Персона Валентина Иванова-старшего всегда вызывала интерес. Один из лучших нападающих отечественного футбола большую часть своей тренерской карьеры проработал в родном клубе. Несмотря на то, что его четырежды увольняли из заводской команды, Козьмич всякий раз возвращался. Сегодня он является вице-президентом ФК "Торпедо-ЗИЛ", но на одном футболе не зацикливается. По собственному признанию, Иванов без ума от "Формулы-1" и готов смотреть трансляции автогонок хоть в пять утра. Об этом и многом другом Валентин Козьмич поведал во время беседы с читателями и журналистами "Советского спорта".


1-й тайм
вопросы читателей

РОДИТЬСЯ БЫ СЫЧЕВУ ЧУТЬ ПОРАНЬШЕ

— Здравствуйте, Валентин Козьмич. На проводе — город Львов. Вам не кажется, что у нашей сборной дела не ладятся?

— Два проигранных матча Ирландии и Эстонии — не показатель. Там, по сути, футбола не было. С французами же совсем другое дело. Ребята показали характер, где-то мастерство. Видите, чем ближе чемпионат мира, тем наши лучше играют. Взять, к примеру, молодежь. Появись на годочек раньше Сычев, Измайлов — нашей сборной цены не было бы.

— Провокационный вопрос можно?

— Любой!

— Зачем вы в 1962 году в Чили забили победный гол уругвайцам? Ведь не надо было…

— Сам знаю, что не надо. Но представьте ситуацию, что они нам на последней минуте забили? Тогда мы вообще бы никуда не попали.

— Вас беспокоит Владимир, болельщик "Торпедо" с восемнадцатилетним стажем.

— А сколько вам всего лет?

— Тридцать.

— С двенадцатилетнего возраста, значит, болеете?

— Точно. На ваш взгляд, уместно было бы провести во время паузы в чемпионате товарищеский матч между двумя торпедовскими командами? Боюсь, увеличивается разница между двумя клубами в организационном плане.

— Мне обидно, что многие болельщики перестали поддерживать зиловскую команду, а переключились на лужниковскую. Можно ведь болеть и за ту, и за другую. Это был бы лучший вариант. Что касается товарищеского матча, это неплохая идея. Обязательно предложу президентам клубов.

— Валентин Козьмич, с вами говорит зиловский болельщик. Почему так плохо играет команда?

— Почему плохо? Нормально. У нас много молодежи, необходимо время, чтобы она окрепла. Будем надеяться, скоро все наладится. Могу вас успокоить, в первый дивизион команда не вылетит.

— Вам звонит Алексей из Москвы. Скажите, где сейчас Геннадий Гришин и Юрий Савичев?

— Савичев сейчас в Германии. Не так давно он получил травму, так что пока живет на пенсию. Гришин еще играет в футбол, но никак задержаться в команде не может.

ГОТОВ СМОТРЕТЬ СПОРТ ПО НОЧАМ

— Здравствуйте, меня зовут Василий Каратаев, поселок Белая Калитва Ростовской области. Могут ли усилить нашу сборную Гусев и Овчинников?

— У Овчинникова, как вы знаете, какой-то раздор с тренерами, так что тяжело говорить о его перспективах поездки на чемпионат мира. Гусев же вроде в обойме, но пока его не вызывают. Он-то, наверное, поедет.

— Вопрос о "Торпедо-ЗИЛ". Сможет ли через год-два команда ставить высокие цели в премьер-лиге?

— Да, мы так и планируем. Через годик должны подрасти наши воспитанники, которые являются лучшими в первенстве дубля уже второй год подряд. Большие надежды связываем с ними.

— Вас беспокоит Максим Цыгалко из Невинномысска. Скажите, какими видами спорта кроме футбола вы увлекаетесь?

