Владимир Бесчастных относится к той категории футболистов, которые отвечают на вопросы прямо, честно, не скрывая эмоций. Может быть поэтому, когда мы разговаривали о его житье-бытье в Японии, он, характеризуя условия, которые создали хозяева, раз за разом произносил два слова: «потрясен» и «поражен».

БИЛЬЯРД И АКУНИН ОТВЛЕКАЮТ ОТ ПЕРЕЖИВАНИЙ

— Мы до матча c S-Puse были закрыты на базе, поэтому особого ажиотажа, связанного с чемпионатом мира не ощущали, — говорит Бесчастных. — Но уже игра с местным клубом показала: интерес здесь огромный. Да и болельщики доброжелательные, они нас тепло встретили. Приятные люди.

— Практически безвылазное сидение на базе не раздражает?

— Честно говоря, привык к большей свободе. Российская лига, в этом смысле, меня чуть подкосила. Перед вызовом в сборную тоже не было отдыха. Очень тяжело это переносить. 8 лет поиграл за границей. Там другие порядки.

— Но все это мелочи по сравнению с участием в таком форуме.

— Полностью согласен. Чемпионат мира — это то, ради чего футболист живет, ради чего совершенствуется. Есть много прекрасных игроков, которые в заявке элитных европейских клубах, но никогда не были на таком соревновании. Мы как-то встретились в ресторане с Витей Скрипником, с которым еще в «Вердере» играли. Стал ему говорить: подустал, мол, на сборах. А он мне, не задумываясь: Вова, я тебе по белому завидую и многое бы отдал, чтобы оказаться на твоем месте. Эти слова запали в душу, я сразу перенастроил свою программу, и сейчас уже по-другому смотрю на эту проблему.

— Устаете на тренировках?

— Очень. Утром жарковато, вечером большие нагрузки, за день выматываешься прилично.

— Как отвлекаетесь?

— Книги читаю: Акунина. В бильярд партии гоняем.

— С кем?

— С Андреем Соломатиным.

— И кто чаще побеждает?

— Ноздря в ноздрю идем. Правда, в последние дни я вперед вырвался.

ЗДЕСЬ ЕСТЬ ВСЕ, ЧТО НУЖНО ДЛЯ ЖИЗНИ

— У вас уже были сны о том, как вы играете на полях Японии?

— Нет. Но мысли о предстоящих матчах порой ночью мешают. Начинаешь прокручивать все в голове, и сон пропадает.

— То есть мучает бессонница?

— Бывает. Чтобы мысли переключить, не думать об игре, успокоить нервную систему, читаю книги. На матч надо выходить отдохнувшим.

Как Япония?

— Для нас все страны одинаковы. Мы только через стекло автобуса знакомимся с местным колоритом. А хотелось бы все-таки воочию посмотреть на местные достопримечательности.

— Что-то конкретно?

Например, многие рассказывали о сумасшедших двух-трехэтажных развязках на дорогах в крупных городах. Интересно, как это выглядит. Да и вообще я в Японии первый раз, многие говорят, что страна очень отличается от всего остального мира.

— А получится выбраться?

— Надеюсь, предусмотрены какие-то экскурсии. Но для этого нам надо выйти из группы. Тогда, может быть, получим передышку.

— Думаю, вы бы согласились на обзорную экскурсию — если она будет одна — после финального матча.

— Очень сложный чемпионат мира. Все сборные удивляют хорошей готовностью.

Мы раньше после неудач в матчах с не самыми сильными соперниками оправдывались: мол, все научились играть в футбол. Но при этом, наверное, немного лукавили. Теперь эти слова соответствуют истине на 100 процентов. Ни одна команда не попала сюда случайно.

— Вас удивил возросший средний уровень участников?

— Я ожидал, что предстоят непростые игры. Если десяток лет назад успешное выступление Туниса или Японии могли отнести к сюрпризам, то сейчас, при любом результате, вряд ли кто-то скажет о нем, как о неожиданном.

— Каким вы видите расклад в нашей группе?

— Сейчас сложно что-то прогнозировать. Надо дождаться первого матча и после него давать предварительную оценку. А если удастся выйти в 1/8 — там лотерея.

Япония — фаворит только по одной причине: они хозяева. Все остальные команды равны. Я видел матчи Японии, Туниса, Бельгии. Бельгийцы поразили игрой в защите с французами. Они почти ничего не дали им создать, и проводили очень умные контратаки.

В Японии футбол тоже развивается быстрыми темпами. Посмотрите на базу, где мы живем. У нас таких не было, нет и не знаю, будут ли. Ничего в ней лишнего, и в то же время есть все. Даже в Америке подобного не встречал. К тому же японцы просто поразительно гостеприимны. Улыбаются во всех странах, но здесь уровень радушия превосходит все мыслимые границы. Идешь, а тебе кланяются даже полицейские, которые охраняют здание.

— Это чересчур.

— Они делают все тактично. Никогда не навязываются. Если ты попросишь, они помогут. Сами на глаза не попадаются. Хозяева турнира сделали все, чтобы мы себя комфортно здесь чувствовали. Даже поле, которое какие-то хулиганы испортили перед нашим приездом, они успели восстановить. У нас как-то приличный дождик был, и меня потрясло: поле осталось таким же, совершенно не скользили, дерн держал.

Оснащение базы: турецкая сауна, финская сауна, бассейн, джакузи на 7 мест. Просто потрясающе.

— Представляю, как вы по вечерам зависаете в этом джакузи и балдеете.

— Долго в ваннах засиживаться нельзя. Мышцы очень расслабляются. Если они будут расслаблены — большой риск получить травму.

Правда, здесь такая медицинская аппаратура — мертвого поднимет, наши врачи просто в шоке. И даже написали благодарность японским коллегам.

В общем, если на чемпионате мира 1994 года в Америке у нас были нарекания по некоторым моментам, по тому же питанию, то здесь не к чему придраться.

СУШИ ЕЩЕ ПОПРОБУЕМ

— Наверное, питание здесь качественное во многом благодаря повару из России.

— Спасибо ему за вкусные блюда, но замечу, что продукты ему поставляют с местных «складов», и они очень высокого качества. Потом он же не может все готовить сам, иначе бы просто из кухни не вылезал. Значит, помощники у него очень хорошие.

— Знаменитые японские суши пробовали?

— В Москве часто посещаю японский ресторан. Здесь же пока не до таких экзотических блюд. У нас другие задачи. Суши мы еще успеем попробовать.

Я приверженец дисциплины и ем то, что предложено доктором. Питание планировалось ни один день, все по системе.

— Вы, судя по вашим ответам, живете по системе, строго придерживаясь установок. И отдыхаете по системе?

— У меня опыт большой, и я, примерно, знаю, как строить свой день. Но если какие-то вопросы возникают, обязательно консультируюсь у Василькова и Орджоникидзе.

— А с женой?

— Она осталась в Москве: слишком переживает за меня, когда сидит на трибунах.