Несколько дней назад в гостях у "Советского спорта" побывал бывший наставник нижегородского "Локомотива" Валерий Овчинников. Пожалуй, не погрешим против истины, если скажем, что это самый колоритный российский тренер. Приколы, которые он выдавал на послематчевых пресс-конференциях, повергали журналистов в состояние истерического смеха, а на следующий день - и читателей газет. Без Овчинникова в нашем футболе стало гораздо скучнее. Так считали и читатели, дозвонившиеся к нам на "горячую линию". Практически каждый из них желал наставнику скорейшего возвращения на тренерский мостик.


1-й тайм
вопросы читателей

Я - ХОЗЯИН "ЛОКОМОТИВА"? АБСУРД!

— Алло, это Эдуард из Нижнего Новгорода. Скажите, почему вы ушли из "Локомотива"?

— Невозможно было работать. Годом раньше со своего поста ушел начальник железной дороги Омари Шарадзе, на котором держался клуб. А я был человеком из его команды. И посчитал, что мне тоже надо покинуть "Локомотив". Вообще-то следовало уходить сразу. Но Шарадзе хотел, чтобы мы остались еще на годик.

— Скажите: а будет ли "Локомотив" в этом сезоне играть во втором дивизионе? Говорят, начальники хотят заявить команду на первенство КФК.

— Я слышал об этом из нижегородских газет. По их информации, это связано с тем, что у открытого акционерного общества "Локомотив" остались долги.

— Там же пишут, что хозяин клуба - не кто иной, как Валерий Викторович Овчинников.

— Знаю. Но это не так. Я не хозяин "Локомотива". Разъясняю ситуацию. В прошлом году нас в мягкой форме попросили перейти из формы общественной организации в ОАО - чтобы было все прозрачно и ясно для городских властей и Горьковской железной дороги. Мы моментально это сделали. Затем была полная смена власти в клубе, и руководила им с того момента Горьковская железная дорога. А мы ушли.

Когда мы создали ОАО, стоимость акций составляла 102 тысячи рублей. После этого мэр Нижнего Новгорода Юрий Лебедев заплатил около 300 тысяч рублей как вступительный взнос за участие в чемпионате. И де-факто забрал все права на клуб. Но вместе с тем никто из руководства не оформил на себя акции. Мы с удовольствием отдадим эти права, чтобы работа продолжалась. На сегодняшний день "Локомотив" мог бы спокойно участвовать в первенстве второго дивизиона. Но они хотят играть в КФК. А что делать? Значит, просто команды во второй лиге не будет.

— Точно не будет?

— Во всяком случае, мы не сможем содержать клуб.

— Валерий Викторович, звонит Андрей, из Нижнего. Ваша бывшая команда на грани развала. Почему это произошло?

— Видимо, не в почете в Нижнем футбол. Когда работал Шарадзе, он помогал нам, как мог. А вообще в этом городе никогда не было серьезных денег. За выход в высший дивизион мы получили от области - отгадайте сколько? 100 тысяч рублей - на всю команду! Смешно? Мне смешно. Стоит ли говорить о том, что 3 миллиона долларов, которые тогда являлись нормой для бюджета клубов высшего дивизиона, были нереальными для нас цифрами. У нас никогда в жизни не было таких денег. Как следствие, случались задержки в выплате зарплаты игрокам. Я не скрываю. Рассчитывались с футболистами мы всегда, но никогда это не происходило вовремя.

— Как выходили из тупика?

— В этой ситуации есть два пути. Или же морально задавить игроков, чтобы они даже вякать не могли, или пытаться разряжать атмосферу с помощью юмора, стараясь по возможности уходить от этой темы.

— Говорят, от ваших предматчевых установок у игроков волосы вставали дыбом.

— А что в этом такого? В моем понимании, установка - это тот психологический набор, от которого футболист должен звереть! Словом можно убивать, а можно, наоборот, воодушевлять. Когда Сталин обратился к народу "братья и сестры", вся страна содрогнулась.

— Игроки не обижались, когда вы начинали их прессовать?

