Итак, друзья, продолжая начатый неделю назад экскурс вглубь бразильской футбольной истории, хотел бы напомнить, что в Латинской Америке этот вид спорта поначалу был почти стопроцентно британским. Его организовали сыны далекого Альбиона, оказавшиеся в Рио-де-Жанейро или на берегах Ла-Платы, — технические специалисты, инженеры, адвокаты. Изъяснялись они на языке Шекспира и Байрона, хотя и не всегда столь же поэтично. А нравы, царящие на футбольных полях, сильно отличались от тех, что мы наблюдаем сегодня на "Маракане", "Сантьяго Бернабеу" или в "Лужниках": не было драк, споров и пререканий с арбитрами. То был футбол рыцарей и джентльменов. Арбитр иногда, остановив игру, обращался к вратарю с вопросом: "Сэр, я не разглядел: пересек мяч линию ворот или нет?" Услышав в ответ "слово чести", что линия не была пересечена, он не засчитывал гол, и поединок продолжался.

Вошел в историю Мими Содре, ревнитель чистоты футбольных правил, крошечный росточком игрок из самого первого состава "Ботафого" 1904 — 1912 годов, подсказывавший судьям не замеченные ими нарушения. Завидев касание мяча чьей-то рукой, в своей или чужой команде - не важно, он тут же поднимал руку с вытянутым к небу пальцем, и судья свистел, даже если сам и не заметил нарушения. И никто не спорил: Мими был символом честности.

Да, психология футбола была иной.

8 июня 1906 года в матче "Пайссанду" и "Бангу" на первенство Рио игроки (почти все англичане) зашли, как обычно перед началом, в бар и приняли по дозе виски. Так уж было принято в те благословенные времена. В перерыве, как водится, добавили еще по дозе. В середине второго тайма форвард "Бангу" мистер Чарльз Хилл рванулся к воротам соперников, занес ногу для удара, но... прозвучал свисток судьи мистера Эндрю Проктора: офсайд! Чарльз Хилл не ударил по воротам, в бессильном гневе, как это случается сегодня, не бросился к судье с протестами и упреками. Он остановился, сел на мяч, обхватил голову руками и... заплакал. (Видать, сработали те две дозы виски.)

Стадион уважительно затих, к мистеру Хиллу подошел судья Проктор, погладил его по плечу и, растроганный, полез в карман за платком, чтобы вытереть и свои слезы. Всхлипывающую парочку обступили игроки, утешая и уговаривая продолжить игру.

27 сентября 1914 года в Буэнос-Айресе в матче на "Кубок Рока" сборных Бразилии и Аргентины при счете 1:0 в пользу бразильцев аргентинец Леонарди забивает ответный гол. Судья свистит и показывает на центр. Понурившиеся бразильцы идут начинать игру, но тут Леонарди подбегает к судье (кстати, бразильцу, что тоже невероятно с сегодняшней точки зрения) и говорит ему, что гол засчитывать нельзя, так как он, Леонарди, нечаянно подправил мяч рукой. Судья развел руками и назначил удар от бразильских ворот. А ведь матч так и закончился со счетом 1:0 в пользу гостей. И аргентинские инчас не рыдали в отчаянии после провала своей команды, не закидали ее гнилыми помидорами, не устроили побоище и сжигание флагов, а пронесли бразильских игроков на своих плечах вокруг поля в знак восхищения их мастерством. Мы можем представить себе сегодня такую ситуацию?

  • В нынешнем футболе бушуют иные страсти. Пеле выступил недавно с комментарием "Хватит обмана!", в котором писал: "Больше всего меня раздражают те моменты, когда игрок, владеющий мячом, подождав приближения соперника, вдруг падает как подкошенный, выпрашивая штрафной... И наши судьи верят этому!" Пеле назвал это "антифутболом", с которым следует строго бороться. Привычка его соотечественников "выпрашивать пенальти", считает он, может "дорого обойтись бразильцам на чемпионате мира".

  • Футбольный Рио возмущен: самый выдающийся ветеран "Васко да Гама" Роберто Динамит (1110 матчей и 705 голов в футболке "Васко", 48 матчей и 26 голов за сборную, ныне — депутат парламента) был изгнан из ложи VIP на одном из последних матчей президентом клуба Эурико Мирандой.

  • А в Аргентине появились сообщения о том, что Диего Марадона может быть назначен на ответственный пост в правительстве президента Эдуардо Дуальде. В свое время бывший президент Карлос Менем уже пытался пригласить его поруководить национальной кампанией против наркотиков. Но Марадона в тот период не мог и сам справиться с этой проблемой.