— У меня много пристрастий, смотрю по телевизору все подряд. Когда шли Олимпийские игры, не пропустил ни одного хоккейного матча сборной России. С нетерпением ждал прямой ночной трансляции с американцами в полуфинале. Могу также встать в пять утра ради "Формулы-1". Переживаю за Михаэля Шумахера. Не знаю даже почему. Однажды понравилась его улыбка. Просто красавец. Все умеет! Мастерство есть, похулиганить на трассе может. Солнечный мальчик, одним словом. Самое интересное, увлекся этим видом спорта не сразу. Когда о нем ничего не знал, то попросту выключал телевизор. Только потом заинтересовался персоной Шумахера и сразу изменил точку зрения. Недавно теннис смотрел. Кафельников уступил кому-то 6:1, 6:2. Видимо, в Москве хорошо погулял (смеется). Русский характер!

— С вами говорит Владимир из Москвы. Я болельщик "Динамо". Как думаете, что ждет мою команду с приходом Прокопенко?

— Вы знаете, тренеры бывают чуть лучше, чуть хуже, и не все зависит от них. Главное — подбор исполнителей. Что ждать от "ЗИЛа" сейчас? Понятно, чемпионами нам не быть. Также и "Динамо". В межсезонье многое поменялось, игроков покупали и продавали, но, похоже, не тех. Терпите, мой друг! Только время все покажет. Многого вам советую не ждать, а место на шестое-седьмое поднимитесь.

Следующим дозвонился читатель Сергей Никифоренко из Вологды, который буквально завалил нашего гостя своими "анкетными" вопросами.

— Когда вы стали почетным президентом "Торпедо-ЗИЛ"?

— Как только ушел из лужниковского "Торпедо".

— Почему у вашего клуба нет официального сайта в Интернете?

— Ой, мы пока бедные, но скоро будет.

— Довольны ли селекцией, проведенной в межсезонье?

— Нет.

— На какие места рассчитываете в этом сезоне?

— Подобраться к десятке.

— Может ли произойти слияние двух "Торпедо"?

— Я не в курсе, обращайтесь к президентам.

— Какие надежды связываете с Никоновым?

— Надеемся улучшить игру и войти в десятку.

— Как относится ваш сын к тому, что вы работаете не в престижном клубе, а в "Торпедо-ЗИЛ"?

— У меня возраст уже не тот, чтобы работать в престижном клубе. Я даже в "ЗИЛе" не могу работать.


2-й тайм
вопросы журналистов

СЛАВНЫЙ ДЕБЮТ "КУЗЬМЫ"

— Ваш переход в 1967 году от карьеры футболиста на тренерскую работу был столь стремителен, что многим не верилось: еще вчера вы выходили на поле, теперь же заняли место на тренерском мостике. Как чувствовали себя в новой роли?

— Признаться, не многим футболистам впоследствии удается стать хорошими тренерами. От силы процентов 10-20 игроков остаются на виду в футболе по окончании карьеры. В моем случае все произошло легко. Меня не взяли на чемпионат мира 1966 года. Спустя некоторое время главный тренер "Торпедо" Виктор Марьенко пригласил ему помогать. Я согласился. В середине следующего сезона меня вызывает секретарь парткома завода и говорит: "Давай, бери команду и работай". Я удивился и где-то даже растерялся, ведь опыта главного тренера не было никакого. Мне в ответ: "Знаешь, что делают с не умеющими плавать? Бросают в воду. Если не выплывешь, поможем". Представляете, полгода назад я со Стрельцовым и Ворониным играл, а теперь должен был руководить ими. Хорошо, что ребятам обо всем рассказали, и они были готовы к моей новой роли.

— Надо заметить, дебют вам удался на славу.

— Это точно, с ходу взяли Кубок СССР и заняли третье место в чемпионате.

— Вам сильно пришлось измениться как личности?