— Лидеры не обижались. А вот те, кому не удавалось раскрыть свой потенциал, надували губы. Ты хочешь от игрока большего, а он не может себя пересилить - в каких-то случаях из-за отсутствия концентрации, порой - по иным причинам. Возникает конфликтная ситуация. И два варианта развития событий. Первый - уход от конфликта. Второй - его поддержание. И последнее вовсе не так плохо. Игрок сразу начинает выкладываться на поле, пытаясь тебе всеми силами доказать: дурак ты, Овчинников, что меня гнобишь! Дай бог, пускай он так и думает. Плохо, что в дальнейшем этот футболист не понимает, что не я был дураком, а он.

А двигать фишками на макетной доске я умею. Как-никак окончил высшую школу тренеров. И совсем не пойму, почему из меня все хотят сделать функционера. Нет, мужики, я не хозяйственник. Да мы даже по уставу не имели права заниматься хозяйственной деятельностью - как общественная организация. Нам давали, грубо говоря, 40 миллионов рублей - и крутитесь, ребята, как хотите! Когда в 1997 году вылетели в первый дивизион, получили 19 миллионов (по старому — 19 миллиардов). Когда мы сдавали отчетность в ПФЛ, у нас была самая низкая сумма. Мы не могли приобрести игроков. Именно поэтому у нас была такая ротация футболистов.

— И какова, интересно, максимальная сумма, которую вы заплатили за игрока?

— 220 тысяч долларов. Эти деньги мы выплатили ЦСКА за переход Алексея Герасимова.

НАДО ПОМЕНЯТЬ ФАМИЛИЮ В ПАСПОРТЕ

— Валерий Викторович, здравствуйте. Беспокоит Дмитрий из Твери. Скажите, а как вы относитесь к вашему прозвищу?

— Борман? (смеется).

— Да. Не обижаетесь, когда вас так называют?

— Нет. Привык уже. Подумываю даже о том, чтобы новый паспорт себе завести.

— Автора не знаете?

— Как же не знаю? Тренер один, давно еще так меня назвал. Так и прикрепилось - Борман, Борман. А что - удобно. Коротко и ясно (улыбается).

— Валерий Викторович, звонит Сергей из Ярославля. Собираетесь ли вы в ближайшем будущем вернуться к тренерской деятельности?

— Если пригласят.

— А где бы вы хотели работать? Ваш клуб-мечта?

— Довольно интересное слово - мечта. Приятно работать в клубе, в котором нет никаких проблем, который ставит колоссальные задачи. Неважно, в каком дивизионе он играет. Главное, чтобы стояла задача подняться как можно выше.

ДОЧКА НАУЧИЛА МЕНЯ ГОВОРИТЬ СЛОВО "БЛИН"

— Валерий Викторович. Звонит Андрей Коноплев из Москвы. Скажите, как вы относитесь к проблеме отъезда игроков на Запад в средненькие клубы? За деньгами ребята едут, да?

— А что такого? Я никогда не понимал, почему люди, занимающиеся средним и мелким бизнесом, становятся миллионерами, а футболист должен быть нищим. Мне вообще нравятся богатые. Знаете, почему? Потому что они в долг не дадут, но и взаймы не попросят. Поэтому чем больше богатых футболистов, тем проще общаться.

— А тренеры наши почему на Запад не едут?

— Другая специфика. Даже если попадешь в Эстонию, придется работать совершенно по-иному. К примеру, ко мне там никто не будет обращаться: Валерий Викторович. Будут звать или просто Валерий, или — тренер. Когда ко мне в первый раз так обратились, я посмотрел на этого человека и подумал: "Ты что, мол, очумел?" Нет отчества в эстонском языке. Надо знать многие вещи, когда едешь работать в другую страну. Могу представить, к примеру, как бы объяснял наш российский тренер свои взгляды на игру, скажем, футболистам турецкого "Галатасарая".

— Через переводчика.

— А как перевести такие слова, как "шпарю", "дую", "хаю"? Русские понимают. А иностранцы? И ненормативная лексика в ход идет. Меня, вон, дочка научила в критические моменты использовать слово "блин". Так будет легче, говорит. Поэтому здесь очень много сложностей.

Я ОВЧИННИКОВ, НО НЕ ТОТ!

