ФУТБОЛ
ВСТРЕЧА ДЛЯ ВАС

В конце прошлой недели Дик Адвокат, возглавляющий сейчас сборную Бельгии, принял голландский «Алкмар», которому будет помогать до конца сезона. На днях экс-наставник «Зенита» дал первое большое интервью в новом качестве – «Советскому спорту». Беседа, длившаяся больше двух часов, в основном касалась славного прошлого Адвоката в Санкт-Петербурге…

В «АЛКМАРЕ» ЖДАЛИ АДВОКАТА И… «ГАЗПРОМ»!

– О, какие гости! – улыбчивый и подвижный Дик вскакивает из-за стола своего офиса на стадионе в Алкмаре и жмет руку корреспонденту «Советского спорта». – Что нового в России? Как там любимый «Зенит»? Как погода?

Первые минуты нашей теплой встречи в роли журналиста скорее выступает Адвокат. Но, немного удовлетворив информационный голод, Дик меняет роль: «Давайте-ка я покажу вам стадион. Он очень уютный и симпатичный».

Адвокат берет в руки увесистую связку ключей, и мы отправляемся на небольшую экскурсию по «АЗ-Штадион». Уют и многофункциональность арены поражают – прижимистые голландцы умудрились с легкостью уместить на стадионе не только два ресторана, бар, но и магазин клубной атрибутики. Дик в «Алкмаре» всего неделю и немного путается в этажах и дверях, но ему явно по душе, после полугодичного перерыва, возвращение в бурную клубную жизнь. Да и инфраструктура действующего чемпиона Голландии на порядок выше, чем у любого из российских.

– Это пока, – возражает мне Адвокат. – Вот когда «Зенит» закончит строительство «Газпром-Арены», европейцы будут разевать рот от восторга, как вы сейчас!

– Кстати, о «Газпроме», – Дик открывает дверь кабинета на первом этаже. – Сейчас я вам покажу, какими подарками меня встретили в «Алкмаре»…

Адвокат достает из ящика своего стола красно-белую майку голландского чемпиона, на которой на месте названия обанкротившегося недавно банка красуется надпись «Gazprom».

– «Алкмар» переживает не лучшие времена. Мы потеряли титульного спонсора, зимой придется забыть об усилении состава. Вот руководство клуба то ли в шутку, то ли всерьез понадеялось, что вместе со мной в клуб придет и крупнейшая российская компания. Неподалеку от Алкмара «Газпром» развернул свой бизнес на побережье, поэтому надежды клуба небеспочвенны. Но пока дальше шутки дело не пошло.

«КАК Я ПОНЯЛ, ЧТО МНЕ РАНО НА ПЕНСИЮ»

Изучив все закоулки «АЗ-Штадиона», мы, наконец, усаживаемся в баре, предназначенном исключительно для футболистов «Алкмара». Он ничем не отличается от любого другого паба, разве что простому смертному сюда хода нет. Адвокат заказывает себе чай, я включаю диктофон…

– Дик, в ваши годы тренеры все больше выбирают местом работы национальные сборные или уходят на пенсию. Что вас заставило снова броситься в омут клубного футбола?

– Когда я покидал «Зенит», то рассуждал, как вы сейчас: пришла пора существенно сократить «дозу» футбола в своей жизни и переключиться на другие вещи, не менее важныесемью, близких… Но потом понял, что пока не могу жить иначе.

Недавно в Голландии умер известный певец, и по телевизору показали документальный фильм о его последних днях – он сидел в инвалидном кресле посреди дома для престарелых, и только его глаза двигались то вправо, то влево, провожая взглядом хлопочущих докторов. Эти кадры и заставили меня задуматься: «Эй! Слишком рано мне заниматься «чем-то еще». У меня достаточно энергии, чтобы еще поработать в футболе. И если есть возможность, надо продолжать!». К счастью, скоро появился вариант с «Алкмаром», который представляют очень приятные и целеустремленные люди. С федерацией футбола Бельгии тоже была устная договоренность, что до старта нового отборочного цикла я оставляю за собой право поработать в клубе. Так что бельгийцы пошли мне навстречу.

