ХОККЕЙ
ПАС ВРАЗРЕЗ

Отец умер со вторника на среду. Сергей Мозякин был далеко, через всю Россию. И не узнал о горе сразу. Вышел играть в Хабаровске, считай, в среду утром «по Москве». И, кажется, во второй своей смене отдал голевую, а в третьей или в четвертой забил. Так быстро проявить себя в матче не часто удавалось даже ему, на результативность щедрому…

А потом он проследовал с командой по Сибири. И в Новокузнецке забил победную в самой концовке. А вчера в Новосибирске – еще две.

Совсем не тот случай, чтобы собирать нападающему статистические подборки. И категорически не тот случай, чтобы постороннему сюда бесцеремонно вторгаться со своими умствованиями. Почему не узнал сразу, почему не сообщили… Почему не отпросился тотчас с хоккейной работы… Не надо нам лезть со своими торопливыми-проштампованными насквозь мозгами.

Но я размышляю, затаив на мгновение дыхание, о свойствах хоккейных мужчин.

У Вячеслава Фетисова погиб совсем еще мальчишкой младший брат – и он, как мне помнится, дал тогда себе слово, что сдюжит всегда, везде и во всем. За Толю и за себя. И жизненно-спортивная амплитуда, набранная Вячеславом Александровичем, наверное, беспримерна.

У Ильи Ковальчука безвременно ушел из жизни отец – не только родная кровь, но и хоккейный его тренер, хоккейный его руководитель. И после той беды Илья стал постепенно превращаться из хоккейного ухаря в надежное плечо, в разностороннюю хоккейную личность и в победителя.

Вячеслав Быков потерял отца – только-только приняв сборную России, прямо перед тем как впервые приступить с ней к игре. В его перспективы на посту национального значения верили не многие. Но Вячеслав Аркадьевич выиграл первый же свой турнир – и отчетливым усилием, последовательным-волевым, превратился в тренера-чемпиона.

У Саши Овечкина умер обожаемый дед – и он пошел крушить в НХЛ с небывалой дотоле, качественно и количественно, энергией.

…Я слышал, Сережа Мозякин сильно переживал из-за того, что его не пригласили в Ванкувер. И стал потом забивать еще больше.

Упаси меня бог равнять ту его неудачу и нынешнюю его беду. Я просто размышляю о природе хоккейных мужчин.