Марек Холли - в своем роде уникальный футболист. В юности он чистил танки и работал на металлургическом заводе, играя за любительские команды. Сейчас выступает в одном из сильнейших российских клубов. При этом Марек не скрывает, что рассчитывает заиграть и на более высоком уровне.

МОГ СТАТЬ ПРЫГУНОМ С ТРАМПЛИНА

Детство Холли прошло в словацкой деревушке у подножия горного массива Татры. Зимой он катался на лыжах и прыгал с трамплина, а летом, помимо футбола, играл еще в волейбол и баскетбол. "В футбол у нас играли практически все, - вспоминает Холли. - Я не исключение".

- Почему предпочли футбол лыжам?

- Когда мне было 10 лет, мы уехали из деревни - перебрались в большой город, Мартин. Хотя по российским меркам язык не повернется назвать его большим - всего-то 60 тысяч жителей (улыбается). Там, в местной команде, и начал по-настоящему играть в футбол. А вообще я влюбился в эту игру после чемпионата мира в Мексике. Это был 86-й год. Тогда на футбольных полях блистали Платини, Франческоли. Чуть позже засверкал Ван Бастен. Игрой этих футболистов я восторгался. Они были моими кумирами. Мне вообще по душе умный, интеллигентный, эстетичный футбол.

- Но тогда вы, наверное, и представить не могли, что сможете добиться каких-либо успехов на профессиональном уровне?

- Это точно. Играл в футбол просто потому, что любил его. Даже не предполагал, что впоследствии он станет моей основной работой. После Мартина я успел поиграть в молодежной команде "Дуклы" из Банска-Бистрицы. А потом меня забрали в армию. Отслужил год, после чего пошел работать на металлургический завод. Правда, футбол не бросал. Играл и в армии, и когда работал на заводе. Тогда у нас была совместная команда. За нее выступали и военнослужащие, и рабочие завода.

- А в армии чем занимались?

- Танки чистил (смеется)… И еще в футбол играл.

- Как удавалось совмещать работу на заводе с футболом?

- Мы тренировались после окончания рабочего дня. А на игры мастер нас отпускал. Веселое было время. Потом, правда, я вернулся в Мартин. И уже оттуда меня пригласили в чешский клуб высшего дивизиона - "Сигму" из Оломоуца.

ВО ФРАНЦУЗСКИЙ "НАНТ" МЕНЯ НЕ ОТПУСТИЛИ

- Как умудрились попасть в "Сигму"? Ведь играли-то в совсем неприметных командах…

- Тренер один пригласил. Он запомнил меня по выступлениям за "Дуклу". Тогда я хотел найти себе какой-нибудь клуб в Словакии. Когда попал в "Сигму", понял, что это очень серьезный уровень.

- Когда играли за "Сигму", у вас были предложения из дальнего зарубежья?

- Хватало. Звали из многих команд. Например, из французского "Нанта". Но руководство "Сигмы" не намерено было меня никуда отпускать. Молодой, перспективный. Я тогда действительно неплохо играл. После нескольких успешных игр в Кубке УЕФА меня пригласили в молодежную сборную Словакии.

- В конечном итоге с "Сигмой" вы расстались. Почему?

- Тогда совпало два нежелательных для меня обстоятельства. Я получил серьезную травму, а в конце 97-го года у нас сменился тренер. Из-за своей травмы пропустил почти полсезона. После чего новый тренер сказал мне: "Ты игрок основного состава, но в данный момент постоянно играть в "Сигме" у тебя не получится. Поэтому ты можешь уйти". И я ушел в братиславский "Слован".

НА ШУТКИ ОВЧИННИКОВА Я НЕ ОБИЖАЛСЯ

В "Словане" дела у Холли поначалу складывались довольно неплохо. Он отыграл почти все игры во втором круге чемпионата-97/98. "В команду тогда были вложены серьезные средства, - вспоминает Холли. - Клуб купил нескольких ведущих игроков. Но потом произошла трагедия - убили нашего президента. У команды сразу начались финансовые затруднения. Как результат мне решили переоформить контракт, снизить зарплату. Я отказался, после чего меня сослали в дубль".

- И вы решили покинуть команду?

- Да, но меня долгое время не отпускали, затягивали продажу до последнего. В итоге дозаявки практически во всех чемпионатах были закончены. Оставался единственный вариант - Россия. И когда агент сказал, что есть возможность поиграть в Нижнем Новгороде, я подумал и решил: еду.

- В Нижний вы попали, что называется, с колес - перед самым началом чемпионата-99.

