Директор Российского антидопингового центра Виталий Семенов считает: "Все, что нужно для того, чтобы спортсмен выходил на старт "чистым" от допинга, теперь есть и у нас".

— На Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити впервые была применена методика по определению в крови дарбепоэтина — того препарата, в применении которого обвиняют наших лыжниц. Насколько безупречен сам метод?

— Мы уже владеем этой методикой. Один из наших сотрудников прошел стажировку во французской антидопинговой лаборатории. Сам метод обнаружения дарбепоэтина сложен и требует внимательного отношения. В течение почти двух суток с образцом необходимо совершать определенные действия: нагревать, смешивать, выделять что-то при определенных условиях…

Однако сама методика адекватна и пробелов с научной точки зрения не имеет. Каждый ее этап обоснован. Более того, конечный результат имеет однозначное толкование, и в нем не может быть сомнений.

— Кто автор этой методики?

— Исследования на эту тему одновременно велись в ряде научных центров Норвегии, Франции, Швейцарии, Германии и Австралии. Все разработки в этих центрах велись приблизительно в одном направлении, но со своими подходами. Потом произошло объединение и обмен лучшими результатами, в итоге и получился этот метод. Возможно, даже через год он будет упрощен, и проблема его соответствия будет не так актуальна.

ЧИСТОТА - ЗАЛОГ УСПЕХА

— Какую цель ставит перед собой Российский антидопинговый центр?

— Во-первых, профилактика неприменения запрещенных медицинских препаратов.

Мы должны знать, что творится в каждом виде спорта и какие именно запрещенные и восстановительные средства там применяются. Имея полную картину, можно четко управлять тренировочным процессом.

Перед Белой Олимпиадой три спортсмена из сборной команды России не прошли допинг-контроль и, естественно, не смогли участвовать в Играх. К сожалению, во всех трех случаях виноваты врачи, которые назначали препараты, в состав которых входили сильные стимуляторы. Если бы они уехали без контроля, то мы не избежали бы очередного скандала.

Во-вторых, основная задача — сделать наш центр одним из лучших в мире.

— Чего не хватает Российскому антидопинговому центру?

- Если в общих словах, то не хватает финансирования. Центр построен в 1978 году, и с тех пор не было капитального ремонта, с 1994 года не закупалось оборудование и технические средства для проведения исследований.

Но сейчас уже приобретены современные приборы, и у нас будет все, что нужно. С конца мая планируем начать исследования на ЭПО и его аналоги. В этой сфере успех работы связан с необходимостью быть на переднем крае науки, и поэтому нам нужно всегда держать руку на пульсе. Ни в одной отрасли нет такой гонки в исследованиях, как у нас.

В ШАГЕ ОТ ТЕРРОРИЗМА

— Виталий Александрович, кто, по вашему мнению, наши недоброжелатели: международные или наши спортивные чиновники, лаборанты-заговорщики, спортсмены-конкуренты или их менеджеры?

— Я считаю, что нет никакого заговора против наших спортсменов. Ни руководителю ВАДА, ни президенту медицинской комиссии МОК это точно невыгодно.

— Возможны ли сейчас случаи допинг-терроризма?

— Я думаю, что до этого дело пока не доходит. Однако мне известен случай еще при Советской власти, когда соперницы сводили друг с другом счеты подобным образом.

У одной фехтовальщицы перед соревнованиями в Эстонии была обнаружена очень большая доза запрещенного препарата. Надо сказать, что в Советское время бригада нашего допинг-контроля выезжала к месту соревнования с секретной миссией на специально оборудованном автобусе-лаборатории. Вечером после забора биопробы у наших спортсменов мы проводили исследования, а утром уже знали результаты и были уверены, что спортсмен выходит на старт "чистым". Тогда мы с ужасом обнаружили большую дозу запрещенного стимулятора, причем он не успел даже распасться на отдельные составляющие. А это значит, что этот препарат только-только попал в организм. Спрашивали у спортсменки, что она употребляла за последний день. Она сказала, что ничего особенного не ела, и перечислила все. Когда проверили, то выяснилось, что в бутылку с минеральной водой, которая была у нее в номере, кто-то сыпанул стимулятор центральной нервной системы. Совершить такой поступок могли только соперницы из своей же команды.

— Виталий Александрович, что вы можете сказать с медицинской точки зрения по поводу ситуации, сложившейся с нашими лыжницами?

— По роду своих занятий я сталкивался с Арбитражным судом по спорту, который находится в Лозанне. Тогда это было дело, связанное с бромантаном на Олимпиаде в Атланте. (Следствие по делу с Лазутиной и Даниловой косвенно апеллирует к этому выигранному нашей стороной процессу. Мы даже пожелали того же арбитра, который работал с нами в процессе с бромантаном. Но он отказался. - Прим. автора.) Должен сказать, что судьи досконально изучают все материалы. Если анализ пробы "Б" дал такой же положительный результат, как и проба "А", то шансов на успех мало.

— Вы, безусловно, владеете уникальной информацией. К вам хотя бы обращались за помощью по делу лыжниц, ведь в данном случае это еще и вопрос престижа страны?

— По этой проблеме не обращались, значит, были на то свои основания.


P.S. Редакция располагает письмом председателя Медицинской комиссии МОК, которое было направленно директору Российского антидопингового центра.

"Дорогой доктор Семенов!

С удовольствием информирую Вас о том, что Вы успешно прошли анализ тестовых проб, присланных Вам Медицинской Комиссией МОК. Мы счастливы, что Ваша лаборатория провела правильные измерения. Таким образом, Ваша лаборатория получает полную аккредитацию с 1 апреля 2002 года."