После финиша гонки на 30 км классическим стилем Лариса Лазутина едва сдерживала слезы: "Нынешняя моя золотая медаль — это дело принципа. Мне очень нужна была эта победа, поскольку, сама того не желая, подвела нашу команду три дня назад. Я должна была вернуть то, что у нас незаслуженно отобрали, не допустив к эстафете. Даже не верится, что сумела пережить тот сильнейший шок. Который тогда испытала…"

Все хорошо, что хорошо кончается, подумалось в тот момент. Боги на Олимпе поступили совершенно справедливо, подарив именно Лазутиной последнюю золотую медаль лыжных соревнований ХIХ Олимпиады. Великая спортсменка, пятикратная олимпийская чемпионка, объявившая накануне о том, что эти Игры станут для нее последними, не заслужила столь бесславного окончания карьеры, которую попытались устроить для нее неизвестные господа из международной федерации лыжного спорта. Но, увы, они все-таки его устроили…

Ровно через 2 часа после церемонии награждения победителей и призеров, женской гонки на 30 км классическим стилем было объявлено, что в допинг-пробах чемпионки Ларисы Лазутиной и занявшей восьмое место Ольги Даниловой обнаружен запрещенный препарат дарбопоэтин, повышающий уровень гемоглобина в крови.

20 ДНЕЙ СПЛОШНОГО СКАНДАЛА

В последний день организаторы подарили спортсменам и зрителям красочную церемонию закрытия Игр. Зрелище, надо признать, получилось потрясающим. Но праздника на душе не было. 20 дней непрекращающегося скандала — это, пожалуй, самая точная характеристика, завершившихся в Солт-Лейк-Сити Олимпийских игр-2002. Дело дошло до того, что даже столь яркое событие для лыжного спорта России, как победа в гонке на 50 км Михаила Иванова в предпоследний день Олимпиады, осталось фактически незамеченным нашими средствами массовой информации, поглощенными темами антироссийских настроений в кругах руководителей отдельных международных федераций.

Подкосить боевой дух казавшейся непобедимой российской команды лыжниц в общем удалось. Начали с Натальи Барановой, чей анализ на допинг (взятый накануне Игр), дал, якобы, положительный результат .Однако вот что интересно: показатели пробы "А", взятой в Осло, до тысячных долей совпадают с пробой "Б", проверенной в Лозанне. Таких фантастических совпадений показателей допинг-проб, взятых разными лабораториями, с разными возможностями и квалификацией специалистов попросту не может быть, поскольку быть не может никогда.

ТРАГЕДИЯ В ЗАГАДОЧНОМ ДОМИКЕ

Однако решающий и едва ли не смертельный удар по женской лыжной команде России был нанесен накануне олимпийской эстафетной гонки 4х5 км, проиграть в которой наши девушки могли лишь в одном случае — если бы забыли смазать лыжи. Тем не менее ни на пьедестале почета, ни даже среди участников гонки мы нашу команду не увидели.

Показательно, что Лазутина вообще не должна была проходить проверку на ЭПО. По жеребьевке эта неприятная процедура выпала Ольге Даниловой. Однако, когда у нее все оказалось в норме, на тест пригласили Лазутину, вписав в последний момент карандашом ее фамилию в список отобранных по жеребьевке спортсменок. Причем все это было сделано менее чем за час до начала гонки, когда заменить в команде уже никого было нельзя.

Могла ли Лариса отказаться от проверки, сославшись на нарушенный работниками медицинской комиссии регламент забора крови? Признаться, четкого ответа на этот вопрос услышать так и не удалось. Сама Лариса говорила потом о полном бесправии спортсменов, которые вынуждены подчиняться любым решениям служб допинг-контроля и идти туда, куда им прикажут. Вице-президент Международного олимпийского комитета и Олимпийского комитета России Виталий Смирнов поведал журналистам душещипательную историю о том, как он, приехав на лыжный стадион за 10 минут до старта эстафеты и узнав о том, что нашу команду сняли с соревнований, бросился в домик, где разыгралась трагедия. Но там невозможно было найти ответственного человека, способного повлиять на ситуацию. Судьбоносное для миллионов российских болельщиков решение устранить наших от борьбы за олимпийское золото в эстафете было принято, по мнению Виталия Георгиевича, на уровне рядового чиновника.

Председателя Госкомитета РФ по физической культуре спорту и туризма Павла Рожкова вообще не пустили в вышеупомянутый домик, а руководитель российской делегации Виктор Маматов находился в этот момент на заседании Исполкома Международного союза биатлонистов, вице-президентом которого является. Виктор Федорович потом тоже осудил действия работников, аккредитованной на Играх антидопинговой лаборатории, назвав их преднамеренной и тщательно подготовленной провокацией против российской команды. Задавал много справедливых, но неизвестно к кому обращенных вопросов. Почему, например, нельзя было провести тест на ЭПО за 2 часа до старта эстафеты, когда согласно регламенту, еще существовала возможность заменить Лазутину? Или в чем, скажем, вина трех остальных наших девушек — Даниловой, Чепаловой и Гаврылюк — пострадавших неизвестно за что? Однако факт налицо, и от него, как любил говорить один известный литературный герой, не отмахнешься. В нужный момент рядом с нашими девушками не оказалось ни руководителей российского спорта, ни тренеров. В результате великая Лазутина, Герой России, пятикратная олимпийская чемпионка "пошла туда, куда ей приказал" мелкий чиновник, имя которого до сих пор не выяснено, а Данилову помимо проверки на ЭПО заставили сдать тест и на мочу.

