Во время нашего разговора поймал себя на мысли: не знай я, чья передо мной сидит супруга, с 99-процентной вероятностью определил бы, что она носит фамилию Филимонова. Тот же волевой характер и готовность плыть против течения. И ни капли кокетства: думайте обо мне что хотите, я такая, какая есть!

БАРТЕЗ НА МЕСТЕ САШИ БЫЛ БЫ БЛИЗОК К СУИЦИДУ

Если вратарь — диагноз, то Филимоновы — в своем роде национальность. Их семья, пожалуй, самая закрытая на данный момент в отечественном футболе. Они словно отгородились от общественности стальным забором и в свой внутренний мир никого пускать не собираются. Впрочем, наверное, это нормальная реакция гордых людей, попавших под жесткий прессинг, который длится вот уже более двух лет.

— Мне непонятно, почему украинско-шевченковская тема до сих пор так активно муссируется?! — Анна начала с того, что уже давно наболело.

— Давайте вообще не будем вспоминать все, что связано с 9 октября 1999 года. Это было так давно. Единственное, скажите: почему, на ваш взгляд, Александр, вратарь европейского уровня, пропустил тот нелепый мяч?

— Как женщина я приняла бы точку зрения Гершковича. Михаил Данилович объяснил это потусторонними вмешательствами, паранормальными способностями третьих лиц. И еще, я бы не делала из того стечения обстоятельств трагедии. Это жизнь. Если абстрагироваться от конкретной ситуации, то команда даже не проиграла. Нет выстрела без промаха, нет взлета без падения. Тот, кому не дано выступать на таком уровне, никогда не допустит подобного рода ошибки. Несчастные случаи преследуют всех голкиперов, в том числе и таких звезд мировой вратарской школы, как Буффон, Кан, не говоря уже о Бартезе. Если бы последний испытал все то давление со стороны средств массовой информации, которое по-прежнему испытывает Филимонов, я не исключаю, что француз, окажись он человеком с менее устойчивой, чем Саша, психикой, мог бы предпринять и суицидальные попытки. К счастью для Бартеза, он живет на Западе. А в России? Вся та грязь, которой здесь забрасывают Сашу, еще никогда никому не помогала.

— Вам, женщине, не тяжело находиться в этой жестокой околофутбольной среде и видеть, как истязают вашего любимого?

- Я горжусь тем, что ношу фамилию своего мужа! Несмотря на все выпады в его адрес, я стараюсь их не замечать.

— Александр действительно такой кремень, как кажется со стороны? С вами-то хотя бы он может поделиться возникшими сложностями?

— Я полагаю, в любой нормальной семье, где отношения построены на взаимном доверии, люди не скрывают от близких свои проблемы. Но это вовсе не означает, что Саша на что-то жалуется.

— По-моему, вашему супругу и достается так потому, что окружающие воспринимают его эдаким гордецом, причем гордецом сильным, способным выдюжить все, что угодно.

— Может быть, вы правы. Внимательно читая спортивную прессу, я обратила внимание, что обласканными журналистами, да и болельщиками, обычно являются те, кто после каждого промаха умеет прилюдно поплакаться: "Да это позор! Как я с этим буду жить?" И никто спортсмену рану больше не бередит, ему все сочувствуют: парень-то раскаялся! А Филимонов — другой! Саше несвойственны публичные исповеди. И это многим не нравится.

Я - АГЕНТ МУЖА

— Моего мужа не любят за то, что он сильная личность, — продолжает разговор Анна. — У нас всех гениев признают, когда с ними случается что-то непоправимое. Хорошо, что Филимонов при жизни известен за пределами России. Мне непонятно, с чего вообще взяли, что Саша деградирует. Посмотрите его статистику. Она абсолютно стабильна, а факты упрямая вещь. Вы все пробуете проконстатировать сиюминутно. Но вы же не знаете, что будет завтра.

— В общем, вы видите яркий свет в конце туннеля?

— Это вы считаете, что Филимонов в туннеле, а я с этим не согласна. Вы вначале попробуйте его туда загнать! Хочу уточнить, что утверждение "уехал в Киев, не выдержав конкуренции с Левицким", в корне неверно. Потому что я начала заниматься поиском вариантов переезда Саши в другой клуб еще в феврале 2001 года, когда игралась Лига чемпионов. Тогда муж был железно основным. Просто иногда необходимо менять обстановку, это как мебель в квартире переставить. Было логично, что человек хотел попробовать себя в иных условиях. И Филимонов это сделал. Сейчас он переживает процесс эволюции, а может, даже и революции. И вы понимаете, что и то, и другое не протекает безболезненно.

— Правда, что вы сыграли определенную роль при заключении Александром личного контракта с киевлянами?

