Завтра в Лозанне стартует чемпионат Европы по фигурному катанию. Из-за травм в нем не примут участия Евгений Плющенко и Елена Бережная с Антоном Сихарулидзе. Зато в полной боевой готовности предстанет еще один лидер российской сборной — Алексей Ягудин. В нынешнем сезоне к его дуэту с Татьяной Тарасовой присоединился известный спортивный психолог Рудольф Загайнов. Накануне первенства континента он дал интервью "Советскому спорту".

РЕЦЕПТ ДЛЯ ЯГУДИНА

— Рудольф Максимович, для многих ваше сотрудничество с Ягудиным стало полной неожиданностью. Как возникла идея этого альянса?

— Меня попросила помочь Татьяна Тарасова. Причин было две — предстоящая Олимпиада и не слишком удачный минувший сезон, когда Алексей проиграл Плющенко практически все старты. Летом я поехал с фигуристом на турнир в Сан-Диего, чтобы поближе познакомиться с ним. Леша там выиграл и попросил продолжить работу. Так и пошло…

— Что вас привлекло больше: олимпийские перспективы Ягудина или величина гонорара?

— Деньги — последнее, на что я обычно смотрю. За все время работы в Спорткомитете никогда не брал денег со спортсменов. Единственным исключением стал Анатолий Карпов, с которым мы сотрудничали более двух лет. Да и то именно он предложил заключить контракт, поскольку настаивал на исключительности наших отношений.

— Внешне Ягудин производит впечатление открытого и очень уверенного в себе человека. Какие психологические проблемы он испытывал?

— Многие большие спортсмены боятся поражения. Леша — не исключение. Каждая неудача наносит сильнейший удар по его личности, образу жизни. Тем более — возможная неудача на Олимпиаде. На этих соревнованиях спортсмена надо постоянно контролировать: как он спит, о чем думает, с каким настроением идет на лед. Плюс — охранять от постороннего воздействия.

— Как вы контролируете состояние Алексея?

— Это целая система. Взять, к примеру, ту же прогулку перед обедом, когда надо "нагулять настроение". Здесь очень важно подобрать тему для разговора: она не должна перегружать нервную систему спортсмена, и в то же время нужно, чтобы она проникла в его душу.

— Какие методы "лечения" вы прописали Ягудину на период подготовки к Олимпиаде?

— Недавно я прочитал интервью футболиста Луиша Фигу, который в ответ на вопрос о лучшем тренере назвал знаменитого Кройфа. "Он как никто другой умеет настроить подопечных на работу", — заметил португалец. Это действительно очень важно — заставить человека тренироваться, когда за долгие годы карьеры его уже тошнит от коньков и льда. Я помню, как трудно было с Леной Водорезовой, которая с четырех лет занималась во Дворце спорта ЦСКА и уже смотреть не могла на этот, как она выражалась, "каменный мешок". Потому-то для психолога главное — помочь найти для спортсмена дополнительную мотивацию.

— В одном из интервью Ягудин признался, что Татьяна Тарасова психологически очень сильно давит на него. А вы это давление ощущаете?

— За свою карьеру я работал с сотнями тренеров. Так вот, Татьяна Анатольевна в этом списке — номер один. В Америке мы живем с ней в одном доме, и никаких трудностей не возникает. Наоборот, такая тесная взаимосвязь приносит пользу. Каждый вечер перед сном мы пьем чай и обсуждаем поведение Леши: каким он был на тренировке, в каком настроении пришел домой. И обязательно — что и как мы будем делать завтра.

СУДЬБА СОРЕВНОВАНИЙ РЕШАЕТСЯ В РАЗДЕВАЛКЕ

— Чтобы успешно работать со спортсменом, вам нужно предварительно следить за ним или вы способны работать "с листа"?

— Знание специфики вида спорта и предварительное знакомство с подопечным совершенно не обязательно. Главное — владение базовыми принципами. Везде имеешь дело с живыми людьми, везде довлеет необходимость выиграть. Я работал в сорока дисциплинах, и везде моя методика оправдывала себя.

— Но согласитесь, разница между шахматами и фигурным катанием все-таки есть. В первом виде спорта идет очная борьба, во втором — заочная…

— Тем не менее и в первом, и во втором случае соперники сталкиваются друг с другом в раздевалке. От исхода этого противостояния зачастую зависит результат всей дуэли. Очень важно не проиграть борьбу, не попасть под магическое влияние соперников. К примеру, раньше у Ягудина с этим были проблемы, тем более что Алексей Мишин, тренирующий Плющенко, не совсем корректно вел себя. К примеру, подходил к фигуристу и спрашивал: "Ты случайно Женю не видел?", тем самым не только сбивая его с настроя, но и переключая внимание на главного конкурента. Сейчас такой проблемы у Ягудина нет — он по-хозяйски ведет себя в раздевалке и тем самым давит на конкурентов.

— О поведении спортивных психологов перед соревнованиями ходит немало легенд. Рассказывают, что один из ваших коллег перед заездами гребцов запрятал весло своей подопечной. Та включилась в поиски, забыла о предстартовом волнении и в результате уверенно победила…

— Это метод так называемой плаценты, что в переводе с латинского переводится как "пустышка". Но использовать его можно лишь единожды, во второй раз спортсмен вас просто "раскусит". Этим приемом пользуются горе-психологи, которых в спорте немало.

