ЛИГА ЕВРОПЫ

РУБИН – ХАПОЭЛЬ – 3:0. Каждый день нового, 2010 года для болельщиков «Рубина» начинался с Интернета – смотрели прогноз погоды. Ртутный столбик упрямо торчал на рекордных минусах. По всему выходило: матч 18 февраля из Казани перенесут в теплые края.

 

Казань. Минус 13. На трибунах было два израильских болельщика, раздетых по пояс. Но они в закаленности проиграли нашим за явным преимуществом.(Фото Руслан Ишмухаметов)

Но чем больше упрямилась погода, тем с большим упрямством руководители «Рубина» говорили: матч состоится при любой погоде. Хотя и упрямству, поговаривали, был предел (эдакий пограничный столбик) – минус пятнадцать. Однако вдруг высказался УЕФА: где написано, что нельзя играть при минус пятнадцати и ниже? Начали листать параграфы – действительно, нигде. И все смешалось в доме казанском! Хапоэлевцы моментально накупили на тысячи долларов каких-то термостойких подтрусников, наушников, курток, носков и, как говорят, по совету зимовщиков в Антарктиде – два килограмма вазелина для смазывания открытых частей тела…

За пару дней до игры звоню в Казань: «Что вы так держитесь за домашний матч в Казани? Не боитесь, что переморозите и игроков, и болельщиков?»

– Да мы-то ничего не боимся! – отвечает работник клуба Н. – Это израильтяне боятся, что будут играть второй матч в гостях. Это же невыгодно!

Футболисты «Хапоэля» прилетели в Казань за два дня до матча, так и не поняв, чего же они хотят больше – играть в такой мороз или не играть, а вернуться в Израиль, потеряв преимущества своего поля. Каким бы ни был приговор судьи – все плохо. Куда ни кинь – всюду клин…

«НАРОД ЗНАЕТ…»

Еду в Казань. Зима в окошках поезда, как с картинки Саврасова: снег белее, чем в Москве, пушистее… Мама положила мне в сумку кальсоны и две пары шерстяных носков (чтобы надевать один на один), на ногах – унты. Ехал, как на Северный полюс. Однако термометр в Казани показывал всего минус восемь, по дороге в гостиницу я взмок, и стало ясно – матч состоится. К тому же его перенесли с девяти вечера на 17.00, «выигрывая» как минимум два-три градуса…

Но таксист по дороге на стадион «Рубина» (тренировочный, для команды) продолжает жить недавними морозами: «Жуткая зима – ни одного потепления. Раньше было проще – взял «чекушку», пошел раздавил на трибуне...»

Про «чекушку» вспомнил и Бердыев на пресс-конференции, отвечая на вопрос о том, как согреться: «Народ знает!». Народ в зале одобрительно захохотал.

Потом была тренировка. И, оказалось, не на снегу, а на земле – тепленькой и даже с зачаточной растительностью. Полуденное солнце било в глаза почти по-весеннему. Однако пятерка журналистов из Израиля выглядела озабоченно, и один из них, Надаб Ценциппер, на ломаном русском выпытывал у «аборигенов», какая все-таки будет температура.

– Очень холодно! – жалуется он мне. – В Израиле сейчас – плюс 35. Мы надеялись, что будем играть в Краснодаре, до самого конца верили. Какой тут футбол! Ведь и «Рубин» – техничная команда – тоже не заинтересован играть на таком поле, да? – он заглядывает мне в глаза.

Я опускаю глаза: «Конечно, не заинтересован».

 

Турок Карадениз (в темном) - наш человек: рейтузы настоящему мужику только мешают. (Фото AP)

КАК СКАЛЬП…

В последние дни только и писали о подвиге на «Центральном» стадионе – как там зимой выращивают на поле траву к матчу. Приближают весну, как в КНДР при товарище Ким Ир Сене (колхозники жгли по заснеженным полям костры, чтобы начать посевную на месяц раньше). И никто не написал о подвиге на стадионе «Рубин», поле которого разморозили одновременно с «Центральным» месяц назад, в жуткие морозы, рискуя корневой системой, – чтобы ребятам было где побегать перед матчем.

– А ведь наше-то поле лучше, чем на «Центральном»! – говорит агроном «Рубина» Азат Нигматуллин. – Уже четвертый день на нем бегают, а трава держится. А на «Центральном» – увидите! – сегодня будет тренировка израильтян. Издерут поле в клочья, потому что корневая система плохо развита. Траву будут снимать слоями, как скальп!

«Скальп» начинают снимать ровно за сутки до игры. Над стадионом метет метель. Ветер использует для нее снег не с неба, а с карниза над северной трибуной. Похолодало до минус тринадцати. Гости (некоторые крякали) выбегают на поле с таким видом, как будто прыгают в прорубь. Около поля скачут и орут гимны другие герои – израильские болельщики. Один, пожилой, в ушанке и кашемировом пальто, разливает из пластиковой бутылочки нечто по рюмашкам. «Вас ист дас?» – спрашиваю я почему-то по-немецки, хотя видно, что это не минералка. В ответ получаю рюмку. Выпиваем за победу. Каждый – за свою.