- Да, вместе с Хёгером, другим словаком, мы отправились на последний сбор "Локомотива" в Сочи. А сразу после него стартовал чемпионат. Овчинников тогда перед самым началом сезона фактически слепил новую команду. Мы с игроками знакомились уже по ходу первых игр.

- Какими были первые ощущения от пребывания в Нижнем Новгороде?

- Думали о том, что могло быть и получше (улыбается). Но постепенно сыгрались, притерлись друг к другу. У нас была очень приличная команда. Мне доставляло удовольствие играть вместе с такими игроками, как Татарчук, Кузнецов. Они мне очень помогли на первых порах. Все-таки сами побывали в легионерской шкуре. Татарчук в свое время поиграл в чешской "Славии". С ним и Кузнецовым мы общались больше всего. И свободное время проводили тоже вместе.

- А как проводили?

- Пару раз ездили вместе в Москву. Именно Кузнецов познакомил меня с этим городом. Димка водил меня на дискотеку. После некоторых матчей мы шли в бар - попить пива, отдохнуть. Я вообще люблю пиво.

- А тренеры не против этой любви?

- В Чехии у меня был тренер, который запрещал пить кока-колу, а пиво, наоборот, разрешал. Две-три кружечки. Да и вообще в России и за ее пределами к алкоголю совершенно разное отношение. На Западе можешь пить сколько хочешь, но когда выходишь на поле, будь любезен, покажи, на что способен. В России отношение к пиву у тренеров не такое благосклонное.

- У "Локомотива" очень колоритный тренер - Валерий Овчинников. Как вы относились к нему?

- С уважением. И он меня тоже уважал. Благодарен Овчинникову. Он дал мне шанс, и я его использовал. Как мне кажется, я показал себя профессионалом: тренировался с полной самоотдачей, да и играл неплохо.

- Овчинников знаменит тем, что умеет пошутить, иногда зло.

- Тогда настроение у него было хорошее. Ведь играли-то мы неплохо. И шутил с нами Овчинников по-доброму. Во всяком случае, мы на его приколы не обижались.

ПОСЛЕ НОРВЕЖСКОГО КОШМАРА ХОТЕЛ УЙТИ ИЗ ЦСКА

В середине сезона-99 Холли пригласили в ЦСКА. Его дебют в составе армейцев состоялся в гостевом матче против "Зенита". Уже в первой игре за новый клуб словацкий полузащитник произвел сильное впечатление. Несмотря на новую обстановку, на поле он не терялся и сумел организовать несколько опасных атак. И уже скоро темноволосый легионер завоевал прочное место в основном составе ЦСКА. "Когда узнал, что мной заинтересовались армейцы, очень обрадовался, - рассказывает Холли. - Мы поговорили с Хёгером и пришли к выводу, что это команда совершенно другого уровня. К тому же лично мне очень хотелось попробовать свои силы в Лиге чемпионов".

- Выступление в этом турнире и для команды, и для вас лично закончилось катастрофой. В гостевом матче с "Мёльде" вы совершили необязательный фол, после чего вас удалили с поля, а ЦСКА уступил - 0:4…

- По больному режете, - вздыхает Холли. - После этого поражения у меня наступило такое душевное опустошение, что трудно выразить словами. Хотелось все бросить и уйти из команды. Тогда от этого шага меня удержал Долматов. Он очень поддержал меня. И я постепенно отошел.

- После окончания сезона вы все же покинули ЦСКА…

- Да, закончился срок аренды.

- Потом была "Алания", а вслед за ней вновь армейский клуб…

- Вы хотите сказать, в одну и ту же реку нельзя войти дважды? В России, по-моему, тоже есть такая поговорка? Да? Значит, я не ошибся… Почему я вновь вернулся в ЦСКА? Во-первых, знакомый коллектив, почти всех ребят знал. Это важно. А во вторых, чувствовал, что задолжал армейским болельщикам. В середине прошлого сезона ЦСКА ведь находился в очень непростой ситуации. И когда возникла возможность вновь вернуться в армейский клуб, без раздумий согласился. Хотя у меня были и другие предложения - из России, из-за рубежа.

Я ПОЛНОСТЬЮ ПОНИМАЮ САДЫРИНА

Всем известна неприязнь тренера ЦСКА Павла Садырина к легионерам. Практически ни одно глобальное интервью этого наставника не обходится без слов о нецелесообразности приглашения заграничных "пришельцев". При этом в его команде играет словак Холли - и играет регулярно. Более того, Холли стал одним из первых приобретений Садырина, когда тот в третий раз в своей карьере возглавил ЦСКА. И кто после этого рискнет сказать, что Холли не уникальный футболист?

