Анатолий Тимощук рассказал, как он стал капитаном «Зенита», какой язык он учит в клубе и почему он не поехал в киевское «Динамо», сообщает «Газета».

- Анатолий, у вас были предложения из европейских клубов, но вы выбрали «Зенит». Что становится определяющим фактором при выборе команды?

- Я знаю много примеров, когда футболисты отказываются ехать играть в Россию за большие деньги, когда узнают, что за команду, приглашающую их, болеют несколько сотен человек и играть придется на полупустом стадионе. Решающим моментом в выборе становится и участие в еврокубках. За меньшие деньги едут в европейские клубы с большей перспективой.

- Количество зрителей, приходящих на футбол, настолько важно? В Донецке и в Питере стадионы всегда полные, а в последнем матче с ЦСКА в Москве пришло всего 20 тысяч. Это вас расстроило?

- От игры с ЦСКА я ожидал большего. Прежде чем принять предложение «Зенита», я узнал о болельщиках, какие они, сколько их ходит на стадион, как они болеют. Для меня все это очень важно, когда с самого утра весь город бело-синий, все с флагами в предвкушении игры. Я играю в первую очередь для зрителей.

- Насколько трансферная стоимость отражает реальные возможности футболиста? Цена, которую за вас заплатили, значима для вас и ваших коллег?

- Нет, к этим цифрам никто серьезно не относится. В основном в сборной ребята шутят: «Вот 20 млн пошли». У всех разные ситуации, кто-то сам ищет варианты, кто-то работает с агентом - кому как повезет. Окружающие любят считать чужие деньги. Все говорят, сколько «Зенит» потратил денег, но не говорят почему-то, сколько денег потратил «Локомотив».

- В ваших словах слышится дух игрока, болеющего за свою команду. Насколько вам удалось пропитаться духом «Зенита»?

- Я пробыл в команде три месяца. За это время познакомился с Петербургом, с болельщиками. Я полностью отдаюсь команде на тренировках, и для меня такое отношение обязательно. Мой принцип: в какой бы команде я ни играл, на футбольном поле буду биться до последнего.

- Многие тренеры говорят о вас как об игроке настроя, а не настроения. Поговаривают, что от вас можно прикуривать на футбольном поле, при этом для вас не важно, с какой командой вы играете.

- Я всегда полностью отдаюсь игре, даже если играю во дворе.

- Вы играете во дворе?

- Иногда. С отцом, например. Если играю, то всегда погружаюсь в игру полностью и хочу выиграть. На тренировке тоже играю в полную силу. Луческу мне даже делал замечание: зачем я играю на тренировке так, как в настоящем матче. Ведь здесь можно где-то постоять, где-то не добежать, но я так играть не умею. У каждого свое отношение к делу. У меня оно всегда на максимуме.

- Как вы стали капитаном «Зенита»? Ведь вы пока еще новичок. Вас выбрала команда голосованием?

- Я был капитаном в «Шахтере» пять лет, и ребята об этом знали. До меня уже несколько человек надевали капитанскую повязку, и этот момент очень важен. По сути, в команде несколько лидеров, а для современного футбола такая ситуация очень ценная, так как один лидер игру сделать не сможет.

- В «Шахтере» вам удалось поработать с несколькими иностранными тренерами. На самом деле, что такое иностранные тренеры как класс? Языковая грань между тренером и футболистом мешает взаимопониманию или футбольный язык един?

- Я думаю, что все зависит от переводчика. В «Шахтере» есть Александр Федорович Спиридон, в прошлом тренер, а теперь помощник у Луческу, и через него ведется весь перевод для команды. Он одушевляет перевод, зачастую у него появляются эмоции, которых нет у Луческу. Такой немонотонный перевод намного лучше доходит до ребят. Здесь очень важно, насколько еще и по-человечески подходят друг другу команда и тренер.

- Каждый раз, если брать украинский чемпионат и матч еврокубков, когда «Шахтер» или «Динамо» проигрывают, начинается одна и та же песня: вот, мол, приехали бразильцы, они не хотят учить язык, им ничего не надо, они ничего не хотят, их устраивают большие зарплаты и ночные клубы.

- Я считаю, если футболист приехал в страну работать, играть за какую-то команду, он должен учить язык, на котором говорят в этой стране, знать традиции, знать направление - все должен знать, впитывать в себя. Здесь у нас другая ситуация: в «Зените» мы учим английский. Так что это не проблема: кто не выучит русский - учит английский. Все равно ребята стремятся к какому-то взаимопониманию.

- А вот в ЦСКА Вагнер играет уже два года и, по-моему, даже не собирается учить язык.

- Ну знаете, как говорится, победителей не судят. Насколько я слышал, они не держатся особняком, дружат с ребятами из команды. И особых проблем нет. А если получается так, что какая-то группа футболистов отделяется, закрывается, никого к себе не пускает, то это уже проблема.