— Естественно, к каждой отдельной личности я старался подойти индивидуально. Если со Стрельцовым и Ворониным были одни отношения, то для более молодых оставался полноправным главным тренером. С первых дней самостоятельной работы стал по полной программе нагружать команду в физическом плане, никому не давая поблажек. Знали бы вы, как роптали тогда ветераны…

— Как вас называли?

— На официальных собраниях все звали по имени и отчеству. На тренировках и в жизни ребята, с которыми играл, называли по-разному, но в основном "Козьмич" или "Кузьма". За глаза и "дедом" могли назвать.

— Получается, вы без проблем обрели себя на тренерском поприще…

— Да, практически никаких сложностей я не испытал. На поле был экспансивным игроком, так что характер помог. В свое время от меня плакал Слава Метревели. Я правого инсайда играл, а он правого хава. Приходилось подсказывать частенько, а как это во время матча бывает, рассказывать не надо. Уже потом Слава говорил мне, что, если бы я ему не "пихал" тогда, вряд ли бы он заиграл так ярко.

— Вас можно было частенько видеть кричащим на игроков. Эмоции?

— Куда ж без них. Но все понимали, что через десять минут я отойду и со мной можно спокойно разговаривать. Когда же был игроком, тоже порой не сдерживал эмоций, но такого, как дрался с французами Карпин, я себе не позволял. Зато с судьями несколько конфликтов испытал. "Пихал" старшему и младшему Баскаковым и многим другим.

— Интересно, учитывая, что ваш сын судья.

— Да, но его никогда не назначали на матчи команд, где я работал. Иногда проводил с ним разбор полетов, но только слегка. Посмотрю встречу с его участием, он подойдет ко мне и спросит: "Ну что?". Я ему: "Там не туда свистнул, там просмотрел". Но не более.

— Он же начинал играть у вас в "Торпедо"?

— Да, Валентин провел некоторое время в команде, но после того как начались разговоры за спиной якобы о моей протекции, что тащу его везде, сразу отправил сына в армию. Он уехал служить в Ставрополь.

ПРИХОДИЛОСЬ РАБОТАТЬ БЕЗ ДЕНЕГ

— Какая награда для вас наиболее дорога?

— Наверное, золото в качестве главного тренера в 1976-м в осеннем чемпионате. Все остальные награды также имеют свою цену, причем немалую. "Торпедо" всегда считалось небогатой командой. Нам, тренерам, приходилось порой подбирать футболистов, не подошедших другим командам, либо подпитываться резервами из собственной школы, поэтому любым успехом на внутренней или международной арене можно гордиться.

— Вас снимали с должности главного тренера "Торпедо" четыре раза. Почему так происходило?

— Каждый раз были свои причины. Самое интересное вот что. Меня убирают и приглашают нового тренера. Ему обещают подъемные, хорошую зарплату и говорят: "Работай!". Но… результата не было. Через полтора-два года возвращают меня. Спрашиваю: "Как дела с финансами?". Отвечают: "Денег нет. Играй". Приходилось пускать в ход палочку-выручалочку (улыбается).

— Самая обидная отставка произошла в 1991 году?

— У той истории было много версий. Помню, возвращались мы из Самары, где выиграли в Кубке СССР у "Крыльев Советов". Я знал, что произошло, сразу после того матча, когда некоторые позволили себе нарушить режим. Поэтому Сергею Шустикову и Максиму Чельцову сказал, что к следующей игре они могут не готовиться. Капитаном команды тогда был Валерий Сарычев, который собрал ребят и пошел к президенту клуба Корнееву. Мне "сверху" дали понять: "Работай и ни о чем не думай. Можешь выгонять кого хочешь, мы еще наберем". Было приятно такое услышать, но я решил все же уйти.

Знаю, Сарычев затаил на меня обиду. За полгода до окончания сезона он сказал мне, что в конце года уезжает в Корею. Естественно, я стал постепенно наигрывать Подшивалова, а Сарычева посадил в запас.

— Из команды образца 1991 года лишь Чугайнов заиграл на хорошем уровне. С чем это связано?

