Так уж случилось, что во время недавнего праздника под названием "Звездный уик-энд "Олл Старз" в Лос-Анджелесе главный "хозяин" этого запоминающегося и яркого зрелища комиссионер НХЛ Гари Беттмэн пригласил в Лос-Анджелес бывшего президента главной североамериканской профессиональной хоккейной лиги Джона Зиглера. И мне сразу вспомнилось, что во время его правления я подписал свой первый в жизни контракт, при нем же и завершил свою короткую карьеру в НХЛ. Много лет назад мне доводилось встречаться с этим весьма обязательным человеком, который более 10 лет назад чуть не лишил Павла Буре права играть за "Ванкувер".

ЛУКАВСТВО ЗИГЛЕРА

И только суд, в котором юный тогда россиянин отстаивал свои права, обратившись с жалобой на странные действия руководства лиги и лично Зиглера, помог поставить финальную, победную для будущей "Русской ракеты" точку в том жестком и принципиальном споре.

Сейчас я напомнил уже давно ушедшему на пенсию президенту об этом эпизоде, и он, улыбнувшись, заметил: "Я был обязан тогда сделать вид, что поддерживаю советскую федерацию. На самом же деле мы все просто мечтали о том, чтобы талантливый нападающий как можно быстрее начал свою карьеру в Северной Америке".

А потом Джон много говорил о колоссальных изменениях в НХЛ за последние девять лет, когда в лигу пришел Беттмэн, руководящий нелегким бизнесом на высочайшем уровне. И, действительно, в течение тех двух дней в начале февраля я много раз встречал комиссионера НХЛ, который направо и налево давал многочисленные интервью и принял участие в нескольких пресс-конференциях. Однако, несмотря на свою занятость, он в итоге уделил довольно-таки много времени разговору со мной. С Гари мы встретились за круглым столом во временном офисе лиги напротив раздевалок сборных Северной Америки и мира.

— Мистер Беттмэн, девять лет карьеры для профессионального хоккеиста — срок немалый, а как вы можете оценить свой опыт, полученный за эти годы?

— Это было трудное, но в то же время и волнующее для меня испытание. Хотя я пришел в НХЛ, как говорится, не с улицы. До нее работал вице-президентом Национальной баскетбольной ассоциации и изучил в ней спортивный бизнес досконально. Я сразу понял, что лига испытывает огромные экономические трудности. Необходимо было сделать серьезные денежные вливания, дать возможность организовать новые клубы, привлечь национальные телевизионные программы, открыть, образно выражаясь, более широко двери для европейских игроков и тем самым заполучить новое поколение любителей одной из самых привлекательных спортивных игр. Все это достигалось конечно же совсем не просто. Хозяева команд долгие годы придерживались давно установленных традиций и правил. Испугать их было несложно, а вот для доказательства же новых идей следовало продемонстрировать талант по-настоящему искусного руководителя. И постепенно мне стали не просто верить, а предоставили, как говорится, полную свободу управления.

— Когда к вам пришла идея расширить международные связи?

— Знаете, довольно скоро. Прежде всего в нашу штаб-квартиру стали обращаться руководители Международной федерации хоккея. Их беспокоил вопрос о проведении чемпионатов мира, куда с большим трудом отпускали профессионалов, команды которых не попадали в плей-офф. Я же вынашивал собственные серьезные олимпийские планы, прекрасно понимая, что участие профи в этом глобальном и популярнейшем спортивном празднике принесет только пользу НХЛ, даст ей новые интереснейшие перспективы.

— Довольны ли вы сегодня достижениями на олимпийском поприще?

— Мне кажется, что довольны все. Не забудьте, что в этот гигантский проект в свое время мы вложили миллионы и миллионы долларов. К турниру прошлой зимней Олимпиады в японском городе Нагано мы готовились, не щадя своих сил и здоровья. Верили в силу энхаэловцев, и действительно борьба тогда была потрясающей. К нашему великому сожалению, золотые медали достались не канадцам, не американцам, а чехам, у которых большинство хоккеистов представляли национальный чемпионат.

В 98-М БЫЛ КРАХ, НО Я ВЕРИЛ В ОЛИМПИЙЦЕВ

— Как в вашем штабе перенесли это событие? Вы ведь наверняка думали о том, что уже есть смысл забыть о следующей Олимпиаде?

— Конечно, большинство верило в успех более сильных по составу канадцев или американцев, но спорт всегда непредсказуем. Было немало разговоров о том, чтобы прекратить участие профессионалов в олимпийской программе. Хозяева и генеральные менеджеры клубов были огорчены. К тому же их очень беспокоили травмы и естественная усталость, а вместе с ними и разочарование многих игроков. Но я все же понимал, что следующая Олимпиада будет проходить у нас, в США, поэтому принял решение переждать, пока страсти затихнут, а потом начать новую кампанию и решиться на второй подобный эксперимент.

— Вернемся к олимпийской теме несколько позже. Давайте поговорим о ваших взаимоотношениях с Ассоциацией игроков лиги. Через два года закончится Коллективный договор между ней и НХЛ. Но уже сегодня поговаривают о будущей забастовке. Может ли повториться история 1994 года, когда был объявлен локаут?

— Я буду очень огорчен, если это произойдет. Работа хоккеиста, как известно, заключается в участии в матчах и тренировках. Любая искусственная остановка, согласитесь, никогда не пойдет ему на пользу. У меня сложились вполне рабочие, профессиональные отношения с исполнительным директором профсоюза Бобом Гуденоу. Мы частенько разговариваем с ним, кое-что обсуждаем. К сожалению, у нас больше, чем хотелось бы, разногласий, но в некоторых аспектах мы все-таки находим общий язык. До начала основных переговоров по новому Коллективному соглашению еще немало воды утечет, и, думаю, мы станем свидетелями многих интересных событий.

— Исходя из тех же слухов, хочу заметить, что в заочной борьбе вашего нового личного контракта и новой сделки Гуденоу вы добились значительной победы. Говорят, что ваша годовая зарплата теперь 3,5 миллиона долларов, а Боба — 2,5 миллиона. Как относитесь к этому приятному для вас превосходству?

— Я ничего не знаю о зарплате руководителя профсоюзов. Это меня не касается. Моя задача — выполнять свою непосредственную работу на высоком профессиональном уровне. Но своим новым контрактом я крайне доволен.

НЕ НАДО МЕНЯ ОБВИНЯТЬ!

— Гари, ваши противники поговаривают о том, что даже сегодня, через девять лет, вы не до конца еще изучили хоккей, не все в нем понимаете. Это правда?

— Думаю, что очень хорошо знаю эту игру, что уже досконально разобрался в ней. В течение каждого сезона смотрю более ста матчей в разных городах Северной Америки. Постоянно общаюсь с генеральными менеджерами и ведущими тренерами, не говоря уж о хозяевах команд. Когда я пришел в НХЛ, то сразу же понял основную ошибку, совершенную моим предпоследним предшественником Джоном Зиглером, который часто уезжал в Европу во время розыгрыша плей-офф. Я этого никогда не делаю, так как обязан быть у себя в офисе в это самое напряженное время сезона.

— Итак, в заключение опять вернемся к Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити. Каковы ваши прогнозы на итог хоккейного турнира?

— Верю в большой успех соревнования, в мастерство профессионалов, в кубковую напряженность всех до единого поединков, но предсказать победителя, наверное, не смогу. Этого никто не сможет сейчас сделать, даже сам господь Бог. Так что приглашаю всех на Игры или, в крайнем случае, к экранам телевизоров. Вы, любители хоккея, обязательно получите огромное удовольствие от увиденного.