– Вы выглядите очень бодрым и энергичным по сравнению с последним годом работы в «Зените»…

– В Санкт-Петербурге я три года прожил в одиночку, без семьи. Каждый новый день начинался и заканчивался по одному сценарию: я просыпался в отеле в центре города, завтракал, садился в машину с телохранителем, ехал в клуб, работал, потом возвращался в отель. Иногда мог немного прогуляться по центру. И все. Здесь, в Голландии, я каждый день возвращаюсь после работы домой, к семье. И это, конечно, не может не добавлять душевных сил. Когда весной президент «Зенита» Дюков сказал мне, что клуб хочет продлить со мной контракт еще на два года, я ответил, что это невозможно – я ведь к тому моменту уже почти три года был вдали от родных, в плотном графике. Дюков несколько раз потом переспрашивал, не передумал ли я, убеждал остаться. Такое отношение не может не подкупать. Но я был вынужден сказать, что ухожу в конце года.

«ПОЧЕМУ «ЗЕНИТ» ЗИМОЙ НЕ КУПИЛ ИГРОКОВ»

– В чем была главная ошибка Адвоката?

– Я готов говорить откровенно практически обо всем. Все совершают ошибки, и я — не исключение. Но убежден, что просчет допустило и руководство «Зенита», не прислушавшись вовремя к моему совету и не купив необходимых игроков.

– Мне кажется, вы ошиблись, оставшись еще на один сезон, хотя в душе уже понимали: предстоящий год станет для вас последним в «Зените».

– О своем решении покинуть клуб я сообщил в мае, а нужных игроков мне не купили в январе. Считаю, что необходимость в покупках именно зимой была очевидна. Клуб лишился Аршавина, Тимощук в последние полгода своего пребывания в «Зените» уже мыслями был в «Баварии», Погребняк тоже изъявлял желание уйти. А я считаю, если игрок надумал менять клуб, своей нынешней команде он уже не помощник.

– А был ли «Зенит» готов тратить, не продав всех, кого нужно?

– Конечно! Зимой руководство сообщило мне, что на трансферы выделено 25 миллионов евро. Но при мне клуб не потратил и половины из этой суммы, из чего я делаю вывод, что в тот момент трансферную политику в «Зените» доверили уже не главному тренеру, а кому-то другому. Кому? Догадайтесь сами. Думаю, эти же люди и «помогли» меня уволить. Кое-кто из игроков тоже участвовал.

– Доработай вы в Санкт-Петербурге до конца сезона, «Зенит» смог бы финишировать выше третьего места в чемпионате?

– Думаю, нет. Многое было упущено в первый отрезок сезона. Но зато я на сто процентов уверен в том, что «Зенит» до сих пор продолжал бы борьбу в еврокубках. Хотя ни в чем не хочу упрекать Давыдова. Третье место по итогам чемпионата – хороший результат для тренера, который еще вчера руководил дублем. Он классно доработал сезон.

«ПОЧЕМУ ВОЗНИК КОНФЛИКТ С КОРНЕЕВЫМ»

– Дик, как-то еще в бытность тренером «Зенита» вы пообещали: «Когда уйду из клуба, скажу, почему отказался от услуг Пюйгренье». Теперь скажете?

– А почему нет? Все очень просто – Себастьен оказался хорошим парнем, но, к сожалению, неважным защитником. Форварды его легко проходили, Пюйгренье не хватало мобильности.

– Ваш селекционный просчет?

– Моей ошибкой было то, что я дал добро на его покупку. Я просил купить не Пюйгренье, а хорошего центрального защитника. Клуб подыскал кандидатуру, а я — ее одобрил. Проблема заключается в том, что нам, тренерам, зачастую не хватает времени, чтобы как следует отсмотреть потенциального новичка. Вот и приходится верить не собственным впечатлениям, а видеонарезкам, которые часто содержат самые удачные эпизоды с участием игрока, а все его

минусы оставляют за скобками. Или агентам, которые преследуют корыстные цели. Так случилось и с Пюйгренье.

– Что же такого «криминального» обещал рассказать о покупке несчастного француза Игорь Корнеев во время вашего с ним летнего конфликта?

– До сих пор не имею ни малейшего понятия! Вообще, самое скверное, что может сказать один человек о другом: «Я знаю о нем кое-что, от чего вам всем станет дурно!». Сказать «А», но так и не сказать «Б»! В этом случае в дело включается воображение, и каждый может напредставлять себе бог знает что. Я считаю так – сподобился на откровение, будь откровенен до конца. Корнеев обязан был отстоять свою точку зрения, но не сделал этого.

– Откуда у вас с Игорем вообще возникла эта конфронтация, на какой почве?

– Думаю, как раз из-за моей откровенности и прямолинейности. Когда руководство «Зенита» принимало решение взять Корнеева спортивным директором, я в присутствии Игоря попросил Дюкова не делать этого.

– Почему?