Несмотря на то, что мы четко и ясно проанонсировали в газете, что в гости к "Советскому спорту" приходит тренер Валерий Овчинников, как выяснилось, нашлись болельщики, которые не отличались излишней внимательностью. Вследствие этого во время "горячей линии" произошла пара весьма забавных ситуаций. Вот одна из них.

— Алло, это Овчинников?

— Да, я.

— Скажите, а где вам играется комфортнее: в России или Португалии?

— Мне играется? Вы, наверное, другому Овчинникову звоните. Меня зовут Валерий, а тот, другой, - вратарь "Локомотива". Вы перепутали… Ну, ничего страшного.

— А вы тренер?

— Да, тренер.

— А я думал, вратарь…

— Увы, сейчас не могу даже допрыгнуть до перекладины. Если на цыпочках вытянусь, может, и получится. А прыгать, увы - не судьба.

— А какой вы тренер, можно спросить?

— Какой я тренер? Не знаю. Может быть, хороший, может, плохой. Фамилия моя Овчинников.

— А вы футбольный тренер?

— Да, футбольный.

— И какую команду тренируете?

— А какая вас интересует? Раньше тренировал "Локомотив" из Нижнего Новгорода.

— Это который в первой лиге?

— Сейчас во второй уже. А когда я тренировал его, был в высшей. Все, спасибо вам за звонок (кладет трубку, улыбается и обращается к присутствующим в зале журналистам). Во спросил! Конечно, в Португалии лучше!


2-й тайм
вопросы журналистов

МЕНЯ ЗАМУЧИЛИ АНАЛИЗАМИ

— Валерий Викторович, сами понимаете, что наибольшую известность вы приобрели благодаря своим неординарным высказываниям на послематчевых пресс-конференциях?

— Да-да. Довысказывался! Лучше бы, наверное, молчал. Сейчас бы уже работал. Шучу.

— Были среди этих высказываний такие, за которые вам впоследствии было стыдно или неловко?

— Помню, какая шумиха развернулась после моей фразы про анализы! А ситуация была следующей. Мы играли в Элисте с "Ураланом". Команду тренировал Аверьянов, мой приятель. Мы приходим на пресс-конференцию, и я вижу: сидят журналисты, которые готовы его буквально съесть. Ну не нравится он им! И все их вопросы нацелены на одно: мол, сидит никакой тренер Аверьянов, и команда у него дерьмо! И они чуть ли не в открытую это говорят. И тут меня спрашивают: сделайте анализ команды из Элисты! Я говорю: я могу сдать только свои анализы! Конечно, это было резко. Потом эту историю очень активно растиражировали в СМИ, и в частности на телевидении.

— Вы всегда шутили экспромтом, не было домашних заготовок?

— Конечно, экспромтом. Как можно что-то заранее готовить, когда тебе два тайма по башке бьют?!

— Но вам нравилось эпатировать журналистов, разве не так?

— Журналистам нравилось задавать мне вопросы, а мне нравилось им отвечать. Потому что это в основном были вопросы, не связанные с футболом. По-моему, просто нелепо, когда ты "сгорел" в два-три мяча, а тебя спрашивают о тактике. И ты с умным лицом начинаешь рассказывать, как ты собирался строить игру. А команда 0:3 обгадилась! Абсурд. Я сижу, вижу журналистов и понимаю: ну не хочу я говорить о футболе! Да, я могу разглагольствовать, как я готовился к игре, не спал ночами, курил, рисовал таблицы… Но зачем? Кстати, по этому поводу хочу рассказать один интересный случай. Я приехал в город Севастополь - договариваться о первом в своей жизни матче среди команд мастеров. Открываю комнату, где живут главный тренер и начальник команды, а у них кругом диаграммы, листы. А я только что закончил ВШТ. Смотрю и думаю: вот это люди работают! Через две недели вернулись туда, после сборов. А их уже сняли обоих! Я говорю: дорисовались, блин! После этого я уже больше ничего не рисую… А что касается пресс-конференций, то некоторые вопросы меня просто умиляли! Например такой: "Как вы оцениваете команду соперника?" Что обычно в таких случаях говорят? "Команда соперника - великолепная". Что же это я - у плохой команды очки взял? Нет, конечно, нет. Или, вы считаете, все-таки надо сказать: "Команда противника - дерьмо, и я просто пришел и взял три очка у дерьма"? А?(Смеется.) Кто-то не ходит на эти пресс-конференции, потому что проще заплатить 10 тысяч.

