Ровно через год олимпийцы выйдут на первые старты зимних Олимпийских игр 2002 года в американском Солт-Лей-Сити. Анатолий Колесов, возглавлявший штаб по подготовке к летним Играм-2000 в австралийском Сиднее, исчертил не один лист, пока вывел оптимальную для российской команды кривую "медального" подъема. И в принципе прогноз сработал. Теперь приходит пора "становиться за кульман" другому олимпийскому чемпиону — Виктору Маматову, кстати, инженеру-путейцу по первой профессии. Ему решать огромный пласт вопросов, связанных с Белой Олимпиадой-2002, и конструировать график наших грядущих побед в Солт-Лейк-Сити.

"ЗОЛОТЫХ" ВИДОВ ТОЛЬКО ЧЕТЫРЕ

— Наверное, мне с расчетами будет сложнее, чем моему коллеге. Даже не из-за рваного ритма — чередования "наших" и "не наших" дисциплин в программе. Просто картина с зимними видами менее ясна, чем с летними. В большинстве дисциплин давно наметился спад, который, к сожалению, пока никак не удается затормозить. Игры-2002 нам фактически придется вытягивать лыжами, биатлоном, фигурным катанием и, пожалуй, хоккеем. Вот и все, где можем прогнозировать золото. Если подобное случится в других видах (а всего их 15), то это будет выглядеть как чудо. Мы сейчас явно уступаем нашим главным конкурентам в общем количестве медалей, которые потенциально способны завоевать.

— А можно как-то проиллюстрировать это цифрами?

— Пожалуйста. Напомню только, что предыдущую Олимпиаду в Японии россияне завершили с 18 наградами разного достоинства, включая 9 — высшего. У команды Германии эти показатели выглядели соответственно 29 и 12, а у норвежцев — 25 и 10. Теперь берем результаты двух последующих лет после Нагано, но лишь чемпионатов и Кубков мира. Мы практически остались на прежних позициях, а золотой запас сократился до 7 в каждом сезоне, в то время как лидеры значительно ушли вперед. В частности, немцы только минувшей зимой завоевали 34 медали, 14 из них — золотые. Чуть скромнее выглядят результаты норвежцев — 28 (11). Мы третьи в общем зачете, и вряд ли соотношение сил уж очень изменится после наступающего предолимпийского сезона. К сожалению, в предстоящих Играх позиции России могут еще более ослабнуть, поскольку по сравнению с Нагано программа состязаний в Солт-Лейк-Сити увеличилась на целых десять дисциплин. Почти все они "не наши", за исключением мужской и женской гонок преследования в биатлоне, где есть надежда на победу.

— Что же теперь, Виктор Федорович?

— Работать, иначе через один-другой олимпийский цикл по разным причинам вообще некому будет выступать на зимних Олимпиадах. Разве не тревожно, что возраст более половины наших спортсменов, участвовавших в соревнованиях в Нагано, перевалил за 30 лет, причем почти 90 процентов из них стартовали еще четырьмя годами ранее в Лиллехаммере? Практически все они были известны юниорами еще в советские времена, т.е. фактически мы по сей день проедаем то, что осталось от прежней системы подготовки.

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПРИОРИТЕТ

— Но ведь появляются же все-таки новые имена, например, в лыжах у мужчин, где сборная здорово изменилась, один олимпийский чемпион Алексей Прокуроров — из "стариков", почти все остальные еще по разряду юниоров могут выступать.

— Это так, но их пока мало, тут нам надо быть активнее, смелее привлекать тех, кто отличился на молодежных состязаниях, и в дальнейшем ориентироваться на них. Но в целом мы топчемся на месте или движемся черепашьими темпами, с превеликим трудом пробивая стену серьезных проблем.

Вопрос должен стоять сейчас очень резко: если Россия хочет сохранить авторитет одного из лидеров мирового олимпизма, а я думаю, мы все этого желаем, надо сделать физическую культуру в стране государственным приоритетом, разработать новую федеральную концепцию физического воспитания населения, поддержания здорового образа жизни. Давно нужен закон о профессиональном спорте. Пора в конце концов определиться, какая система руководства нашим физкультурно-спортивным движением ныне предпочтительнее — клубная, государственно-общественная или еще какая-либо.