- Кстати, много историй о футболистах, которые на поле не разговаривали друг с другом и при этом отлично играли.

- Да, но ведь потом конфликт между ними сглаживался. В конце они приходили к примирению.

- По прошествии трех месяцев в Санкт-Петербурге вам удалось понять, что это истеричный в футбольном плане город?

- Иногда читаешь или слышишь такое, чего нет в действительности. Это, конечно, понятно: пресса. Людям вообще интересно читать то, что преподнесено по-новому, сенсационно. Но в действительности-то ничего такого нет. А вот то, что одна команда в городе и болельщики ее всецело поддерживают, это, конечно, приятный момент. Вот только жаль, что мы на выезде на данный момент взяли больше очков, чем дома. Дома, я считаю, мы должны играть более уверенно, более агрессивно. Последние матчи показали, что у команды есть прогресс, она идет к восстановлению того образа «Зенита», к которому все привыкли. Нельзя играть в бесшабашный футбол. Да, «Зенит» - это команда настроения, но нужно играть грамотно. Тот же ЦСКА. Посмотрите, как они выиграли Кубок УЕФА. Все грамотно: команда играет организованно в обороне, а потом начинает идти в атаку. Болельщики, понятно, хотят видеть футбол со счетом 5:4, 6:5. Агрессивный, атакующий футбол, практически без обороны. К примеру, в Питере мы играли последний матч с «Рубином» в два или три защитника, все остальные просто прессинговали гостей, вот это был футбол. Но надо смотреть по ситуации: все зависит от соперника, степени его и нашей организации. Сейчас ведь футбол такой, что соперника надо постоянно контролировать, искать зоны, чтобы вклиниться и забивать голы.

- Вас хотело купить киевское «Динамо»?

- Здесь особая история. Такой переход сравним по значимости с переходом игрока из «Барселоны» в «Реал». Я был в «Динамо» три года, с 13 лет до 15, и у меня остались негативные воспоминания. Я был в школе «Динамо» и чуть не подписал контракт, но потом решил уехать из Киева. Мне не отдавали свидетельство, иностранный паспорт и так далее. Не хотели меня категорически отпускать. Я уехал в команду высшей лиги в родной город, куда меня позвали. Мне такое развитие событий показалось заманчивее. На тот момент в «Динамо-2» играли Шевченко, Ребров, но я сделал свой выбор. В «Динамо-2» в те годы, в 1994-1995-м, была очень тяжелая экономическая ситуация, нас могли не покормить до и после игры, не было автобусов, мы мотались по Киеву, а для мальчишки все это очень важно, и поэтому я это время не люблю вспоминать. Когда я вернулся в Луцк, ко мне еще раз приезжал селекционер из «Динамо». Три дня пытался меня уговорить, даже грозил, что, если я не поеду в «Динамо», меня заберут в армию. Родители в тот момент знали, что решение буду принимать сам. Отец так и сказал, что разговаривать надо со мной: если я захочу, то поеду, если нет, то нет. Потом поступило предложение, и я уехал за границу, но сделка не состоялась - я вернулся, затем были «Черноморец» и «Шахтер». Поняв, что «Шахтер» - амбициозный клуб, я согласился в нем играть, а для себя решил кинуть вызов киевскому «Динамо». Так впоследствии и получилось, мои амбиции поддержал и президент клуба, и перед «Шахтером» поставили задачу - победить «Динамо».

- Вы говорите, что родители знали, что решение будете принимать вы сами, но вам в тот момент было 15 лет. Вы уже настолько были самостоятельным человеком?

- Это было не первое мое решение в жизни. Решение ехать в Киев в интернат тоже было моим. Не каждый хочет отпускать восьмиклассника в такой большой город одного, без семьи и родителей. Но они всегда уважали мой выбор и мне его предоставляли.

- Каким остался в памяти чемпионат мира? Вас назвали лучшим по количеству отобранных мячей и проценту удачных отборов. Для вас подобная статистика имеет значение?

- Да, конечно. Но самое важное - это побывать на таком турнире, увидеть болельщиков, которые приехали специально болеть за своих. Незабываемые впечатления и у футболистов, и у родных и, конечно, огромная радость от игры. Считаю, что Украина добралась довольно далеко в турнире, но могла и Италию обыграть.

- Вы хотите повторить свой успех на чемпионате Европы?

- А почему не попробовать? Правда, в отборочном турнире тяжелейшая группа - Италия, Франция и Шотландия. Мы поднялись уже на новый игровой уровень, и не хочется с него спускаться.

- Сейчас у вас новая проблема - отсутствие Шевченко во Франции?

- Шевченко большой игрок, и его отсутствие скажется на всей игре команды. Но много матчей, в том числе и отборочных, мы провели без Андрея. Андрей величайший игрок, но если его нет, значит, надо играть без него, тем составом, который определит тренер.