— А если бы у вас были деньги?

— Не ходил бы. Но денег, как всегда, не было, поэтому не было и выбора.

— Потом не следили за тем, как ваши перлы выходят в газетах?

— Во всяком случае, знал, что по хит-парадам "цицеронов" я безусловный лидер.

— А на оценки, которые журналисты ставят игрокам за проведенные матчи, обращали внимание?

— Этот момент я даже в своей работе использовал! Например, когда надо было воздействовать на игрока. Мол, я же тебе говорил, что ты никакой! Вон и журналисты так же считают!

— А если оценки расходились?

— Тогда сложнее (улыбается).

— Считаете, это правильно?

— А почему нет? Нужно использовать все вещи, которые необходимы для достижения желаемых результатов.

МЫ НЕ ИДИОТЫ, ЧТОБЫ ДОГОВАРИВАТЬСЯ О ДВУХ НИЧЬИХ

— Нельзя не обойти стороной еще одну проблему. На заре российских чемпионатов у нижегородского "Локомотива" была репутация команды, которая играет договорные матчи. Говорили, в частности, об одной истории во время матча с сочинской "Жемчужиной". Вы подошли зачем-то к скамейке соперников, о чем-то поговорили, после чего счет стал меняться.

— Правильно. А вы не помните, как тогда менялся счет? По-моему, это был 1995 год, и тогда за победу уже начислялось три очка, а не два. Так вот. Мы ведем 2:0, потом нас "долбят" благодаря одному судье - я знаю, кто с ним поработал - и в итоге матч заканчивается 2:2. Затем едем в Сочи и ответную встречу играем 0:0. В итоге обе команды получают по два очка. Ну, скажите, каким идиотом надо быть, чтобы так все расписать! Могли спокойно одержать по победе, и три очка - в кармане. Прилетаем в Нижний Новгород, а по телевидению выходит сюжет с комментарием типа "опять эти ребята договорились". А у нас была самая натуральная бойня. Потому что я никогда бы не простил тренеру "Жемчужины" Арсену Найденову то, как у нас отобрали победу в Нижнем Новгороде, хоть он и является моим лучшим другом. Да, мы друзья. Но футбол есть футбол. И нет здесь ни Найденовых, ни Овчинниковых. Есть город, область, клуб, есть очки, есть премиальные, наконец!

— Исходя из ваших слов, проблема договорных матчей является надуманной?

— Я не говорил, что в нашем футболе "договорняков" вообще не существует. Они есть во всем мире. Не надо зацикливаться на России. Вспомните Францию, скандал с "Марселем", которого дисквалифицировали, отправив в низшую лигу. Я исхожу из одного: не пойман - не вор. Есть доказательная база - делайте с этими людьми все, что хотите. Существует даже статья в уголовном кодексе.

ЗА СВОЮ ЛАВОЧКУ ОТОРВАЛ БЫ БАШКУ ЛЮБОМУ

— Есть еще одна интересная тема. У болельщиков, которые приезжали в Нижний Новгород, сложилось впечатление о нем, как о городе ОМОНа. Достаточно вспомнить знаменитый сюжет об избиении спартаковских фанатов. Как прокомментируете ситуацию?

