22 марта заслуженному мастеру спорта, бывшему капитану московского "Динамо" Леониду Константиновичу Соловьеву исполнится 85 лет, из которых 60 связаны с этим клубом. Накануне юбилея наш корреспондент встретился с Леонидом Константиновичем.

— Леонид Константинович, сегодня поздравлять вас с 85-летием рано. "Советский спорт" это сделает в преддверии вашего юбилея. Прежде всего, ваше самочувствие?

— Как говорится, по возрасту. Со зрением и ногами проблема — вижу плохо, передвигаюсь с помощью палочки. Поэтому уже забыл, когда на улицу последний раз выходил. Но с головой вроде бы нормально. Во всяком случае, и жена Евдокия Гавриловна, и часто навещающая нас дочь Валентина не считают, что у меня наступил старческий склероз.

— Тем лучше. Надо полагать, вы многое помните в своей богатой событиями жизни?

— Смотря что. Помню, например, и первое свидание с будущей женой — она работала продавщицей в кондитерском отделе, а я ей преподнес кулек "подушечек". Но, видимо, я ей так понравился, что она, привыкшая к шоколаду, была тронута моим подарком. Помню и первый поцелуй, и дни рождения сына и дочери. Но забыл, когда динамовцы последний раз завоевывали золотые медали.

— За футболом следите?

— Только по телевидению и газетам. Информация теперь богатая, но лучше бы, конечно, увидеть игру на поле.

— Леонид Константинович, в сборной СССР вам не довелось поиграть.

— Ничего удивительного в этом нет. Ведь у нас она появилась только в 1952 году в канун Олимпиады в Хельсинки. Но у меня в то время были вырезаны два мениска. К тому же мне было уже 35 лет, когда футболист задумывается над вопросом: а не пора ли уступить место молодому?

— Но после Олимпийских игр вы еще поиграли?

— После операции я поиграл еще в одном первенстве. А всего, включая неполный чемпионат 1941 года, когда было сыграно только десять туров, я участвовал в девяти. В 39-м году я был призван в погранвойска в Белоруссию и на границе с Польшей прослужил полгода. А затем был переведен в минское "Динамо". И через год мы добились права играть в группе сильнейших. Но вмешалась война.

НЕСЫГРАННЫЙ 11-Й ТУР

— Где и как вы узнали о нападении фашистской Германии?

— 22 июня мы должны были играть в Минске с командой "Профсоюзы-2", но утром нам сообщили о начале войны. И хотя в столице Белоруссии в это время находилась моя жена с только что родившимся сыном, я не смог с ней даже проститься. И она две недели добиралась до Москвы. А я в это время вместе с одноклубниками по лесам прошагал до Могилева, а оттуда на паровозе нас доставили в Москву, где мы были зачислены в бригаду особого назначения.

— Тем не менее в военных действиях вы не участвовали, наоборот, даже играли в первенстве Москвы.

— Все мы рвались на фронт, но был приказ чуть ли не самого Сталина спортсменов, артистов от военных действий освободить, так что мы в самом деле играли в футбол, и в 44-м году я был переведен из минского в московское "Динамо".

— Самые яркие воспоминания послевоенных лет?

— Прежде всего — незабываемая поездка в Англию, где мы представляли не только "Динамо", но и весь советский народ, победивший в Великой Отечественной войне. Интерес к нашей игре был огромный, но поначалу отношение к нам было сдержанно-снисходительным. Англичане, видимо, полагали, что о футболе мы не имеем представления. Но после ничейного исхода первой встречи с "Челси" оно резко изменилось, и во многих газетах даже писали, что в лице русских динамовцев англичане увидели еще одну великую футбольную державу. А что было после нашей беспроигрышной игры в трех следующих матчах!.. В общем, нас чуть ли не на руках носили. А затем были поездки в Югославию, Норвегию, Швецию, и мы действительно подтвердили высокий класс русского футбола.

— Что-нибудь забавное в зарубежных поездках запомнилось?

— Например, на банкете у мэра Лондона вратарь Алексей Хомич, прозванный англичанами Тигром, начал тост словами: "Леди и гамильтоны!" Через два года, во время поездки в Скандинавию, в Осло, нас пригласили в гости посол Сергей Алексеевич Афанасьев и военно-морской атташе Афанасий Сергеевич Соколов. Это были замечательные люди, с которыми я потом встречался неоднократно в Москве, и каждый раз они напоминали мне, как мы гасили сигареты, втыкая их в мебель из красного дерева, после чего в посольстве пришлось сменить обстановку.