- Знаю, что наш тренер не жалует легионеров, - признается Холли. - Полностью его понимаю. Но огорчаюсь не слишком. С легионеров везде спрашивают больше. Я к этому привык.

- Но ведь помимо России и родной Словакии вы выступали только в Чехии. Неужели там вы тоже чувствовали себя легионером?

- Во всяком случае по статусу я им считался. И должен был доказывать, что лучше, чем другие. Спрос с зарубежных игроков всегда особый. А Чехия и Словакия все равно, что Россия и Украина. Языки этих стран далеко не одинаковы, хотя и имеют родственные корни. И легионером в Чехии я себя все же чувствовал.

- А дома вы на каком языке говорите? Ведь ваша жена чешка.

- На чешском. Все-таки четыре года в "Сигме" отыграл. Для меня Оломоуц - все равно что родной город. А когда начинаю говорить по-словацки, жена меня просто не понимает. Тем более я очень быстро говорю.

- Неплохо вы изъясняетесь и на русском. Наверное, и поэтому Садырин к вам нормально относится, несмотря на то, что вы - легионер из дальнего зарубежья.

- Русский я учил еще в школе. Как иностранный. А когда попал в Нижний Новгород, применил свои знания на практике. И в ЦСКА переходил уже с неплохим знанием языка. Хотя многих слов я до сих пор не знаю.

МНЕ ИМПОНИРУЕТ РУССКИЙ МЕНТАЛИТЕТ

- Чехия, Словакия у многих ассоциируются с пивом. А Россия у вас с чем?

- С водкой (смеется). А вообще когда учился в школе, я много чего узнал о России.

- И что же?

- Ох… Москва, Красная площадь, Кремль, Мавзолей, Санкт-Петербург, Эрмитаж, Зимний дворец…

- Как ваши знакомые относятся к тому, что вы играете в России? Все-таки не у всех жителей бывшей Чехословакии к нашей стране положительное отношение.

- Я лично ничего негативного на себе не чувствовал и не слышал. Да, меня про Россию спрашивают. В частности, мой тесть, который служил здесь в 60-70-х годах. Сейчас в России много чего изменилось. У меня самое положительное отношение к вашей стране. В России интересная жизнь, очень хорошие люди - открытые, дружелюбные. Мне нравится русский менталитет.

- Не скучно вдали от родины?

- Временами, бывает, находит тоска. Иногда слушаю словацкую музыку. Хотя чаще - зарубежную.

- А какие российские исполнители вам импонируют?

- Мне больше нравятся кассеты, где есть выбор различных песен.

- Сборники?

- Да-да… Это слово еще не освоил (улыбается).

- А российское кино любите?

- Да. Не все понимаю, но люблю. В России хорошее кино, интересное. "Иван Васильевич", "Двенадцать стульев" - веселые фильмы. Еще мне понравился "Брат-2". Но это уже другой фильм, в американском стиле.

- Ваша семья - жена и дочка - сейчас находится в Чехии. Когда планируете перевезти их в Россию?

- В самое ближайшее время вряд ли получится. Сейчас дочке должны сделать операцию на ноге. Поэтому пока перевозить ее смысла нет. А потом? Не знаю. Футбольная судьба - вещь непредсказуемая.

- То есть с будущим еще не определились?

- С ЦСКА у меня контракт до будущего лета. Но хотелось бы поиграть за рубежом. Я думаю, что заслужил это. Мне 27 лет, и есть стремление попробовать себя на более высоком уровне. Это нормальное желание любого нормального футболиста.

- В каком чемпионате хотели бы поиграть?

- В сильном. Я самого высокого мнения о чемпионате России, он лучше и интереснее, чем в Чехии и тем более в Словакии. Но хочется поиграть в еще более классных лигах - английской, испанской, французской. Адаптироваться в любой из этих стран для меня не составит труда.

Уверенность, с которой Холли говорил об этом, не оставляла сомнений - этот человек всегда опирается на реальную самооценку. И как настоящий профессионал ставит перед собой все более сложные задачи. Судя по тому, как Марек адаптировался в России, его слова имеют вес.


Валерий ОВЧИННИКОВ о Мареке ХОЛЛИ:

- Холли - очень интересный футболист, он должен играть лучше, чем сейчас. Но он во многом зависит от партнеров, с которыми выходит на поле. То, что мы в 1999 году успешно прошли первый круг, во многом заслуга Холли. Я верю, что именно в российском чемпионате он раскроется как незаурядная личность в футболе.