— Как вам идея Владимира Максимова, главного тренера наших гандболистов: постараться привлечь крупные отечественные естественные монополии, а также промышленные, финансовые корпорации к реальной помощи тому или иному виду спорта, с президентских и правительственных высот убедить их в важности этого дела?

— Отличная идея! Только осуществима ли? Хочется верить, что да. Иначе где же наш российский патриотизм? Речь же о престиже страны, о создании достойных условий и для подготовки, и для жизни всего-то для пары тысяч спортивных талантов. Ведь их победы, тем более олимпийские, — это наше общее богатство и национальное достояние. Я почему-то склонен думать, что Владимир Владимирович Путин не раз выслушал поздравления по поводу удачного выступления россиян в Сиднее. С другой стороны, то, что предлагает Максимов, взаимовыгодно в плане сотрудничества. Разве каждый из этих спортсменов, тем более звезды, своим громким именем не сделает дополнительную рекламу этим компаниям на мировом рынке?

— Деньги, деньги… Пора самим их зарабатывать. Достаточно обратиться к опыту прошлого, когда немалая валютная выручка пополняла закрома союзного Госкомспорта за счет, скажем, жаждущих поучаствовать в восхождениях на алтайские вершины и тому подобное. Их выстраивалась большая очередь, этих энтузиастов.

— А думаете, сейчас их меньше? Чего-чего, а развернуться есть где на наших бескрайних просторах, строя и совместно эксплуатируя с зарубежными партнерами целые спортивно-оздоровительные комплексы. Уверен, такие партнеры найдутся, это выгодное вложение капитала. Японцы, в частности, давно уже облюбовали места под Иркутском, на Байкале. Велись, насколько мне известно, даже переговоры, но потом все заглохло. Может, пришла пора их возобновить? Это было бы выгодно и для нас — иметь такие базы с полным научно-техническим и медико-биологическим обеспечением тренировочного процесса по всей России. Нужда в таких объектах особенно чувствуется сейчас.

ЧЕМПИОНАТЫ РОССИИ ЗА ГРАНИЦЕЙ

— Вы имеете в виду, что после распада СССР Россия лишилась Бакуриани, Гудаури, Медео, Чимгана, Сигулды, Раубичей, Сколе, Ворохты и ряда других учебно-тренировочных и соревновательных центров по зимним видам спорта?

— Они разом оказались вне зоны досягаемости россиян, и сегодня, чтобы попасть туда, надо заплатить немалые деньги. Возьмем ту же санно-бобслейную трассу в Сигулде под Ригой, которую построили почему-то там, а не в Кавголове под Санкт-Петербургом, причем в основном на деньги бывшего союзного Госкомспорта, приобрели для нее льдостружечный комбайн, табло, много чего еще. Не имея другой трассы, мы там вынуждены до сих пор и готовиться, и проводить чемпионат России. Каждый спуск обходится примерно в 20 долларов. Если учесть общее число заездов на санях, бобслее, скелетоне, то одна только тренировка обходится в 2 тысячи долларов. Где их взять?

Подобная картина с трамплинами. Почти все, что есть у нас, — с очень устаревшими профилями, без лифтов и подъемников. Самый раз проводить на них мировые чемпионаты для "чистых" прыгунов и двоеборцев по восхождению на трамплин с лыжами на плече, тут, наверное, нам бы не было равных. Естественно, приходится выезжать за рубеж, а там плати — за аренду, технологический транспорт, тренировочный день, который выливается в 20 долларов на одного человека. Посчитайте, приличная сумма получается. Не легче горнолыжникам. А коньки? Если мы не предпримем решительных мер, то, на мой взгляд, коренного перелома в соотношении сил в зимних дисциплинах не добьемся, ибо коньки по количеству медалей, разыгрываемых на Олимпиаде (это 10 комплектов наград), — примерно то же самое по значимости, что велогонки для летних Игр. Победа Дмитрия Шепеля в чемпионате Европы радует и обнадеживает, но ведь на Олимпиадах нет многоборья, только отдельные дистанции. Сегодня, на мой взгляд, только мужчины могут претендовать на золото на "полуторке". А так — всего на 3-4 награды не высшей пробы.

