Напомним, ле Гунь обвинили в том, что она поставила на 1-е место россиян Бережную — Сихарулидзе под давлением президента своей национальной федерации г-на Дидье Галлагэ. Мари-Рен не смогла сразу опровергнуть это обвинение и, более того, в интервью корреспондентам телекомпании Эн-би-си подтвердила эту версию, выдвинутую, как оказалось, председателем технической комиссии Международного союза конькобежцев (ИСУ) Сэлли-Энн Стэплфорд.

То, что сказала ле Гунь журналистам "Экип", в корне меняет все дело и приоткрывает много новых интересных фактов в этой скандальной истории.

Отвечая на вопрос, кто же на самом деле оказывал на нее давление, ле Гунь заявила:

— Это происходило со стороны руководящих чинов ИСУ. Уже в течение двух лет мне то намекали, то порой прямо говорили, что я должна быть благосклонна к Сале — Пеллетье. Началось все в 2000 году во время чемпионата мира в Ницце. В Солт-Лейк-Сити давление стало еще более беспардонным, и мне даже угрожали физической расправой. Тем не менее после исполнения произвольной программы я решила выставить оценки объективно и дала российской паре первое место.

Приоткрывая завесу над тем, что происходило после окончания соревнований, ле Гунь сказала:

— Вернувшись в официальный отель, я столкнулась с председателем нашего техкома Стэплфорд. Кстати, должна заметить, что в ИСУ она официально представляет Великобританию, хотя я точно знаю, что у нее двойное гражданство — британское и канадское. Понятно, почему она так поддерживает Сале — Пеллетье. Стэплфорд начала обливать меня потоком брани именно за мое решение поставить первыми Бережную и Сихарулидзе. Я была обескуражена такой грубостью. Тогда Стэплфорд начала выводить логическую цепочку: я, дескать, попала под давление президента Французской федерации ледовых видов спорта. Мне даже не удалось сразу возразить. Стэплфорд кричала и не давала сказать ни слова, а я находилась в шоке и была близка к истерике. Вскоре британская канадка попросила меня в письменном виде заявить о давлении со стороны французской федерации в пользу россиян, но я это сделать отказалась. Тогда Стэплфорд рассказала обо всем двум членам технического комитета — Гримм и Лундгрен. Это был кошмар для меня, настоящая коллективная агрессия.

Дальше события развивались следующим образом:

— После состязаний обычно проводятся рабочие совещания всех задействованных арбитров. На следующий день после разговора со Стэплфорд прошло такое заседание, и главный арбитр соревнований американец Рон Пфенниг зачитал письмо, в котором рядовые судьи были названы "бессовестными" людьми. У меня нет сомнений: текст этого письма был составлен госпожой Стэплфорд. Я была психологически раздавлена, расплакалась и сказала, что принимала решения под давлением моей федерации ледовых видов спорта. Хотя на самом-то деле ни с кем из ее руководства я в Солт-Лейк-Сити даже не общалась.

На вопрос журналистов, почему француженка очернила своих соотечественников, Мари-Рен ле Гунь призналась:

— Я находилась в состоянии глубочайшего транса, аффекта, называйте это как хотите. Меня вывели из равновесия, скажите за это спасибо Стэплфорд. Конечно, я виновата, что потеряла контроль над своими поступками.

А на вопрос, общалась ли она с представителями России на тему "как судить соревнования спортивных пар", Ле Гунь категорически заявила:

— Нет. Когда я выставляла оценку после произвольной программы, думала только о технической стороне дела — кто как катался, кто лучше выполнял элементы. С профессиональной, судейской точки зрения, Бережная со своим партнером отработали программу лучше, чем Сале — Пеллетье, поэтому я их и поставила на первую позицию.

Когда я встречалась с Оттавио Чинквантой, он задал мне два вопроса. Первый: действительно ли я обвиняла Галлагэ? Да, я сделала это, но я не отдавала себе отчета в том, что говорила в то время, так как была слишком потрясена всем. И второй: правда ли, что я считаю русских фигуристов лучшими? И здесь последовал положительный ответ. Они действительно лучшие. И ни в какой сговор с русскими судьями я не вступала.

Минувшей ночью (по московскому времени) в Солт-Лейк-Сити прошло закрытое заседание исполкома ИСУ. Интересно, какие еще тайны расскажет госпожа ле Гунь, временно дисквалифицированная за "непрофессиональное поведение"?