- Да, на этом этапе с юридической точки зрения я оказывала Филимонову всяческую поддержку. В нашей стране только начинает развиваться агентский бизнес. В регулярах ФИФА есть положение, допускающее возможность представления интересов футболиста на основании доверенности практикующим юристам или близким родственникам. Таким образом, я реализую данное мне законодательством право. Очевидно, что агент руководствуется какими-то корыстными интересами. У меня же необычная мотивация , если так можно назвать, семейно-чувственная. Лучший мой "доход" — это достойные условия Филимонова в новой команде, позволяющие ему чувствовать себя свободно и уверенно. И играть соответствующе. И в такой обстановке, которую создают в "Динамо" Суркис и Лобановский, мой муж обречен на прогресс. Вообще считаю: Александру Филимонову повезло, что из одного европейского гранда он перешел в другой, от одного великого тренера к другому. Мне же повезло в том, что у моего мужа долгие годы наставником был Романцев - ярчайшая фигура в российском, да и не только, спорте. Олег Иванович внес существенный вклад в развитие Саши и с футбольной, и с человеческой точки зрения, помог ему стать такой целостной личностью. И ничего, кроме крайней степени уважения ни у меня, ни у Филимонова он не вызывает. Поэтому кривотолки на предмет конфликта между Сашей и Олегом Ивановичем, послужившего якобы предпосылкой для ухода моего супруга из "Спартака", не имеют под собой оснований. В целом считаю наш трансфер в Киев крайне удачным. Если кто-то и назвал его скандальным, то явно не те лица, которые в нем участвовали.

— Вы ведь единственная в России женщина-агент?

— Я нелицензированный агент. Это не мой бизнес, просто так сложились обстоятельства. Какой смысл привлекать кого-то со стороны? Без ложной скромности (она украшает тех, у кого нет иных украшений) считаю себя хорошим юристом, с неплохим, интересным прошлым. Мы с Филимоновым довольны нашим совместным сотрудничеством.

ОН - ФИЛИМОНОВ, И ЭТИМ ВСЕ СКАЗАНО!

— Помните, как у Утесова: "любовь нечаянно нагрянет..."? Ваш с Сашей союз тоже нечаянно зародился?

— Конечно. Ну как можно любовь сымитировать? Не зря же говорят, браки заключаются на небесах. Знаете, как у Булгакова, "добро и зло, любовь и ненависть — понятия вечные и неразделимые"? То, что они есть, бесспорно. А как их определить? Каждый понимает их по-своему.

— И все же, как вы нашли друг друга?

— Мы необычно познакомились. У нас вообще в семье все странно.

— Например?

— Я много лет работаю в "Мерседесе", а езжу на "Ауди", чем вызываю всеобщий смех коллег. А что до нас с Сашей… Все у нас было очень романтично. Но это достаточно интимно, поэтому от подробностей воздержусь. Скажу лишь, что хоть и было нам уже немало лет, воспоминания теплые, пожалуй, даже юношеские, в плане чистоты, ничем не омраченные.

— Александр способен на красивые слова?

— Филимонов вообще красивый человек. Он все делает красиво: играет, общается с людьми, живет со мной.

— Саша тщеславный?

— Если бы он был тщеславен, то вел бы себя иначе. Мой муж достаточно закрыт. А что касается тщеславия как целеустремленности, то, безусловно, оно присутствует. И вряд ли кто-то меня убедит, что это плохое качество.

— Насколько велика разница между Филимоновым в общественном представлении и Филимоновым настоящим?

— У Саши сформировался определенный и, уж поверьте мне, не всегда соответствующий реальности имидж. Но я не собираюсь его развенчивать. Потому что всегда восприятие моего мужа третьими лицами будет расходиться с моим восприятием. Я не считаю нужным разъяснять, какой Саша на самом деле. Он Филимонов, и этим все сказано! Что касается травли моего супруга в прессе, мне очень нравится, как на него реагируют простые болельщики. Каждый человек, каждый ребенок, для которого Саша является кумиром, собственным образом определяет для себя, что есть Филимонов.

ЖИВЕМ В ДЖУНГЛЯХ

— И все же если бы вас мог услышать весь мир и составить представление о Саше исключительно с ваших слов...

— Я счастлива тем, что всему миру не нужно рассказывать о Филимонове — его и так все знают. А как о человеке я о нем все уже сказала, выйдя за Сашу замуж.

— У него есть время, чтобы быть Отцом?

— Он великолепный отец, и время здесь не является ключевым фактором. Можно не отходить от ребенка и быть при этом плохим родителем. У Саши же с дочкой полная идиллия.

— Александр у нас каким-то уж больно идеальным получился. Что, и недостатков никаких у него нет?

— Каждый из нас претендует на объективность. И я, которая знает Сашу, наверное, лучше, чем другие, к вышесказанному ничего добавить не могу.

— Значит, друг друга переделать вы не пытались?

— А вы считаете, это возможно?

— Некоторые семьи и держатся на подобной борьбе.

— Вы же знаете наше общество. Иногда мне кажется, что мы живем в джунглях — не хватало нам еще друг с другом воевать!

— Признаться, я так до конца и не понял: вы с Сашей - "два сапога пара" или "единство противоположностей" ? Второе утверждение подходит не менее, чем первое.

— Мы здоровая, самодостаточная и гармоничная пара. Называйте нас просто семьей Филимоновых.

МЫ РОЖАЛИ ВМЕСТЕ

— Судя по всему, в вас философское начало выражено не менее сильно, чем в вашем супруге.