— С тем же нарушением режима. Игорь сам не раз заявлял в интервью, что ему удалось вовремя остановиться. Остальные продолжали пить, а когда я ушел, стало еще хуже. Обидно, команда-то была очень хорошей.

— Кстати, почему мало кто из наших смог заиграть за границей?

— В своем первом интервью после переезда в Испанию Сергей Шустиков заявил буквально следующее: "Здесь все отлично. Хорошая погода, красивые пляжи, превосходное вино". Вот и весь ответ.

КАК "ТОРПЕДО" СДАЛО ИГРУ "СПАРТАКУ-АЛАНИИ"

— Не раскроете секрет, что случилось с "Торпедо" во встрече с "Локомотивом" в 1994 году, когда вы уступили 0:8? Неужели договорной матч?

— Нет, просто несчастный случай. Могу сказать, что мне стал известен факт сдачи игры в 1995 году, когда "Торпедо" проиграло "Спартаку-Алании" в Москве со счетом 1:4. Причем узнал я об этом случайно. Спокойно готовимся к игре первого тура сезона-96 с "Жемчужиной". Вдруг раздается звонок, и мне сообщают: "Валентин Козьмич, ваши собираются сдавать игру команде Найденова". Делать нечего, вызываю к себе футболистов. Дошла очередь до Шустикова. Рассказываю ему об этом. И вдруг он мне в ответ: "Почему вы нас не вызывали в прошлом году, когда сдали Владикавказу"? У меня же оснований кого-то подозревать в этом не было. Даже вратаря Пчельникова. Продолжаю с Шустиковым разговор: "Ну а что с "Жемчужиной?". Отвечает: "Да, звонили, но мы отказались". Сейчас думаю, если бы тогда не спросил их, то точно сдали бы. Потом же правдоподобность версии со "Спартаком-Аланией" подтвердил администратор московского "Спартака" Александр Хаджи.

— Наш футбол всегда сопровождали подводные течения?

— Конечно, особенно в конце сезона. Умные же люди додумались уже вначале решать свои проблемы. Простой пример. В прошлом году одна команда, ни с того ни с сего взлетела на первое место. Однако она не рвалась в лидеры, а попросту заранее решила проблему прописки в высшем дивизионе. Потом спокойно доигрывала чемпионат.

— На ваш взгляд, что выгоднее: договариваться между командами или работать с судьями?

— Все способы хороши. Если команда отказывается, можно выйти на отдельных игроков. Если те против — идешь к судьям. Не берут судьи, можно пройти круг еще раз. Такое всегда было и будет. Представляю, что мне будет за эти слова (улыбается).

ПИТЕР И ПРИБАЛТИЙЦЫ НЕ ЛЮБИЛИ МОСКВУ

— Можно бороться с договорными матчами?

— Нет. Только если совесть у всех будет чиста, тогда мы не увидим "договорняков". За сорок лет в футболе я многое повидал. Сейчас не обязательно назначать спорные пенальти, чтобы "убить" команду. Достаточно в начале игры показать две-три желтые карточки или завалить штрафными и свободными. Какая-нибудь плюха обязательно залетит.

— В советское время судейство было объективнее?

— Тогда действительно было чище, но все же некоторые инциденты случались. Я заметил, что московские судьи работали блестяще. Зато питерские и прибалтийцы Москву не любили.

— Это обстоятельство помогало добиваться успеха немосковским клубам?

— Помните, в 1972 году чемпионом стала "Заря" из Луганска. Почему это произошло? Все просто. Председателем федерации футбола стал Зинченко, который, в свою очередь, был правой рукой Шевченко, партсекретаря Луганской области. Главный тренер той команды Герман Зонин на меня обидится за это, но факт есть факт. В российской истории можно вспомнить "Аланию", ставшую чемпионом в 1995 году. Шотландский "Рейнджерс" показал истинную силу нашего чемпиона.