СУПЕРБОЕВИКИ ЦДКА - "ДИНАМО"

— Ваше соперничество с ЦДКА очевидцы до сих пор вспоминают как захватывающий супербоевик с самыми неожиданными развязками…

— Как из песни слов не выбросишь, так и не забудется наша захватывающая борьба с армейцами на протяжении семи лет, пока в 1952 году не расформировали этот армейский клуб. А так начиная с 45-го только мы и армейцы боролись за звание чемпиона. Мы, правда, побеждали в эти годы только два раза, но на пятки соперникам наступали постоянно. В 47-м, например, они забили на один мяч больше, а через год в личной встрече, которой завершался чемпионат, нас устраивала ничья, и за 4 минуты до финального свистка счет был 2:2. Однако Бобров все-таки забил третий мяч, и золотые медали снова достались футболистам ЦДКА.

— Вы сильно переживали?

— Естественно, а Юлия, жена нашего правого полузащитника Всеволода Блинкова, который опекал Боброва, после этого поражения хотела подать даже на развод. Так что приятных мгновений в жизни было много. Теперь-то понимаю, что из-за футбола я стал инвалидом, но если бы вернуть молодость, снова бы вышел на зеленое поле. Разумеется, не все гладко складывалось у меня в жизни. Мои болячки — чепуха по сравнению с тем, что пришлось нам пережить шесть лет назад, когда в автомобильной катастрофе погиб любимый внук Стас. До сих пор удивляюсь, как мы с женой пережили этот удар. В Стасе мы души не чаяли, а он, в свою очередь, постоянно заботился о нас, называл только бабулей и дедулей, ежедневно интересовался, какие продукты привезти.

— Живете, кстати, только на пенсию?

— Увы, сбережений не накопил, а "Динамо" редко вспоминает о таких ветеранах, как я.

— Но полгода назад, когда в Москве отмечали 55-ю годовщину поездки "Динамо" в Англию, вас, Бескова и Савдунина пригласили в "Олимпийский", вам снова аплодировали зрители…

— Приятно было, конечно, опять оказаться в центре поля, правда, в роли свадебного генерала, услышать аплодисменты и приятные слова в свой адрес, получить по советским традициям цветы и грамоты.

— И что же, даже на лекарство не дали?

— Кто?

— Организаторы чествования.

— Я слышал, что на праздник было выделено немало денег, но мы с Володей Савдуниным их не увидели. Хорошо, что в последнее время проводятся мероприятия в честь какого-нибудь важного события, приглашаются ветераны. Но после праздника в "Олимпийском" сложилось впечатление, что доброжелательные организаторы таких акций стараются не столько ради юбиляров, сколько ради удовлетворения собственного тщеславия, возможности сказать, что и они причастны к этому событию. В то же время создается впечатление, что деньги, предназначающиеся в таких случаях ветеранам, они кладут в свои карманы, так сказать, на лекарства, которые, поверьте, им обязательно понадобятся в старости, правда, если они доживут.

— Но вам-то 22 марта исполнится 85 лет, и все пожелают крепкого здоровья и продления жизни хотя бы до первой победы "Динамо" в чемпионате России.

— Спасибо. Учитывая сегодняшнюю игру родной команды, мне действительно доведется прожить еще много лет..


НАША СПРАВКА

Леонид Константинович Соловьев родился 22 (9) марта 1917 года в подмосковном городе Серпухове. Там же начал играть: в 18-летнем возрасте дебютировал в клубной команде "Красное знамя". После призыва в 1939 году в погранвойска оказался в минском "Динамо". После начала Великой Отечественной войны был переведен в московское "Динамо", в котором выступал до 1953 года. Всего в чемпионатах СССР сыграл 181 матч и забил 13 мячей. Чемпион СССР в 1945-м и 1949 годах, второй призер в 1946-м, 1947-м, 1948-м, 1950-м, бронзовый призер 1952 года. Выступал в трех финалах Кубка СССР, однако как капитан "Динамо" хрустальный приз в руках не держал. Один из трех оставшихся в живых динамовцев, которые осенью 1945 года играли в Англии с профессиональными клубами. По окончании игровой карьеры 23 года тренировал юношеские команды "Динамо". Награжден орденами "За заслуги перед Отечеством II степени", "Дружбы народов", "Великой Отечественной войны II степени", медалью "За оборону Москвы".


ЛЮБОПЫТНО

Перед вылетом в ноябре 45-го года в Лондон динамовцам выдали стандартные драповые пальто и фетровые шляпы, которые раньше никто из динамовцев не носил, и не удивительно, что Николай Дементьев все время надевал свой новый головной убор задом наперед, что вызывало хохот. Забавно выглядели и другие игроки, поскольку пальто им выдали без примерки. По признанию многих динамовцев, в такой униформе они чувствовали себе непривычно скованными, на что обратили внимание в своих репортажах английские журналисты. У лондонских корреспондентов большой интерес вызвал багаж динамовцев — черные сатиновые мешки, в которых находились продукты. Но журналисты этого не знали и писали по этому поводу все, на что хватало фантазии, вплоть до того, что, мол, в случае проигрыша динамовцы будут отправлены в Москву в этих мешках.