На чем в этой связи еще хочется сконцентрировать внимание. Ольга Данилова, Юлия Чепалова, Нина Гаврылюк, согласитесь, это не последние люди в мировом лыжном спорте. Олимпийские чемпионки, гонщицы, много лет определяющие лицо своей спортивной дисциплины, одно их появление на лыжне является украшением любых соревнований, тем более Олимпийских игр. И в этой связи трудно вспомнить, чтобы какая-то международная федерация поступила со своими спортсменами подобного уровня так, как сделала это ФИС в Солт-Лейк-Сити с Ольгой, Юлией и Ниной.

УКРАЛИ МЕДАЛЬ

Такое ощущение, что к нам залезли в карман и украли законную медаль, как это, собственно, было проделано несколькими днями раньше в фигурном катании. Там, правда, награду не отняли. Но дали четко понять, что мы получили ее нечестно. Поспешно необдуманное решение новоявленного президента МОК и его команды вручить второй комплект золотых наград канадской паре еще, как говорится, выйдет боком олимпийскому движению, не раз аукнется грандиозными скандалами, но речь сейчас не об этом. Во время Олимпиады Леонид Тягачев много говорил о защите интересов спортсменов, о том, что именно ею было продиктовано решение дать добро на участие Сихарулидзе и Бережной в повторном награждении. Но позвольте, чьи интересы мы в данном случае учли? Ведь совершенно понятно, что соглашаясь на участие в этом спектакле мы поставили под сомнение факт нашей победы, как единственно законной. На каком основании канадцам были вручены золотые медали, если несколькими днями раньше чемпионами были объявлены наши ребята и никто их этих титулов не лишал? Может быть, оценки у обоих пар абсолютно равные, так нет же, у нас они выше. И как быть с тем, что нынче судья из Франции, утверждавшая ранее, что на нее оказывали давление, заставляя давать завышенные оценки россиянам, теперь делает диаметрально противоположное признание, заявляя, что на нее давили канадцы, вынудив оклеветать русских?

ВСЕ ОСТАЛИСЬ ПРИ СВОИХ

Нам еще предстоит подвести не совсем приятные для россиян спортивные итоги завершившейся в Солт-Лейк-Сити XIX Олимпиады, пока же скажу о другом, куда более, как мне представляется, грустном. Нынешние Игры, состоящие из нескончаемой череды закулисных игр, выявили полную неподготовленность руководителей российского спорта в вопросах защиты интересов наших спортсменов и тренеров. Дело даже не в расхождении слов с делом: с одной стороны, постоянные разговоры об интересах спортсменов, с другой — беспрецедентное решение снять двоеборцев и прыгунов на лыжах с трамплина с соревнований и отправить домой. Удивило подчас абсолютное отсутствие четкой позиции в экстремальных ситуациях. Весьма характерно в этом плане вышеупомянутая конференция, призванная дать отпор произволу судей, обслуживавших соревнования фигуристок-одиночниц, хоккейный матч Россия — Чехия, а также действиям работников антидопинговой лаборатории, снявшей нашу эстафетную команду лыжниц. Почти 2 часа длилось это мероприятие, а в итоге западные журналисты потом забросали коллег из России одним-единственным вопросом, так что же все-таки хотели руководители российского спорта, для чего собирали пресс-конференцию. Если бы мы сами это поняли…

Вот, например, два заявления Леонида Тягачева, сделанные на этой встрече с прессой с интервалом в 5 минут:

— На встрече с президентом Международного олимпийского комитета я сказал ему: "Если Россия не нужна большому спорту и олимпийскому движению, то наша команда может покинуть Олимпийскую деревню и объединить спорт в кругу тех людей, которые хотели бы соревноваться на "чистой" арене и с хорошим судейством". Я не хотел бы смешивать спорт и политику, но как президент Олимпийского комитета России должен официально заявить, что в случае необъективного рассмотрения вопроса о наших лыжницах, представителях других дисциплин Россия не должна принимать участие в церемонии закрытия Олимпиады…

И далее:

— Если не будут рассмотрены вопросы, которые я поставил перед президентом МОК, то здесь в Солт-Лейк-Сити российские спортсмены не будут ни в хоккей играть, ни 30-километровую лыжную гонку бегать. И, естественно, мы будем очень жестко ставить вопрос на перспективу — о чистоте спорта, об объективном судействе, о серьезном отношении к спортсменам и тренерам, чтобы кто-то не делал из них гуттаперчевых мальчиков…

Непонятно, зачем нужно было делать такие заявления, если с самого начала было ясно, что руководители нашей делегации не уполномочены отозвать российскую команду из Солт-Лейк-Сити. В общем, пошумели-пошумели, выдвинули протесты против необъективного судейства, сумели провести вопрос об "антироссийском заговоре" на заседании Исполкома МОК с участием президентов тех федераций, к которым у нас были претензии, а в результате не добились абсолютно ничего. Более того, выяснилось, что протест против субъективного судейства фигуристок-одиночек был составлен впопыхах и неправильно, поэтому был отклонен. Та же история с лыжницами: для наших руководителей стал откровением тот факт, что, оказывается, представители антидопинговой комиссии могут брать пробу на ЭПО перед стартом в любое время и у любой спортсменки. Что же касается хоккея, то нам попросту посоветовали забыть о тех неприятных эпизодах, которые случились в матчах с чехами. В итоге все остались при своих.