Когда сильнейший футзалист Словении Милевой Симеунович накануне предыдущего сезона появился в российской команде "Норильский никель", достоверной информации о нем было немного. В частности, однажды его назвали центрфорвардом. На поверку оказалось, что этот игрок выполняет на площадке разные функции, и какие из них в большей степени — определить трудно.

— Милевой, а сами вы причисляете себя к футболистам скорее оборонительного или атакующего плана?

— Считаю себя защитником. Хотя в чем-то вы правы: в России я отчасти превратился в универсала. В Словении и Италии мне больше приходилось сосредотачиваться на разрушительных действиях.

— Обычно игрок уходит в тень в компании с сильными игроками, но там, где он сильнее своих партнеров, берет инициативу в свои руки.

— У меня получилось не так, как у других. К тому же и в Словении, где мини-футболом профессионально занимаются несколько человек, есть сильные исполнители. Двое — Гачник и Дробник — играют в итальянских клубах, а еще больше мне нравится бомбардир из словенского первенства Джафич. Впрочем, я все равно являюсь лучшим игроком страны, и, по общему мнению, национальная сборная со мной и без меня — две совершенно разные команды.

— У любителей с отъездом даже в сильные заграничные клубы подчас возникают далеко не спортивные сложности. Например, капитан сборной Португалии Витинья, занявший третье место на последнем чемпионате мира, заявил, что из своей страны никуда не уедет, так как не хочет лишиться основной работы.

— Я стал профессионалом еще когда выступал на родине. В этом смысле мне было проще принимать решение. Другое дело, что в 20-летнем возрасте страшно уезжать в незнакомую страну, где неизвестно, как все у тебя сложится. Во многом поэтому в 1997 году я предпочел отправиться в близкую и вроде бы благополучную Италию, а не в Россию, куда меня тогда приглашал Евгений Ловчев.

— А спустя три года ехать в Россию вы уже не боялись?

— Мне предложили гораздо лучшие условия. А кроме того, я понял, что нельзя нигде быть уверенным в завтрашнем днем, поскольку многое в нашей жизни зависит от капризов спонсора. Два из трех моих итальянских сезонов прошли в клубе из Флоренции, президент которого очень любил мини-футбол. Мы вышли в сильнейший дивизион, а на следующий год сохранили в нем место. И тут хозяину наш вид спорта разонравился, и команда осталась без финансирования. Он, оказывается, обиделся: ему хотелось, чтобы все во Флоренции смотрели мини-футбол, а люди почему-то продолжали сходить с ума по "Фиорентине" и Габриэлю Батистуте из большого футбола.

— В "Норильский никель" вы, наверное, приехали не только за деньгами, но и ради повышения мастерства?

— Верно, но я бы не сказал, что изначально проигрывал местным футболистам в классе. Мне надо было адаптироваться к российскому чемпионату, набраться уверенности. Однако уже по первым тренировкам я понял, что могу быть в новом клубе среди лидеров.

— Чему-то вы все-таки здесь научились? Скажем, бывший наставник норильской команды Павел Безгляднов по ходу прошлого сезона указывал на такой изъян в вашей подготовке, как отсутствие хорошего удара. А в нынешнем сезоне, судя по голам в ворота ГКИ и "Спартака", вы бьете по мячу заметно лучше.

— Как раз это я умел и раньше. Просто первый год в России все из-за той же неуверенности зачастую отдавал передачи в ситуациях, когда можно было атаковать самому. Поэтому, видимо, у тренера и сложилось превратное впечатление о моих игровых качествах. В "Норильском никеле" я, конечно, прибавил в мастерстве, но в том, что касается удара, все осталось по-прежнему.

— На вашем выступлении за сборную сказывается опыт игры в российском клубе?

— Скорее он сказывается на игре сборной. Я ведь в меру сил еще стараюсь помогать тренерам. Именно по моей подсказке национальная команда и ведущие клубы страны перешли на тактику замен "четверками". Словенские игроки тренируются два-три раза в неделю, и если им меняться по одному, они просто не выдержат физически. С другой стороны, российский вариант чередования звеньев через каждые две минуты я тоже не приемлю. За такое время не удается не только почувствовать игру, но иногда и коснуться мяча. В сборной Словении мы заменяем "квартеты" через пятиминутные отрезки, и такой вариант мне нравится больше всего.

— Душан Разборшак, много лет возглавляющий сборную, давно объявил себя приверженцем испанской школы футзала. Разве это стыкуется с тактикой "игры четверками"?

— На самом деле мы стараемся учиться и у испанцев, и у россиян, и у всех понемногу. Больших успехов в этом, правда, не достигли, и потому суть остается словенская. Знаете, что присуще нашим командам во всех видах спорта? У нас везде игра строится вокруг двух или трех приличных исполнителей, а остальным, кроме бойцовских качеств, показать особенно и нечего. А Разборшак, кстати, уже год как со сборной не работает.

— Вы, я знаю, с ним конфликтовали, из-за чего пропустили даже отборочный турнир к чемпионату мира.

— Да, тренер проявил тогда непонятную принципиальность. Он вдруг объявил, что все, кто не будет на предварительном сборе, в турнире участия не примут. А итальянский клуб тогда категорически отказался меня отпускать. Мне и в остальных отношениях работать с ним было трудно. Он требовал, чтобы на площадке я строго придерживался его задания, а мне хотелось иметь максимальную свободу действий. Сейчас у нас новый тренер, и с ним я ощущаю себя гораздо лучше.