— Да, о нижегородском ОМОНе говорят достаточно много. Но я знаю этих ребят. Нормальные люди. Я видел, как это все происходит. Дело не в болельщиках "Спартака", а в определенной их группе, которая создает провокационные ситуации. Потом эти зачинщики самоустраняются, и страдает из-за них молодежь. Начинается массовое избиение. А они, эти провокаторы, ни разу в жизни дубиной в лоб не получали — уверен на тысячу процентов. Что говорить, ситуация не самая приятная. Идет игра, а я 15 минут смотрю не на поле, а на трибуну, где идут разборки фанатов с нижегородскими ОМОНовцами. Это не фанатов, а ОМОНовцев долбят. Во всяком случае, сначала. Естественно, следует ответная реакция. Собака ведь не бросается на человека, если ее не трогаешь. И потом, никто не говорит о том, что творилось в Нижнем Новгороде перед этой игрой. Фанаты просто разбомбили несколько частных заведений. Если бы, к примеру, мое кафе разрушили, я бы любому башку оторвал. Далее, проблема пластиковых сидений. Знаете, сколько стоит одно такое сиденье? 12 долларов. Почему этот фанат имеет право срывать мои 12 долларов и ломать их о чью-то голову? И потом, нормальный человек не пойдет воевать с милицией. Я, например, не пойду. Да, иногда бывают особенные ситуации. Недавно один эпизод видел на стадионе "Торпедо". Человек бурно выражал свои эмоции по поводу каждого игрового момента. А милиционер "наехал" на него. Вот это неправильно. Что он сделал плохого? Оскорблял кого-нибудь, крушил сиденья? Нет - просто орал во всю глотку: "Отдай пас, что ты творишь!" и так далее. В таких случаях сотрудник милиции не имеет права придираться. Человек пришел на футбол поболеть, выразить свои эмоции. Купил билет. Не в театр, а на футбол. Эти придирки - абсурд. Я этого не понимаю.

ОБО МНЕ ГОВОРЯТ, ЧТО Я ЗАКОНЧЕННЫЙ АЛКАШ

— Тренер — профессия нервная. Скажите, как вы расслаблялись после матчей?

— Я вообще-то не пью. Нет, пью, конечно. Но иногда.

— Водку?

— Мне нравится коньяк. Можете так и написать. Но я его не пью. То есть в большом количестве не пью. Нет, действительно очень редко выпиваю. Хотя знаю, обо мне говорят, мол, Овчинников - законченный алкаш… Нет, если хотите, можем сесть и посостязаться. Спокойно. Если для драки, ради бога.

— Проводили эксперименты?

— Да, было дело. Со знакомыми состязался.

— И кто победил?

— А вы как думаете? (Улыбается.) Все уже лежали внизу, а я спокойно сидел за столом - до упора.

— И сколько выпили?

— Да сколько угодно могу. Нет проблем. После 200 граммов у меня начинается обратная реакция. Водка просто-напросто превращается в воду. И зачем, спрашивается, добро переводить? Я и спросил у друзей: а надо ли вам это?

— Курите много?

— Вот курю действительно много. Три пачки в день перевожу. Сигареты и кофе - это мое пристрастие. С кофе, кстати, любопытная история связана. В Тюмени дело было. Обвинили в наркомании. Начальник команды говорит: "Ты ведь не пьешь?". "Нет", — отвечаю. "Значит, наркоман. Кофе, вон, сколько переводишь".

Три пачки, это, конечно, много. Но я сигареты не до конца курю. Наполовину максимум, на треть. Это простой способ снять нервное напряжение.

— Заменить сигареты ничем не пробовали?

— Знаете, что я обычно в таких случаях говорю? Я свою сексуальную ориентацию не меняю.


ДОСЛОВНО

— Многие не подозревают, что я не житель Нижнего Новгорода. Я просто там работал. А живу в Москве, иногда в Эстонии. Но этого, видимо, не знают и относятся как к периферийщику. Мол, что это там за колхозник из Нижнего Новгорода вякать вздумал? А я, между прочим, окончил 433-ю школу города Москвы. Жил чуть ли не во всех столицах бывших союзных республик. Я чувствую особенное отношение к периферийщикам. Они, правда, сами ведут себя немного неправильно, когда приезжают в Москву. Скованны слишком.

— Когда мне было 30 лет и я стал главным тренером, то думал про себя: ох уж эти 40-летние, сидят там, мешают нам работать! Потом мне стало 40, и я то же самое думал про 50-летних. Сейчас мне 50. Я сижу и думаю: что же они обо мне говорят? Мол, тут работаешь в поте лица, а там какой-то старый пень приходит и начинает что-то урчать! Это нормальный процесс. Молодые должны жрать старых. А старые, если не увернутся, точно потеряют полноги. Надо драться за свою жизнь. Тем более в футболе. Чуть расслабился - загонят за можай.


КСТАТИ

Актерские способности Валерия Овчинникова вполне могли найти достойное применение. По словам тренера, в молодости его приглашали сниматься в кино на Мосфильм. Но он тем не менее отказался.