— Сейчас у "Торпедо-ЗИЛ" непростые времена. Вам не предлагали пост главного тренера?

— Да, хотели в очередной раз меня привлечь. Но мне все порядком надоело. Да и возраст уже не тот. Как вспомнишь, сколько раз увольняли и возвращали, сразу ничего не хочется. Сил все время против кого-то бороться больше нет — только жизнь себе укорачивать. Так я спокойно сейчас занимаюсь клубными делами, просматриваю молодежь, езжу на предсезонные сборы. Со мной Никонов может посоветоваться относительно того или иного футболиста, но я уже в тонкости не встреваю.

МАРОККАНСКАЯ ЭПОПЕЯ

— Известно, что вы практически год проработали в Марокко. Что дала вам работа в экзотической стране?

— Так получилось, что меня всегда преследовали разные сложности. Один раз из "Торпедо" ушел, позвали в "Асмарал", пришел обратно — нет денег, снова ушел. Уехал в Марокко. И так всегда. Ну ни одной благополучной команды! (Смеется.) Нет такого, чтобы пришел, а мне бы сказали: "Вот тебе подъемные, зарплата, хорошие игроки". Это шутка, конечно.

Марокко — это отдельная песня. Приезжаю. Встречает меня президент клуба. Сам марокканец, но учился во Франции. Нормальный такой мужик. Спросил у него о ситуации в клубе. Он говорит, что перед моим приходом ушло полкоманды ведущих футболистов. Впрочем, я не удивился такому повороту событий. Пришлось мне набирать новых.

— Где же вы их искали, если ровным счетом никого не знали в Марокко?

— Кто-то привозил пачками игроков на тренировки, а я отбирал нужных. В основном молодых. Месяц с ними провозился на сборе, чему-то научил и начали чемпионат. Шли постоянно на подходе к третьему месту. Чуть выше, чуть ниже. Вскоре начались задержки с зарплатой и другие проблемы. Убирают президента, ставят нового. Чистокровного араба. Недотянув месяц до завершения чемпионата, я плюнул на все и уехал оттуда. Надоело.

— Как в целом жилось в этой стране?

— Ужасно. У них нет общественного транспорта. Все передвигаются с помощью велосипедов или мотороллеров. Впрочем, это еще цветочки. На тренировку прихожу — половины команды нет. Потом узнаю — у одного бабушка заболела, у второго велосипед сломался. Как тут работать? Любители, одним словом. До меня в этой стране работал Вуядин Бошков, который столкнулся с теми же проблемами. Так когда он уезжал, собрал команду и сказал: "Когда я вернусь, чтобы у всех бабушки были здоровы!".

— Что скажете о болельщиках?

— Сумасшедшие. На каждый домашний матч приходило по восемьдесят тысяч. Что-то кричали все время, но я их не понимал. Может, кричали о моей отставке, а может, пели дифирамбы. Не знаю. Но от любви до ненависти один шаг. Это чувствовалось.


ЛЮБОПЫТНО

Тринадцатилетний внук Валентина Иванова великолепно разбирается в международном футболе и любит играть сам. Однако его родители напрочь запретили мальчишке записываться в футбольную секцию к деду, предпочитая другие виды спорта — плавание, дзюдо, самбо.


ДОСЛОВНО

— Умные же люди додумались уже вначале решать свои проблемы. Простой пример. В прошлом году одна команда ни с того ни с сего взлетела на первое место. Однако она не рвалась в лидеры, а попросту заранее решила проблему прописки в высшем дивизионе. Потом спокойно доигрывала чемпионат.


КСТАТИ

В итальянской серии "А" Валентин Иванов страстно переживает за "Рому". Связано это с личными симпатиями к тренеру римлян Фабио Капелло и нападающему Габриэлю Батистуте. В испанском же чемпионате любимой командой является мадридский "Реал". При этом Иванов всегда против "Барселоны".