– Изначально именно я рекомендовал Корнеева на должность спортивного директора – Игорь прекрасно понимает игру, знает много иностранных языков и при этом сам — русский. К тому же был игроком – это большое преимущество в работе спортивного директора. Но когда я спросил Корнеева: «Игорь, кем бы ты хотел быть в принципе?», он, ни секунды не раздумывая, ответил мне: «Тренером». А это уже никуда не годится, потому что работа спортивного директора — такое же серьезное дело, как и тренерское ремесло. Ей необходимо посвятить всю карьеру, а не один-два года, как, видимо, собирался сделать Игорь. Поэтому я и порекомендовал Дюкову: «Либо берите Корнеева тренером, либо не берите вообще». Но, к сожалению, в тот момент руководство «Зенита» прислушивалось ко мне не столь внимательно, как в начале нашего сотрудничества.

– Думаю, с вашей позицией не согласятся в «Спартаке», где Валерий Карпин удачно совмещает тренерство и работу гендиректором клуба…

– Согласен, успехи Карпина впечатляют. Но он в первую очередь является гендиректором, а уже потом тренером. Работа футбольного функционера для клуба куда важнее тренерской, потому что тренеры приходят и уходят, а технический директор работает в клубе долгие годы, определяя стратегию его развития.

«СЕБЕ НА СМЕНУ РЕКОМЕНДОВАЛ ГЕРЕТСА»

– Как произошло расставание «Зенита» с вами?

– После матча с «Томью» (0:2. – Прим. ред.) поздно вечером мне позвонил Александр Дюков и сказал, что совет директоров решил приостановить мою работу в клубе. Я ответил: если так будет лучше для «Зенита», я согласен». Вот и все.

– «Зенит» не ставил перед вами условий, когда выплачивал причитавшийся по контракту остаток денег, – мол, Адвокат ни при каких условиях не должен возглавлять в будущем ни один другой российский клуб?

– Нет. Интересно, как вы себе это представляете? Да и потом я сам ни при каких обстоятельствах не буду работать в другом российском клубе. «Зенит» – моя команда, она в моем сердце навсегда. Я не могу предать питерских болельщиков, которые всегда были преданы мне.

– Скучаете по «Зениту»?

– Не могу сказать, что скучаю по российским стадионам. С ними у вас беда. А вот команда и болельщики у «Зенита» шикарные. Я никогда не забуду, как меня провожали в аэропорту и потом, на стадионе после матча с «Насьоналом». Это было невероятно! Команда только что сенсационно вылетела из еврокубков, на улице — мерзкая погода, но болельщики остались на трибунах меня проводить! Кстати, у меня дома есть видеозапись этих проводов. Обязательно как-нибудь пересмотрю ее еще раз – это один из самых трогательных моментов моей спортивной карьеры.

– Какие еще памятные вещи взяли с собой?

– Множество книг о Санкт-Петербурге, из которых самая большая и самая ценная – на английском языке от господина Путина! Дома она стоит на самом видном месте. Еще я привез большие часы со своим изображением в генеральском мундире и на коне.

А с базы в Удельной что захватили?

– Ничего. Правда, часто надеваю строгий выходной костюм из тех, что «Зениту» поставляет один из спонсоров.

Вот до сих пор немного жалею о том, что, когда покидал Питер, толком не попрощался с тренером хоккейного СКА. Вечером перед моим отлетом Барри Смит позвонил, но я не слышал звонка, а потом забыл перезвонить. Смит – отличный мужик, мы часто встречались с ним и Кором Потом в отеле, я ходил на матчи СКА, он был на «Зените». Увы, так.

– Когда вы объявили о своем уходе из «Зенита» в конце сезона, то сказали, что рекомендовали клубу своего преемника. О ком тогда шла речь?

– Об Эрике Геретсе.

– Почему именно он?

– Это очевидно! Геретс – весьма опытный и очень успешный специалист. Он побеждал с ПСВ, «Галатасараем», «Брюгге», «Льерсом». Едва не нарушил с «Марселем» гегемонию «Лиона» во Франции. Эрик знает много языков и легко учит новые. Он отлично ориентируется в футбольном мире, иначе бы не смог сделать чемпионами команды из совершенно непохожих друг на друга чемпионатов. До сих пор не понимаю, почему руководство «Зенита» не прислушалось к моим рекомендациям. Но тут я не в обиде. И желаю Лучано Спаллетти добиться с «Зенитом» больших успехов.

«КАК Я УЗНАЛ О НОЧНОМ ЗАГУЛЕ»

– Почти три года исполнилось той истории, когда перед матчем со «Спартаком» трое футболистов «Зенита» в ночь перед игрой ушли в ночной клуб. Можете рассказать, что случилось?

