Все родители мечтают, чтобы их ребенок был счастлив, нашел себя в жизни, не повторил ошибок своих пап и мам. Наилю Измайлову, отцу восходящей звезды российского футбола Марата Измайлова, похоже, удалось осуществить задуманное. Как-то раз Наиль дал себе слово, что сделает все для того, чтобы его сын стал одним из лучших футболистов страны. Но вряд ли ожидал, что это произойдет так скоро. Обрушившаяся на молодого игрока «Локомотива» слава не обошла стороной и его отца.

– Я горд за его успехи, за то, что сам вложил столько сил в Марата, – говорит Наиль. – Ведь у меня, увы, не получилось самому пробиться в большой футбол. Слишком много ошибок совершил по молодости. Только Марат встал на ноги, я подарил ему маленький мячик, с которым он ходил по квартире. А потом купил большой, но легкий мяч. Я садился в кресло, а сынишка лупил по нему что было сил. И очень радовался, когда этот воздушный пузырь летел вверх. «Без жертв» не обошлось. Первой стали часы-кукушка над креслом, а дальше вазы, графины, тарелки. Жена ругалась, что мы столько посуды разбили в доме.

С детства мой Марат знал всех сильнейших футболистов. На их примере я показывал сыну, чего можно добиться в футболе. Мне очень нравился Марадона. Не как человек – как футболист. Посмотри на него, говорю, маленький, щупленький на вид, а сколько всего умеет: как здорово видит поле, какие изумительные, удобные для партнеров пасы отдает. Да и наглости спортивной ему не занимать. Марат тогда, конечно, еще не понимал, кто такой этот великий аргентинец, хотя я постоянно включал ему кассеты с футбольными матчами, в которых блистал Диего. И недавно мне Марат признался: «Пап, а я перед каждой своей игрой ставлю кассету с Марадоной». Он вообще очень любит аргентинский футбол.

Когда Марату исполнилось три года, я начал брать его с собой во двор, где гоняли мяч старшие ребята. Он тогда смотрел на папу, который, как угорелый, носился по полю, страшно переживал за меня. А я в свою очередь все думал: когда же он вырастет и составит мне компанию в атаке?.. И чтобы Марат побыстрее учился играть, все свободное от работы время посвящал ему: показывал финты, приемы. И Марат все удивительным образом впитывал и, когда подрос, в игре со старшими ребятами пытался их исполнить. Несмотря на приличную с мальчишками нашего двора разницу в возрасте (3–4 года), Марат (и это бросалось в глаза) лучше других соображал на площадке.

И вот настала пора пристроить сына в спортивную школу. Куда бы мы ни приходили, Марата отбирали одним из первых. Но с выбором мы не спешили. Первой школой, давшей объявление о наборе мальчишек, была ФШМ. Она находилась на другом конце Москвы. Но так как в других футбольных школах отбор проводился на год позже, ничего не оставалось. А потом Марат привык к ребятам, с которыми провел целый год. Так там до выпуска и доиграл.

Марату повезло, конечно, с тренером. Николай Растегаев не просто хороший наставник, но и отличный человек. Мне особенно нравилось, что он позволял своим мальчишкам получать удовольствие от футбола, не замыкал их в каких-то тактических рамках. А это, считаю, главное. Увы, многие тренеры зациклены на результате и тем самым не дают мальчишкам раскрыться, научиться самостоятельно думать на поле, импровизировать.

А я сына всегда учил, чтобы из любого эпизода на поле он выжимал максимум возможного. И если партнер оказывался в лучшей позиции, чем он, без промедления отдавал ему пас. Но также говорил, чтобы никогда не боялся брать игру на себя, как это делают аргентинцы и бразильцы. И вот в одном тренировочном матче Марат несколько раз «пожадничал». Тренер после игры спросил, почему он не отдавал мяч стоявшему в более удобной позиции партнеру. На что Марат ответил: «А зачем отдавать передачу человеку, заведомо зная, что он загубит верный момент?»

Безусловно, много дали Марату игры в хоккейной коробке. Вот где он мог позволить вытворять с мячом все, что угодно. Уже в тринадцать лет у него практически невозможно было отнять мяч, так хорошо он научился ставить корпус. А потом – футбол зимой. Помню, завалит нашу коробку снегом так, что ноги вязнут. Устоять очень сложно. Особенно таким легким ребятам, как мой сын. Вот в таких условиях Марат и учился, как сейчас говорят в футболе, «цепляться за мяч». Упадет – встанет – опять упадет, но с мячом не расстанется. Эта неуступчивость сохранилась, если вы заметили, и по сей день.

После каждого матча мы проводим в семейном кругу «разбор полетов». Эта традиция сложилась у нас еще тогда, когда он поступил в футбольную школу молодежи. Я его никогда не ругаю, а, наоборот, указываю, в каком моменте необходимо было поступить так, а не иначе. А сейчас Марат такое «выдумывает» на поле, что только диву даешься, какое он выбрал продолжение атаки. Нестандартность в игре отличала Марата еще в ФШМ. Там они на пару с Кареном Оганяном (выступает за «Торпедо») разворачивали атаку так, что защитники не знали, кого держать, какую зону прикрывать. Конечно, жаль, что мальчишки оказались в разных командах. Карен ведь один из лучших друзей Марата, на поле они понимали друг друга с полуслова. И Карен, когда звонит нам домой, всегда с сожалением говорит, как не хватает ему точных пасов моего сына: «Вы разорвали одно сердце».