Помните песню «И снег, и ветер, и звезд ночной полет, меня мое сердце в тревожную даль зовет»? Так вот она (с незначительными изменениями и на чистом немецком) должна играть в наушниках Михаэля Шумахера по ходу всей гонки. Кроме тех моментов, конечно, когда, оторвавшись от секундомера, он слушает последние новости с фронта от Жана Тодта и Росса Брауна.

ИСКУШЕНИЕ ХОККЕНХАЙМОМ

В самом деле, одних объективных причин для того, чтобы Шумахер не выиграл на этот раз (хотя бы на этот раз, добавят недоброжелатели, вспомнив о том, что из 11 гонок сезона 8 уже в копилке немца), можно было бы насчитать с десяток.

Тут и очередной, пятый подряд по счету «поул» Хуана-Пабло Монтойи, которому уже сам бог велел, как говорится, наконец-то преобразовать стартовое преимущество в финишное. И подъем «Макларенов», которые на этот раз вмешались в борьбу за победу в качестве полноправного члена, а никак не приглашенного гостя. И страшная жара, вполне традиционная, впрочем, для Маньи-Кура, которая значительно увеличила шансы конкурентов на «Мишлене». И наконец, непримиримость господ Брайана Броуфи, Мумтаза Тахинчоглу и Жан-Клода Креспа, которые волей случая оказались главными судьями, назначенными ФИА на французский этап чемпионата мира. Последние решили нещадно приводить букву закона в действие и наказали за одинаковое, причем совершенно виртуальное нарушение аж четырех пилотов из четырех разных команд. В числе последних оказался и Красный Барон.

Более того, была и еще одна причина, несколько субъективная. Сам факт чемпионства не вызывал сомнений уже и у вечного скептика Жана Тодта, однако место и дата получения пятого титула могли оказаться другими. Конечно, Франция ставила бы рекорд самой ранней официальной коронации в процентном отношении хода сезона, да еще и впервые – раньше августа. С другой стороны, об отношении Михаэля к рекордам мы уже говорили, да и Германия попадала еще на июль. Зато в эмоциональном смысле выжженные солнцем трибуны в деревенской глуши далекого Маньи-Кура не могли потягаться для Шумахера с десятками тысяч переполненных пивом и гордостью за земляка соотечественников на мотодроме Шварцвальдского леса.

А это могло бы произойти при финише на втором месте Монтойи или Баррикелло — пилотов, которые как раз обрамляли пока еще четырехкратного на стартовой решетке. Но верный Санчо Пансо вновь пал жертвой разборчиво-капризной электроники «Феррари» перед прогревочным кругом. Правда, буквально две недели назад он и с этой позиции прорвался на второе место, но на этот раз Рубенс и вовсе не смог стартовать — ни с последнего места, ни с пит-лейна. Оставался Монтойя, и он поначалу оправдывал надежды. Более того, лидировал. Правда, только до первого, удивительно раннего пит-стопа «Уильямсов». Затем, оказавшись позади, начал отставать, а резина и регулировки колумбийца в итоге выбросили его и со второго места. Теперь выиграть, но не стать чемпионом Михаэль уже не мог. Другое дело, что он мог и не выиграть, и еще как мог.

В ДЕЛО ВМЕШАЛИСЬ «МАКЛАРЕНЫ»

Штраф за ту самую белую линию неожиданно откинул Шумахера на второе место — в плотное окружение Райкконена и Култхарда. Но Дэвид недолго маячил в зеркалах заднего вида немца, мечтая о повторении легендарной «атаки с жестом» в Аделаиде. Самый быстрый пилот на трассе (на счету шотландца лучший круг) также поехал через пит-лейн из-за белой линии и оставил Кими с Михаэлем в гордом одиночестве. Так что победа не получалась, как не получался и «досрочный» титул. Конечно, профессиональная закалка не позволяла Шумахеру просто сбросить темп и откровенно беречь машину, но и особого давления он также не создавал. Рисковать столкновением в такой ситуации никому уже явно не хотелось. Так бы все, глядишь, и катилось к титулу в Хоккенхайме и первой победе молодого пилота Райкконена в Маньи-Куре.

Так бы и случилось, если бы не одно «но». Райкконен был действительно молодым и неопытным пилотом. А «Аннушка» к тому же разлила масло. Аллергию французской трассы к моторам уже испытали на себе и Вильнев, и Сало, и Трулли, но когда за пять кругов до финиша настала очередь Макниша, Алан умудрился сделать это аккурат на торможении перед Аделаидой. И Кими, увидев желтый флаг, но не увидев желто-красного (по причине отсутствия такого), честно тормозил до упора, то есть примерно до трибуны. А вернувшись на трассу, обнаружил рядом хищный взгляд теперь уже без пяти кругов пятикратного чемпиона, а также его красный борт «Ф-2002» и испытал на себе жесткость реальных гонок. Мечты о первой победе испарились. Шуми же отдавать обратно такой подарок не собирался: одно дело — Хоккенхайм, но победу и титул придется взять здесь и сейчас! Не помогли даже многочисленные протесты Рона Денниса, конец которым в 18.19 по местному времени окончательно положили бравые Брайан, Мумтаз и Жан-Клод.

Правда, все эти переживания практически не вышли за пределы паддока и пресс-центра. Весь мир уже знал, что Хуан-Мануэль Фанхио больше не одинок, и сорок с лишним лет спустя у легендарного аргентинца появился наследник. Который мог выиграть, несмотря ни на что, даже несмотря на свое собственное тайное желание!