Чем ближе выборы президента ФИФА, намеченные на 29 мая в Сеуле, тем больше накаляются страсти вокруг них. Вслед за Зеппом Блаттером свою кандидатуру выставил в воскресенье президент КАФ Исса Хайяту. А пока Блаттеру приходится мириться с энергичными выпадами своих недругов.

БЫЛ ЛИ ПОДКУП?

28 февраля английская "Дэйли Мэйл" опубликовала статью, которая сразу вызвала оглушительный и, собственно, заведомо ожидаемый резонанс. Ее автор Эндрю Дженнингс — известная в журналистике личность. Не так давно он в одиночку раскрыл коррупционные дела в Международном олимпийском комитете, за что был удостоен всемирной премии в номинации журналистских расследований.

Разгромив МОК, Дженнингс решил взяться за другое "осиное гнездо" — ФИФА. Ему удалось раскрутить на сенсационные признания Фараха Аддо, вице-президента Африканской конфедерации (КАФ) и президента своей родной Сомалийской федерации. Этот деятель рассказал репортеру о закулисных делах, касавшихся выборов президента ФИФА 1998 года, когда, напомним, Жоао Авеланж сдавал свои 24-летние полномочия и в ходе голосования в парижском отеле "Меридьен" делегаты от национальных федераций стран мира должны были определить его преемника из двух кандидатур — Зеппа Блаттера и Леннарта Юханссона. В итоге, как известно, победил Блаттер, набравший 111 голов против 80 у его соперника.

Итак, вот что поведал Фарах Аддо: "Мы у себя в КАФ решили отдать все имеющиеся у нас голоса — 51 — Юханссону. И тут мне позвонил сомалийский посол в одном из государств Персидского залива. "Один мой друг, — сказал он мне, — хочет предложить тебе 100 тысяч долларов за то, чтобы ты изменил свой голос. Половину денег ты получишь в валюте и половину — натурой, в спортивном инвентаре. Мы договорились, что либо они переведут наличность на мой счет, либо я сам слетаю туда и заберу ее".

Аддо отверг предложение, но когда он прибыл в Париж на конгресс, то к своему немалому удивлению обнаружил, что не был аккредитован на выборы: его место было передано другому сомалийскому функционеру, который был настроен проголосовать за Блаттера. Только совместное вмешательство Юханссона и президента КАФ Иссы Хайяту предотвратило это безобразие: Аддо был восстановлен в законных правах.

Спустя два месяца Сомалийская федерация созвала свой чрезвычайный конгресс для разбирательства данного инцидента, и там двое чиновников признались в получении 10 тысяч долларов за фабрикацию документа, лишающего Аддо его миссии на выборах. Один из мошенников — вице-президент Хассан Али подписал заявление, в котором говорилось, что он получил взятку за отдачу сомалийского голоса Блаттеру. При этом он добавил, что деньги поступили от Мохаммеда Бен Хаммама, лидера Катарской федерации и одновременно члена исполкома ФИФА, который оплатил все расходы по перелету и проживанию, а также выдал карманные деньги для четырех представителей Сомалийской федерации.

По словам Аддо, африканские делегаты, разместившиеся в отеле "Меридьен", получали деньги в обмен за изменение своей позиции: "Я видел это своими собственными глазами. Выдача и получение взяток происходили в ночь перед голосованием. Некоторые говорили мне, что получили задаток в 5 тысяч долларов до процедуры и еще столько же потом, когда Блаттер победил. Я произвел свои собственные наблюдения и подсчеты и пришел к выводу, что 18 делегатов изменили свой выбор от Юханссона к Блаттеру".

Последнее утверждение означает, что если бы этого не произошло, Юханссон бы победил 98 голосами против 93.

НЕ ОБОШЛОСЬ БЕЗ ВМЕШАТЕЛЬСТВА АВЕЛАНЖА

Аддо уверен, что Блаттер был осведомлен о происходившем за его спиной: "Да, он все знал. И знал, в частности, о том, кто ему во всем этом помогает". Свою роль в "выкручивании рук", по мнению сомалийца, сыграл и Жоао Авеланж, его предшественник и покровитель.

"Бразильский диктатор, которому Блаттер долгое время верой и правдой служил как генсек, видел в нем продолжателя своей коррупционной династии", — говорит Эндрю Дженнингс и вменяет Авеланжу в вину то, что тот в канун президентских выборов обрабатывал Западно-Африканскую футбольную федерацию. "Финансовое отделение ФИФА скоро перечислит вам 50 тысяч долларов на функционирование вашего секретариата в последующие два года. Прошу вас отправить в ФИФА ваши банковские реквизиты" — так, со слов журналиста, говорилось в письме Авеланжа.