– Нет. Но дело было не в ночном клубе – это все, что я могу сказать.

– И как вы узнали о том, что игроки нарушили режим?

– Люди рассказали.

– Вы узнали о случившемся еще до матча или уже после?

– После, конечно! Если бы я знал раньше, я бы принял меры до игры. Когда имеешь дело с нарушением командной дисциплины, нельзя ждать и мерить все результатом – мол, сыграли здорово, все прощаю; провалили матч – на экзекуцию! Важно, чтобы все понимали: закон одинаков для всех.

– Как вы сообщили провинившимся о своем решении?

– При всех. Объявил на собрании, что всю троицу ссылаю в дубль. И сказал, что, если случившееся повторится вновь, я отправлю их уже не в дубль, а на вольные хлеба, а эта история станет достоянием общественности.

– Внушение, как гласит история, подействовало…

– Думаю, в этом есть большая заслуга тогдашнего президента «Зенита» Фурсенко, который тоже провел с гуляками разъяснительную работу, помог их одернуть. Через пять дней все проказники пришли просить прощение.

– Не чувствовали потом с их стороны затаенную на вас обиду?

– Если честно, мне по большому счету все равно, что обо мне думают игроки. Я лишь выполняю свою работу. Кстати, скажу интересную вещь: тренер не обязан и не должен знать все темные делишки команды. Потому что, если ты в курсе всего, что происходит, – это опасно.

– Вы тоже живете по этим правилам?

– Безусловно!

– А где предел тренерского любопытства, черта, у которой необходимо остановиться?

– Контроль не должен распространяться дальше футбольных дел. Атмосфера в команде, качество тренировок – если все это находится на должном уровне, то вмешиваться в жизнь игроков не имеет смысла. Отношения между тренером и командой все же должны строиться на доверии – если команда проиграла, тренер должен ее защищать. В «Зените» при мне было именно так. Но все равно всегда надо держать ухо востро.

– Можно определить по утренней тренировке, что футболист делал вчера вечером?

– Разумеется. Если у тебя есть сомнения относительно соблюдения режима, достаточно просто немного увеличить интенсивность и количество нагрузок.

«КАК УЕЗЖАЛ АРШАВИН»

– Расскажите, как прошлой зимой уходил из команды Аршавин?

– Как и любой футболист, который хочет уехать за границу. Андрей прошел с командой предсезонные сборы в Турции и Дубае, а потом уехал в «Арсенал».

– Правда ли что, Аршавин саботировал тренировки, притворяясь, что у него что-то болит, когда он выходит на поле.

– Ерунда. То, что он жаловался на мелкие болячки, – это в шутку. Но Андрей был лучшим в команде на предсезонных сборах. В Турции он вообще тренировался лучше, чем когда-либо! Думаю, Аршавин понимал, что вот-вот уже уедет в «Арсенал», поэтому старался всеми силами набрать форму.

– Правда, что зимой он позвонил вам и сказал, что не будет больше играть за «Зенит», пока не уедет за рубеж?

– Правда, но с одной ремаркой – Андрей сказал мне это в лицо. И я с ним согласился – Аршавин засиделся в России, в «Зените». Переход и смена обстановки стали для него очевидной необходимостью. Как показывает время, мы с ним оказались правы – сейчас Андрей один из лидеров «Арсенала».

– Вы поддерживаете с ним связь?

– Нет.

– А с кем-то из игроков?

– Недавно Тимощук поздравил меня с днем рождения. Это было очень трогательно и весело – Анатолий говорил на смеси английского и немецкого, сказал, что скучает. Тимощук всегда был большим профессионалом и при этом оставался приятным человеком. Вообще у нас была классная команда! Сохрани «Зенит» всех своих звезд зимой да купи пару новых игроков — можно было бы замахнуться на большее, чем Кубок УЕФА. Но, увы, большие футболисты всегда стремятся в топ-клубы. «Газпром» сделал все и даже больше, чтобы сохранить главных звезд клуба, но игроку не прикажешь…

– Кто был в вашей команде душой компании?

– Конечно, Тимощук. Причем везде и всегда – на поле, на тренировках, в обычной жизни. Анатолий был ключом ко всем нашим победам.

«ПОЧЕМУ Я НЕ ВЕРИЛ В ЗЫРЯНОВА И ДЕНИСОВА»

– Любопытно услышать вашу характеристику Зырянову. Специалисты называют его «русским Зиданом», Хиддинк – «чемпионом мира по восстановлению». А кем он был для вас?