Подходит переводчик с иврита Стас, и общение переходит с предметного на словесное.

– Люблю «Хапоэль» больше, чем собственную жену! – чуть ли не кричит Давид Маймон. – Из-за жены не поехал бы в эту холодрыгу, а ради «Хапоэля» прилетел! – с такими словами израильтянин щиплет меня за щеку и хохочет. Я в ответ стучу ему по плечу…

– Пальтецо здесь приобрели? – сбиваю щелбаном льдинку с кашемирового плеча.

– Нет, в Италии. И вот наконец пригодилось. В Израиле-то оно годно разве что… спрятать какую-нибудь красивую девушку, – он снова щиплет меня за щеку. – Но вообще-то я думал, что будет гораздо холоднее. Хотя эта штука помогает, – он машет бутылочкой. – Привез с собой наливку – два литра, греческое производство.

А У ВАС В ИЗРАИЛЕ ЛУЧШЕ?

Пальцы, держащие рюмку, начинают терять чувствительность. С уходом солнца температура падает – нет, несется вниз. Израильтяне продолжают «снимать скальп» с поля. На агронома Виктора Цулукия больно смотреть.

– Уничтожают поле! – он машет рукой и идет прочь – глаза бы не смотрели.

Журналисты пытаются доказать Надабу, что и погода футбольная («Барселона» приезжала в такую же, и никто не ныл), и поле по меркам России самое что ни на есть нормальное.

– Нормальное?! – переспрашивает коллега Надаб. – Это?! Нормальное?!

– А что, у вас в Израиле лучше? – вдруг перешел в атаку кто-то из россиян. – У вас же песок, пустыня, трава не растет!

– Даст бог, соберется завтра тысяч пять, – размышляет вслух какой-то работник.

– Больше! – возражает другой. – На «Ракету»-то собираются и в больший холод!

– Но там водку пронести можно…

КОГДА КРЕСЛА СТАНОВЯТСЯ ХРУПКИМИ

Однако надо внести и свою лепту в прославление работников «Центрального», потому как поле не давало отдохнуть от подвигов. В день матча, сняв пленку с газона, агроном Виктор Цулукия увидел… ледяную корку – заледенел конденсат. В полдень после четырех часов работы убрали меньше половины. Агроном за баранкой катка продолжает материть израильтян: «Договаривались ведь, что на половине поля тренировка. Знаешь, что эти хапоэльцы делали? Шаркали специально ногами, чтобы дерн испортить!».

На самом деле поле «убили» не футболисты, а погода. «Снега еще не было, а ударили морозы, – рассказывает главный инженер Евгений Сусликов. – Потом, когда снег растопили, несколько недель средняя температура была минус двадцать пять, поэтому травы и нет. Снег посыпал в начале января, и через четыре дня на поле был полуметровый слой. Месяц убирали. Но сложнее всего было очистить трибуны, ведь при таких морозах кресла становятся хрупкими. Раньше, когда использовали бесплатную рабочую силу – солдат, они портили много кресел. Теперь работали медленно, но аккуратно, без потерь».

ПО ВСЕМ ФИЗИЧЕСКИМ ЗАКОНАМ…

Что первично – дух или материя? После этого матча скажу однозначно: дух. Несколько израильских болельщиков смотрели футбол голыми по пояс! Учитывая климатические условия проживания, вряд ли они были «моржами». По всем физическим законам сидевший справа в ложе прессы иностранец должен был лишиться пальцев ног – он был в кедах. Я косился в ожидании, когда же мужик вскочит и понесется в тепло. Не дождался!

Бердыев весь матч сидит в летнем костюмчике, даже не подняв воротника. Костюмчик, очевидно, пока счастливый – годен для любой погоды. Вообще большинство зрителей выглядели легкомысленно, многие пришли в тесных ботиночках, несовместимых со вторыми носками.

– Где валенки? Тулупы? – спрашиваю одного из «самоубийц».

– Какие валенки?! С работы еду, не успел домой заскочить. Матч-то перенесли!

С огромным флагом «московских драконов» идет в кроссовках Вадим из Москвы. Идет с племянником Володя: «Водку мальчишка пронесет – его обыскивать не будут». Некто Михаил на вопрос, много ли свитеров надел, рванул телогрейку на груди и показал… одну лишь майку: «Нас не заморозишь!». Явно не замерзнут две головы в огромных шапках из нестриженного барана: «Приехали из солнечного Туркменистана болеть за Курбана Бердыева…». Мужики «соображают» на пятерых. Один из них, как кормящая мать дитя, греет на груди поллитровку – только головка торчит из-под воротника. «Приходится «греться» здесь – туда не пронесешь».

«НАТХО, ПРИВЫКАЙ!»

СМИ после матча напишут, что полузащитник Гили Вермут перед матчем сказал: чувство такое, будто предстоит бегать в огромном холодильнике. Смазав физиономии вазелином, а ноги – мазью «Бен Гей», в термомайках и шерстяных наушниках хапоэльцы выбегают на поле «Центрального». Мороз обязывает двигаться. Только вот двигаются гости как-то… мелко. «Рубин» же – размашисто. Впечатление такое, будто на ринге – разновесы. Минут десять «Хапоэль» суетливо бегал вокруг да около соперника, юлил, примеривался. «Рубин» смотрел-смотрел, потом размахнулся и уложил одним ударом. Точнее, было четыре удара (один гол не засчитали). Нокдаун дважды исполнил верзила Бухаров, в этом матче похожий на Эдуарда Стрельцова: бежал на ворота по прямой, сквозь толпу защитников.

Мороз обязывает шевелиться и фанатов. Израильский сектор недолго машет флагами, сникает после второго гола, однако кричит: «Натхо, привыкай, привыкай!» – «шестерке» Биберсу Натхо, играющему почти против «своих» (через пару недель футболист может переехать в Казань). Впрочем, нужен ли он «Рубину» после такой игры?

В перерыве толпа кидается в очередь за чаем – его черпали из двадцатилитровых канистр. Журналисты «оттаивают» в пресс-центре. «Да разве это мороз! – говорит кому-то бывший собкор «Советского спорта» Рустем Кулеев. – В 2003-м был матч в Кемерове при минус сорока двух. 22 мяча полопались! Они же пластиковые. Когда ребята начали раздеваться на трибунах по пояс, то стали потеть. Смотрели друг на друга с ужасом. Вот так организм после выпивки отреагировал на мороз…»

В перерыве я нахожу старого знакомого Маймона: обнялись, теперь уже я его угощаю. Судя по жадному глотку, Маймону так и не удалось пронести на «Центральный» свою «дозу».

Хотя бутылочек на трибунах оказалось немало – после третьего гола (Семака) они появляются справа и слева. Согласитесь, пить за победу (а в ней никто уже не сомневается) гораздо приятнее, нежели просто сугрева ради. После матча игроки снимают майки для обмена. А под трибуной двое парней снимают башмаки: один растирает онемевшие пальцы, другой бьет отмороженной пяткой по бетонной стене.

«ОНИ НАС ЗАМОРОЗИЛИ, А МЫ ИХ ЗАЖАРИМ!»

На пресс-конференции Эли Гутман, сказав дежурное «не хочу жаловаться», тем не менее жалуется: «УЕФА был неправ, дав «отмашку» на матч». Такого же мнения и «резервный», якобы сказавший Гутману: «Будь на нашем месте «Барселона» или «Милан», матч вряд ли бы состоялся». В заключение Эли говорит с угрожающими нотками: сегодня, мол, «Рубин» нас заморозил, но через неделю мы их зажарим – температура в Израиле плюс сорок.

Последнее испытание – смешанная зона. Журналистов и футболистов «смешивают» на морозе, для виду накрыв тентом. Израильтяне идут первыми, поигрывая желваками, даже не переодевшись. Десяток болельщиков поют им славу без всякой оглядки на разгромный счет. Кроме своих болельщиков, израильтяне из-за языкового барьера никому не нужны… Впрочем, есть один «без барьера» – Зураб Ментешашвили, играл за «Шинник» в 2006-м.

«Погода ужасная! – почему-то улыбается Зураб. – Это все я уже проходил, но ребята, конечно, страдали. Некоторые надели по двое носков, вазелином намазались. Многие ошибки совершили, думаю, из-за холода».

«Были у меня матчи и похолоднее! – это уже наш Семак, набравший в матче два очка (гол + передача). – В Самаре однажды играли на жутком мерзлом поле, в Москве, на той же Песчаной, когда подогрева не было. По нынешним меркам, играть вообще было невозможно. А что делать? Замерзли сегодня? Конечно, замерзли, но кто же вам это скажет!»

Рубин (Россия) – Хапоэль (Тель-Авив, Израиль) – 3:0 (2:0)

Голы: Бухаров, 14 – 1:0, Бухаров, 23 – 2:0, Семак, 69 – 3:0.

Рубин: Рыжиков, Калешин, Салуквадзе, Навас, Ансалди, Карадениз (Горбанец, 88), Муравски, Семак, Нобоа, Рязанцев (Касаев, 40), Бухаров.

Хапоэль: Эньяма, Бондарв, Дуглас Да Силва, Бадир, Шиш, Вермут, Ментешашвили (Зехави, 46), Ядин (Де Риддер, 75), Натхо, Шехтер, Лала (Маре, 46).

Предупреждения: Рубин – нет. Хапоэль – Ядин, 29, Бондарв, 37, Шиш, 79, Де Риддер, 87.

Судья У. Коллам (Шотландия).

18 февраля. Казань. Стадион «Центральный». 8000 зрителей.

Ответный матч – 25 февраля.