- Много говорится о том, почему Блохин добился такого успеха со сборной?

- Он создал сбалансированный коллектив. Ребята понимают друг друга. Мы много общаемся друг с другом, забывая о своих регалиях. Молодые ребята, влившиеся в коллектив недавно, уже почувствовали, что им доверяют, а это очень важно. Молодые, делая ошибки, часто боятся, что их тут же снимут, заменят, и они впадают в ступор. У нас же им разрешают ошибаться, и они чувствуют доверие тренера и игроков.

- Насколько принципиально противостояние с Россией?

- Лично для меня такого противостояния нет. Да, матчи между клубами России и Украины проходят принципиально. Каждый хочет посмотреть и сравнить, как играют команды, каков уровень чемпионатов там и здесь. И каждый патриот своей страны болеет за своего представителя. Вот и все. А играла сборная России на чемпионате Европы - я болел за сборную России.

- Вы знаете, это очень редкая позиция. У нас ведь очень многие болеют против Украины, а на Украине - против России.

- Да, все так. Хотя времена, когда мы были одной страной, прошли, надо оставаться друзьями. Мы по-прежнему находимся рядом и должны друг другу помогать.

- Я вспомнил фразу Фурсенко о том, что покупка Тимощука - это инвестиция в весь российский футбол. Украинофобы эту фразу тут же приняли в штыки: как это 20 млн за хохла какого-то можно считать инвестицией в весь российский футбол?

Но если вернуться к «Шахтеру», здесь прозвучала тема победы ЦСКА в Кубке УЕФА. Каждый год «Шахтер» ставит целью взять кубок, и каждый год что-то случается. В чем все-таки дело? Мы тут попытались подсчитать, и выходит, что по бюджету в Италии «Шахтер» был бы четвертым.

- А не надо считать по бюджету. Мы опять возвращаемся к каким-то суммам. Я считаю, что «Шахтер» по подбору игроков, по игре команды не слабее ЦСКА. Мы играли и на Кубке Первого канала. Выиграли, проиграли - другой вопрос. На момент победы в Кубке УЕФА ЦСКА был сильнее. «Шахтер» ничем не заслужил проигрыш «Севилье». Да, в начале матча «Севилья» играла лучше, но реальный был шанс на победу у «Шахтера». И вот потеря концентрации на долю секунды - и уходит кубок. "Шальке-04" считался фаворитом Кубка УЕФА. Приезжает «Шахтер», и все думают, что вот у нас будет новый победитель Кубка УЕФА, но тут приезжает АЗ и выигрывает два матча у «Шахтера». Представляете, какой был взрыв эмоций: ты обыгрываешь такие классные команды, а потом вдруг чего-то не хватает. В этом году «Шахтер» показывал довольно интересный футбол в Кубке УЕФА и ничем не уступал «Севилье», но «Севилья» оказалась чемпионом и выиграла Кубок УЕФА. Такая же ситуация была в сборной: мы играли с Грецией перед тем, как греки стали чемпионами Европы. Мы дома их обыграли, а на выезде греки забили нам на 90-й минуте, но они поехали и выиграли, а мы, ничем не уступая, остались дома.

- Вы уже несколько раз говорили об удаче. А насколько в спорте можно говорить о справедливости всего того, что происходит?

- Думаю, все, что происходит, справедливо. Есть, конечно, курьезные моменты: автогол или «кочка». Но все равно есть какая-то система. Не бывает такого: в игре 10 рикошетов кряду - и команда забивает 10 голов или 10 раз «кочка» была. Все это единичные случаи. И вправе выигрывать только сильная команда.

- Многие говорят о том, что есть некий аморфный, непонятный дух победителя. И команда, им наделенная, способна притягивать к себе фортуну, а команде, которая его еще не впитала, очень сложно преодолеть этот барьер впервые. «Шахтер», может быть, наталкивается именно на это отсутствие вкуса победы.

- Да, так и есть.Когда президент впервые объявил задачу для «Шахтера» стать победителем чемпионата, многие футболисты откровенно смеялись, потому что на тот момент «Динамо» было неоспоримым лидером. Стереотип пришлось ломать с большим трудом. Сейчас к команде пришла уверенность, и дух победителя очень важен.

- «Зенит» обладает этим духом победителя?

- Я думаю, пока еще нет. Необходимо, чтобы каждый игрок команды пропитался мыслью, что мы лучшие. Нам ставят минимальную задачу - Лига чемпионов. Задача - первое место - есть, но выходу в раунд Лиги чемпионов и так все будут рады. Мне как максималисту этого мало. Мне близка фраза «проси невозможного - получишь максимум». Я приехал в «Зенит» бороться за первое место. Я уже ощутил этот вкус победы, чемпионства, очень важный для футболиста.