– Безусловно, одной из ключевых фигур в команде, ее мотором. Причем так ведь было не с самого начала! Я брал Костю в «Зенит» как игрока лавки – помню, один из последних матчей сезона-2006 мы играли как раз с «Торпедо», которое после поражения со счетом 1:2 вылетело в первый дивизион. Тогда я спросил Сарсанию: «Можем ли мы заполучить капитана этой команды? Такой игрок нужен мне на замену». Но уже после нескольких тренировок в «Зените» Зырянов показал, что на самом деле является блестящим футболистом! Костя – один из таких игроков, которые всегда, как бы ни складывался матч, борются до конца, до последней секунды. Жаль, конечно, что наши пути с ним пересеклись так поздно – когда Зырянову было уже 30 лет. Но он и по сей день является одним из лучших футболистов России.

– «Русский Зидан»?

– Конечно, уровень Зидана – космический. Но по типу футболиста Зырянов действительно похож на великого француза. Считаю где-то и своей заслугой то, что Костя стал играть очень результативно, причем не только в «Зените», но и в сборной. В «Торпедо» он был чистым центральным полузащитником, а у нас стал играть ближе к чужим воротам и раскрылся в новом качестве.

– В сборной и – с вашим уходом – в «Зените» Зырянов действует также на фланге и на месте опорного полузащитника…

– Мне кажется, что команда от этого не выигрывает. Все-таки Костя – креативный игрок центральной оси.

– С Денисовым вы поступили наоборот – отодвинули его из атакующей линии в глубину поля, сделав, по сути, опорником…

– Чем навлек на себя общественный гнев. Никто не верил, что из Денисова может получиться хороший опорный созидательный полузащитник. Но когда я уходил из «Зенита», он был лучшим в России в своем амплуа. Уходя, я сказал ему: «Игорь, прости, но поначалу я не верил, что ты способен играть так хорошо на таком уровне!».

– Но в сборной, согласитесь, Денисов выглядел совсем не так хорошо. Особенно в осенних матчах.

– Я так не считаю. Для меня он – один из лучших в команде. Хотя я и допускаю, что Игорь относится ко мне не самым лучшим образом.

– Почему?

– Потому что Денисов здорово от меня натерпелся, пока числился атакующим полузащитником. Я не верил, что в этом качестве из него может выйти классный футболист. Так что Игорь может смело считать, что сделал себя сам!

«НЕ СЫГРАТЬ ЛИ РОССИИ С БЕЛЬГИЕЙ?»

– Дик, когда вы были тренером сборной Южной Кореи, сколько времени проводили в стране?

– 15 дней месяца я был в Корее, другие 15 проводил в Европе. Причем это была оптимальная формула – на тот момент многие из ключевых игроков сборной уже играли в европейских чемпионатах. Я даже составлял специальный европейский календарь – какие матчи на этой неделе и в какой стране лучше посетить. Все силы уходили на сборную, но я ни о чем не жалею – прекрасное было время!

– Как вы теперь успеваете совмещать работу в сборной Бельгии и «Алкмаре»?

– Очень просто – расстояния между Бельгией и Голландией минимальные, буду ездить. Вот, например, в субботу «Алкмар» играет дома против моей первой профессиональной команды «Ден Хаг». Сыграем, а в воскресенье отправлюсь на машине в Бельгию на матч «Андерлехта» с «Брюгге». В понедельник у «Алкмара» тренировка, а во вторник – очередной матч чемпионата Голландии. Так и буду ездить до конца сезона. Главное – есть желание и силы.

– Не бравируйте, Дик. Я слышал, что вы как-то чуть не заснули за рулем, когда возвращались с тренировки сборной Бельгии поздно вечером.

– Было такое. Но это единичный случай. Я люблю самостоятельно водить машину, поэтому, пока есть силы, к услугам личного водителя прибегать не стану.

– Не могу не спросить напоследок – вас называют возможным преемником Гуса Хиддинка в сборной России…

– Даже не хочу начинать этот разговор! – сразу перебивает Дик. – Сейчас я в первую очередь тренер сборной Бельгии, и федерация футбола этой страны любезно позволила мне поработать в «Алкмаре». Там и так уже немного нервничают из-за всех этих слухов. Поэтому давайте, как в пословице, поживем – увидим. А пока я хочу обратиться к РФС с предложением – 3 марта 2010 года все сборные играют товарищеские матчи. Насколько я знаю, у сборной России пока нет спарринг-партнера. Наши команды могли бы сыграть между собой! Я бы с удовольствием приехал в Россию на товарищеский матч или принял бы русских где-нибудь в Бельгии.

Связанные материалы: