ХОККЕЙ

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

Считаю большим своим счастьем, что мне довелось поиграть в звеньях с двумя великими тройками нападения: Михайлов – Петров – Харламов и Макаров – Ларионов – Крутов.

В пятерке Петрова я начинал в свое время в ЦСКА. Пришел я туда совсем молодым, и пребывание в компании со столь великими мастерами стало для меня прекрасной школой. Михайлов, Петров и Харламов были моими учителями. Не только в хоккее, но и в жизни. У меня с ними установились хорошие человеческие отношения. С кем-то более близкие, с кем-то менее. Но все они – очень интересные люди. Кстати, еще раньше мне доводилось выходить на лед и против них – в составе ленинградского СКА. То время тоже незабываемо. Хотя, может быть, противостоять этим асам уже, наоборот, несчастье: очень уж тяжело приходилось.

С ларионовским звеном связаны лучшие мои годы в хоккее, если не сказать, вся карьера. Я не сторонник сравнивать игроков разных поколений, слишком сложно это делать. Сильнейшие выявляются только в противоборстве, а его между тройками Петрова и Ларионова никогда не было. Так что не решусь сказать, кто из них лучше. К тому же с моей стороны это было бы, наверное, некорректно. Наш хоккей всегда был богат замечательными нападающими. В том числе этими двумя блестящими тройками, каждая из которых внесла огромный вклад в развитие не только отечественного хоккея, но и мирового. Что касается тройки Ларионова, то у нее были постоянные защитники – мы с Вячеславом Фетисовым, и великолепное взаимопонимание отличало не только форвардов, но и всю пятерку.

Наше поколение раньше своих предшественников закончило играть на уровне сборной. И хотя, представляя клубы НХЛ, мы по-прежнему приезжали в главную команду страны, на ту серьезную подготовку к чемпионатам мира, что была раньше, у нас просто не оставалось времени. Так что звеньев в привычном понимании уже не было. А продолжись традиции советского хоккея – и наверняка одну из самых выдающихся троек составили бы Павел Буре, Сергей Федоров и Александр Могильный.

Помимо петровской и ларионовской троек, в число четырех самых титулованных атакующих звеньев входят те, в которых выступали Александр Локтев, Александр Альметов и Вениамин Александров, а также Владимир Викулов, Виктор Полупанов и Анатолий Фирсов. Все эти четыре сочетания – армейские, и это не случайно. ЦСКА традиционно служил базовой командой сборной и отбор производил более чем серьезно. Партнеры подбирались друг к другу тщательно, чему тренеры Анатолий Владимирович Тарасов и Виктор Васильевич Тихонов придавали огромное значение и не видели здесь мелочей. Они знали потенциал каждого игрока и ставили их вместе, исходя из определенных наблюдений. Не всегда сразу получалось то, что хотели наставники. Но в итоге оптимальные сочетания находились. Так, Михайлова и Петрова ставили к разным партнерам, пока наконец не остановились на Харламове.

И с Макаровым, и с Ларионовым, и с Крутовым, и с Фетисовым я играл в разное время с юношеского возраста, и какие-то связи, естественно, отлаживались уже тогда. Звеньевой принцип комплектования состава с давних времен справедливо считался козырем отечественного хоккея. Без него даже суперзвездный состав далеко не всегда может стать гарантией успеха. Один из самых ярких примеров – «Нью-Йорк Рейнджерс», где нет в принципе проблем с тем, чтобы собрать мастеров высочайшего класса. Но состав постоянно меняется, на места одних приходят другие, сочетания то и дело тасуются, а в результате хоккеистам не хватает времени на то, чтобы сыграться. Вот и нет результата. И хотя трудно не согласиться с известным изречением, что мастерство, мягко говоря, никуда не денется, за счет четко отлаженных игровых связей мы раньше всегда получали преимущество. Причем немалое.