ПРОБЛЕМЫ — В КОНЬКАХ И БИАТЛОНЕ

— Если следовать вашим сопоставлениям, то сравним альпийские дисциплины со сноубордом (14 комплектов), с легкой атлетикой, а лыжи (12) — с плаванием.

— Есть еще шорт-трек с его 8 номерами программы, где нам ныне особенно ничего не светит. Жизнь все равно заставит нас пойти на затраты и построить хотя бы простой рабочий каток с самым современным холодильным оборудованием, чтобы на нем, а не в Берлине (стыдно для державы с такими богатыми традициями в коньках) выявлять чемпионов России, как это случилось пару лет назад. Конечно, хорошо иметь крытую арену, как в Калгари или Херенвене, но пока возводить ледовый Дворец нам не по карману, хотя Москва нацелилась на это. Лучше спросить, кто додумался уничтожить в столице, на территории водного стадиона "Динамо", единственную в стране искусственную дорожку? Тот же каток, о котором я говорю, должен окупиться года за три за счет массового проката. Разумеется, своими параметрами, конструкцией сооружение должно соответствовать выросшим на порядок, в связи с появлением коньков с отрывающейся пяткой, скоростям. Не так-то просто без очень серьезной подготовки привыкнуть к центробежной силе в 150-170 кг, давящей на опорную ногу, удержаться, не упасть и не быть вынесенным на вираже со своей дорожки. Я уже не говорю о том, что невладение в совершенстве техникой бега на сверхбыстром льду удлиняет дистанцию, к примеру, в Калгари на той же пятисотке почти на десяток метров. А это потерянные доли секунды и… медали.

— Ну а что в вашем любимом биатлоне?

Основные биатлонные центры, включая новый в Ханты-Мансийске, расположены далековато от центра России, в результате чего переезд пожирает до 60 процентов сметы тренировочного сбора. Позволить такие расходы могут лишь немногие спортивные организации. Ощущаем мы, конечно, отсутствие необходимого числа ретраков и роллерных трасс, а те, что есть, необходимо основательно отремонтировать, заново заасфальтировать, чтобы окончательно не развалились. Восстанавливать до требуемых кондиций — это вложить в десятки раз больше средств.

— Хотелось, Виктор Федорович, чтобы вы более подробно задержались на проблемах детско-юношеского зимнего спорта. Сколько школ закрылось в последние годы из-за отсутствия денег, сколько опытнейших педагогов ушло по той же банальной причине.

— Ничего оригинального, проблемы те же, что и у летних видов. И без их решения на светлое спортивное будущее рассчитывать нечего. Вообще, это тема отдельного долгого разговора. Я остановлюсь только на двух-трех, с моей точки зрения, серьезных моментах. Не знаю, по чьей инициативе принято постановление о прекращении финансирования детских спортивных школ по соцстраху, но зато уверен, что подобный шаг просто-напросто подорвет оставшуюся систему подготовки резервов, уничтожит ее полностью. Ничего не создав, мы хотим развалить все, что имелось. Нужно обязательно вернуться к старой схеме. Более чем актуален вопрос с обеспечением дешевым, доступным по цене инвентарем, оборудованием и экипировкой отечественного производства, которыми необходимо насытить, может быть, введя даже распределительную систему, все учебные заведения, включая спортшколы. На "фирму" с заграничным клеймом у абсолютного большинства населения денег нет, на наше недорогое — найдется. Понятно, что предприятия крайне неохотно идут на выпуск таких товаров. Чем их заинтересовать? Льготным налогообложением, для чего необходим соответствующий закон, государственными дотациями. Эти меры плюс нормальная база и оплата труда преподавателей и тренеров, реанимация комплексных научных групп, ориентированных на работу с будущими олимпийцами, и должны удержать спортшколы на плаву и остановить отток оттуда способных ребят. Да, затраты значительные, но они окупятся победами.