— У меня нет философского образования, и я не могу определить...

— Мне кажется, вы можете определить все что угодно. Вы вообще никак не вписываетесь в образ жены футболиста.

— Я даже не знаю, льстите вы мне в данной ситуации или, наоборот, принижаете мои достоинства. Если вы имеете в виду фотомодель-домохозяйку в одном флаконе, то да, я другая. Я такая, какая есть!

— Но вы общаетесь с женами спортсменов?

— Разумеется. Я обречена на это общение, и оно мне по душе. В этом плане мне очень импонирует обстановка в киевском "Динамо". Например, на рождение чьего-либо ребенка собирается вся команда. Чувствуется какая-то особая теплота.

— Вы рожали, когда Александр еще играл в "Спартаке". Ощутили тогда в вашем окружении теплоту, подобную киевской? И вообще какие впечатления остались от столь значимого события?

— Все прошло нормально, наверное, так же, как у всех. С той лишь разницей, что мы рожали вместе. Саша не отходил от меня. Не каждый, наверное, на это решится. Мне было приятно, что он проявил инициативу и меня поддержал. Сейчас я говорю об этом с удовольствием, хотя в тот момент я не могла оценить Сашин поступок по достоинству.

— Вы назвали дочь Александрой от нежности к своему супругу?

— Мы до сих пор не можем выяснить, кто же из нас первый придумал имя. Он считает, что я, — я считаю, что он. Наверное, это и есть гармония. Как бы то ни было, теперь мне достаточно позвать: "Саша!" — и откликаются сразу муж и дочь.

ОН СЛИШКОМ САМОКРИТИЧНЫЙ

— Вряд ли будет правильно в разговоре с женой футболиста обойти спорт номер один стороной. Вы согласны, что вратарь — это диагноз? И насколько обоснованно правило, гласящее, что даже главному тренеру голкипера лучше не трогать?

— Думаю, главному тренеру виднее. Необходимость побыть наедине с собой, поразмыслить, покопаться в себе присуща каждому человеку. Если вы не склонны к самоанализу, анализу вообще, то боюсь, что, не делая выводов, умозаключений, не пробуя, не ища что-то новое, вы не сможете прогрессировать. Саша же любую игру анализирует досконально. И в такие часы я его никогда не отвлекаю.

— Хотя внешне он и защищен маской безразличия, думается, оставшись наедине, жутко переживает. Не пытаетесь сгладить углы, внушить, что в той или иной ошибке нет ничего страшного?

— В мою жизнь футбол вошел вместе с Филимоновым. И естественно, что за столь короткий срок в своем понимании этого вида спорта я не смогла подняться до Сашиных высот. Он большой мастер. Оценивает все как надо. А я, ну что я ему могу объяснить? К тому же уверена: ничто, никакие неприятности не скажутся на моральном состоянии мужа, он со всем справится.

— Но хотя бы проникнуться эмоциями вы Александру помогаете? Ведь даже после самых удачных игр у вратарей зачастую не остается сил для радости.

— Я считаю себя достаточно эмоциональной женщиной. Конечно, бразильский карнавал дома не устраиваю, но отметить событие должным образом могу. Но это я делаю вовсе не для того, чтобы вдохнуть энергию в Филимонова. Ему зарядка не нужна.

— Саша пытается поднять уровень вашего футбольного образования?

— Я слишком занятой человек. Каждый должен делать свое дело, и наверное, было бы глупо, если бы я сейчас захотела стать футбольным арбитром. Мы просто любим говорить о футболе. Смотрим вместе. Иногда Саша что-то мне объясняет. Вот и все.

ЕГО УЗНАЮТ ДАЖЕ НА МАЛЬДИВАХ

— Теперь у меня вопрос не как к жене, а как к агенту Александра Филимонова. В ваши планы входит переезд на Запад?

— Положа руку на сердце, скажу, что я прекрасно отношусь к Европе, училась там, жила. Но вряд ли переезд туда стоит превращать в самоцель. Ради чего?

— Хотя бы из спортивного тщеславия. Ведь добиться мирового признания будучи игроком клуба с территории бывшего СССР практически невозможно.

— О каком признании идет речь? Филимонов его уже давно добился. Уверяю вас, в Европе Саша не менее известен, чем в России или на Украине. Сколько раз в этом убеждалась! Заходишь в магазин спортивной одежды, начинаешь смотреть вратарские перчатки. Продавец спрашивает: зачем вам это? И когда называешь фамилию "Филимонов", человек сразу же понимает, о ком идет речь. Мне приятно читать, что о моем муже пишут зарубежные газеты.

— Интересно, где Александр более популярен — в Москве или Киеве?

— Я не имею представления о том, как измерить популярность. Но Саша очень узнаваем, и узнаваем везде, даже на таком конце света, как Мальдивские острова.


ДОСЛОВНО

— Вы настаиваете на том, что я его защищаю. А Филимонов не нуждается в защите! И чтобы это понять, с ним надо пожить под одной крышей. Замечательный он человек.

- У нас все нормально. А что до нападок в адрес Филимонова, то мы определяем их как данность. Я, например, рада за тех, кому от выливания грязи становится легче.