поддержка у себя на родине. Они же прославляли страну и бились за ее честь. Необходимо, чтобы государство всегда помнило об этом. Ведь во всех цивилизованных странах заботятся о своих знаменитостях, а у нас, как это ни грустно, продолжают делать вид, что проблемы не существует. Кроме того, бывшим спортсменам приходится испытывать проблемы бытового характера. Когда ты разъезжаешь по разным городам, то по возвращении домой ты любим и тебя ценят, а когда ты начинаешь больше мелькать перед глазами у жены, конфликты неизбежны. Теперь ты уже находишься в роли "мягкой игрушки". Раньше тебя одевали, обували, привозили, увозили, а теперь ты должен делать все сам. Что касается меня, то я никогда не просил помощи, потому что сам способен заработать на кусок хлеба.

    В настоящий момент являюсь президентом Профсоюза футболистов и тренеров России, который был создан в 1995 году. Пытаемся помогать нынешним футболистам, а также внушаем им, что нужно уже сейчас думать о завтрашнем дне. В ином случае останешься у разбитого корыта. Но профсоюз — общественная организация, и я там работаю на общественных началах. На что живу? Я не хотел бы распространяться об этом, скажу лишь, что моя деятельность никак не связана с футболом.

    Главное для меня было после ухода — не раскисать. Если постоянно думать, что вот, мол, какие мы были великие и хорошие, то нас просто унесет течением в никуда. Да, у меня есть имя, но еще нужно научиться правильно им пользоваться. Пусть ты и знаменит, но достаточно одного неосторожного поступка — и сразу превратишься в изгоя. Поэтому в любой ситуации нужно оставаться человеком, как бы тебе ни было сложно. Сам я стараюсь следовать этому правилу и не припомню, чтобы кого-то сильно обидел или подставил.