Голоса шести федераций Западно-Африканского альянса, в число которых входит и Сомали, были переключены на Блаттера только после усиленной обработки со стороны Авеланжа, по настоянию которого в начале 1998 года было созвано совещание в руандийском городе Кигали.

По данным Аддо, результатом того совещания стало путешествие со всем комфортом в Париж на чемпионат мира троих африканских чиновников из высшего эшелона — президента Западно-Африканской федерации суданца Умара Абу Харраза, генерального секретаря Си-Джей Обинго, а также вице-президента Руандийской федерации. Им были оплачены все расходы по перелету, размещению в отеле "Монпарнас" на весь период чемпионата мира, а также вручены карманные деньги. В общей сложности ФИФА потратила на них 200 тысяч долларов.

Что касается неблаговидных закулисных африканских маневров накануне выборов 1998 года, то Исса Хайяту, как утверждает Дженнингс, был поставлен в известность, но приехал в отель слишком поздно, когда махинации были уже завершены и все успокоилось.

"Циркулируют слухи, будто Саудовская Аравия вместе с Катаром инвестировали 5 миллионов долларов в поддержку Блаттера. Арабские приспешники Блаттера позволяют себе нагло вламываться ночью перед выборами в отель, где они должны происходить. Футбольная империя разваливается под тяжестью своей собственной коррупции. Мировой футбол превратился в игрушку, присвоенную и бесстыдно используемую нефтяными миллиардерами Персидского залива, чьи команды не показали еще ничего вразумительного на футбольном поле", — заключает Дженнингс.

2 марта, через два дня после появления скандальной статьи в "Дэйли Мэйл", последовала реакция одного из ее фигурантов — катарца Мохаммеда Бен Хаммама Аль-Абдуллы, "финансового обеспечителя" кампании Блаттера 1998 года. Свой ответ он почему-то адресовал именно Блаттеру, хотя предназначался он для широкой публики. Там Аддо был охарактеризован как "несмышленый субъект, не осознающий, что рано или поздно он обязательно пострадает от последствий содеянного им". Смахивает на угрозу расправы…

Отписал Бен Хаммам и Иссе Хайяту: "Мистер Аддо не единственный, кто фабрикует наветы и бросается обвинениями. Но коль скоро обвинения во взяточничестве выдвинуты членом КАФ и адресованы среди прочих официальным лицам африканского футбола, я требую, чтобы вы, мистер президент, создали специальный комитет по расследованию этих обвинений".

Блаттер, этот прожженный волк, в каких только переделках не перебывавший, отреагировал куда спокойнее: "Неудивительно, что подобное сообщение увидело свет именно в это время. Оно является частью кампании по дестабилизации и опорочиванию, развернутой против меня начиная с определенного момента. Меня давно обвиняют в подкупе голосов, и в свое время я достаточно подробно и пространно говорил на эту тему. Вопрос был закрыт, и я не вижу смысла снова его открывать".

ПОСЛЕДСТВИЯ КРАХА ISL

Второй скандал вокруг имени Блаттера связан с пресловутым банкротством компании ISL, бывшего главного финансового партнера ФИФА. Прошел уже почти год, а споры вокруг того, насколько ощутимым ударом для ФИФА оно стало, по-прежнему бурлят. Аудиторская группа KPMG, которую Блаттер и его помощники привлекли для оценки понесенного высшим футбольным органом ущерба, назвала сумму в 28 миллионов долларов, которую многие эксперты посчитали чересчур мизерной, порекомендовав добавить к ней еще один ноль.

Оппозиционеры Блаттера во главе с Леннартом Юханссоном давно требовали проведения собственного, "внутрифифовского" расследования дела о банкротстве ISL.

Важные события произошли в начале текущего месяца. 5 марта в Цюрихе заседал финансовый комитет ФИФА — шесть человек во главе с аргентинцем Хулио Грондоной. Комитет издал оптимистичную резолюцию. "Финансы ФИФА остаются очень прочными, — заявил Грондона. — 2001 год мы закрыли, положив в казну организации 367 миллионов швейцарских франков. Очевидно, мы в состоянии покрыть все настоящие и будущие риски и другие непредвиденные траты".

Комитет, как утверждалось, единодушно одобрил аудит, произведенный группой KPMG. Но это утверждение тут же было опровергнуто критиками Блаттера: "Позвольте, о каком единодушии может идти речь, когда двоим членам комитета просто-напросто заткнули рот, когда они попытались вникнуть в суть вопроса более глубоко?"

Пустить пыль в глаза вновь не удалось, и 7 марта на заседании исполкома ФИФА Блаттер под нажимом Юханссона, Хайяту и корейца Чун Мон Чжуна вынужден был сдаться. После трех часов словесных баталий он согласился на внутреннее расследование спорного вопроса, что расценили как важную победу Юханссона и его альянса.