— А как вы оцениваете потенциал Евгения Плющенко?

— Безусловно, Женя — очень талантливый спортсмен. Однако всех своих успехов он достиг за счет природной прыгучести и силы. В последнее время Плющенко и так катается очень напряженно. А придут падения, и его психика может вообще не выдержать.

ГИПНОЗ КАК ОТВЕТНАЯ МЕРА

— Как правило, при работе вы имеете дело с взрослым, уже сформировавшимся человеком. Неужели ваши подопечные всегда легко соглашаются с вами и не оказывают противодействия?

— Доверие спортсмена можно завоевать только делом. C этим у меня проблем нет — каждое мое слово подтверждается практикой. Когда человек видит, что после работы с психологом сам он становится сильнее, а жизнь интереснее, убеждать его уже не приходится. Обычно я говорю: "Если ты хочешь стать чемпионом мира, я помогу тебе. Но ты должен слушаться меня". Бывает, человек выполняет мои требования несколько месяцев, а потом у него заканчиваются силы и терпение. Взять, к примеру, шахматиста Сергея Долматова. Мы с ним отработали семь лет. Он вошел в число сильнейших шахматистов мира, решил свои семейные проблемы. Но в один прекрасный день сказал: "Рудольф Максимович, я не могу больше выдерживать ваше давление. Хочу поработать самостоятельно". И после этого закончился как спортсмен.

Или другая шахматистка — Нана Александрия. Я требовал от нее быть профессионалом во всем — не только в спорте, но и в обычной жизни. Но Нана не смогла соответствовать моим условиям, и нам пришлось расстаться. Тем не менее эти спортсмены были все-таки исключениями. Ведь восемнадцать моих подопечных стали олимпийскими чемпионами.

— Вы говорите: быть профессионалом и в обычной жизни. Но тому же Ягудину было, наоборот, рекомендовано придерживаться привычного режима — ходить на дискотеки, знакомиться с девушками…

— Здесь нет никакого противоречия. Я утверждал и продолжаю утверждать, что Леша ведет неправильный образ жизни. Однако кардинально менять его уклад за несколько месяцев до Олимпиады было опасно. Потому я и согласился с ним. Таланта Ягудина хватит, чтобы завоевать золото Игр даже с таким режимом. Но если он хочет добиться успехов и в дальнейшем, то ему придется сильно измениться.

— В вашей работе с Ягудиным возникали критические ситуации?

— Очень сложная ситуация была на финале "Гран-при" в Канаде. Там Леша испытал колоссальный стресс. Он неплохо откатал короткую программу и спустя сутки должен был выйти на произвольную. Было очень важно, как фигурист проведет день отдыха: сумеет ли отдохнуть, сохранит ли настрой? Ночью Ягудин плохо спал. Но тем не менее выстоял!

— Говорят, вы обладаете даром не только психолога, но и гипнотизера. Часто ли приходится применять свои способности на практике?

— Я применяю этот дар только в качестве ответной меры, если кто-то пытается воздействовать на меня и моих подопечных. Негативная энергия, которая излучается из зала, всегда чувствуется. Вообще же узнать человека с гипнотическими способностями не трудно. Как правило, у него волевое лицо и хорошо развитые надбровные дуги.

— Неужели с помощью гипноза можно реально повлиять на выступление спортсмена?

— В качестве примера приведу рассказ Бориса Спасского, который играл в Белграде с Корчным за право выхода в финал чемпионата мира. Так вот, каждый раз первые пять рядов в зале заполняли люди, болевшие не за него. "Представляешь, — жаловался он. — Спустя два часа голова у меня просто переставала работать". Это следствие простого визуального пресса. Что уж тут говорить о гипнозе!

— Хорошо, это в шахматах. Но, скажем, на фигуриста воздействовать куда труднее — он же не сидит статично в течение нескольких часов…

— Все равно негативная энергия чувствуется. Не случайно так трудно выступать на чужом поле.

— А на Ягудина кто-нибудь пытался воздействовать подобным образом?

— Могу сказать, что такие попытки были.

— Его решение отказаться от участия в декабрьском чемпионате страны также было продиктовано психологическими соображениями?

— Главными стали две причины. Соревнования проходили во Дворце спорта "Сокольники" — убогом помещении с плохой вентиляцией. К тому же слишком многие люди в России сейчас желают Леше поражения.

Состав сборной России на чемпионате Европы в Лозанне

Мужчины. Алексей Ягудин, Александр Абт, Илья Климкин. Женщины. Ирина Слуцкая, Мария Бутырская, Виктория Волчкова. Спортивные пары. Татьяна Тотьмянина — Максим Маринин, Мария Петрова — Алексей Тихонов, Виктория Борзенкова — Андрей Чувиляев. Танцы на льду. Ирина Лобачева — Илья Авербух, Татьяна Навка — Роман Костомаров, Наталья Романюта — Даниил Баранцев.