Звездным часом Марадоны на чемпионате мира в Мексике стал матч против сборной Англии. Два мяча, которые он забил в ворота Питера Шилтона, - как две стороны медали, две ипостаси одного и того же человека. И если свое знаменитое признание относительно "руки божьей" Диего все-таки сделал, то раскаяния в содеянном, судя по всему, мы не дождемся никогда.

ГЛАВА 5

ОТБОРОЧНЫЕ МАТЧИ

Отборочный цикл к чемпионату мира начался в Венесуэле. Легко? Легкие только мячи на вес, для нас же не было ничего легкого! Все началось с того, что как только мы приземлились, поднялась дикая суматоха. Конечно, полицейские там тоже присутствовали, но это были венесуэльские полицейские, и им было наплевать на безопасность футболистов сборной Аргентины. Один сумасшедший выскочил мне наперерез и двинул по правому колену так, что даже сам Джентиле не смог бы сделать этого лучше.

Всю ночь, предшествовавшую матчу, я провалялся на кровати с ледяным компрессом на колене. Я не смог заснуть до пяти утра. Сперва травма показалась мне пустячной, но потом боль все усиливалась и усиливалась. И в конце концов в этом проклятом матче все те соперники, что меня опекали, непременно лупили мне по правому колену. Я говорю сейчас "проклятый матч", потому что победа в нем стоила каждому из нас много крови: в итоге мы все-таки выиграли со счетом 3:2.

После этого нам предстоял матч в Боготе, против Колумбии 2 июня. Такого давления я не испытывал никогда в жизни! И все-таки встреча закончилась в нашу пользу: 3:1.

На следующей неделе мы выиграли дома, на "Монументале" у Венесуэлы, однако два последних мяча забили только в последние четыре минуты.

Два матча против Перу, которые в итоге решили все, были ужасными, ужаснейшими! Первый, 23 июня в Лиме, стал матчем Рейны... Я говорю так потому, что уже весь мир знает о том, что этот парень загнал меня до смерти. В одном из эпизодов я неудачно распорядился мячом и выскочил за пределы поля просто, чтобы перевести дух. Иначе бы я скончался на месте от инфаркта! Так этот сумасшедший отправился вслед за мной! Когда же я продолжил играть, этот колпачок от термоса повторил все то же самое, только уже на другой стороне поля.

Какая же все-таки скотина этот Рейна... Подумайте только, что когда на Кубу мне прислали мяч с автографами всех перуанских футболистов с пожеланиями скорейшего выздоровления, его роспись также стояла там... С ума сойти: этот сукин сын достал меня даже в 40 лет, в Гаване!

После этого матча последовала игра в Буэнос-Айресе, в которой мы и завоевали путевку на Мундиаль. Но, мамочка, сколько нам пришлось пережить!

Однако в конце концов мы всем им показали! Мы завоевали право играть на Мундиале в Мексике, и тогда, клянусь моей матерью, я сказал "Флако" Гареке: "Вот так, именно так мы победим в финале чемпионата мира: с огромным трудом, но победим!".

МЫ ПРОТИВ ВСЕГО МИРА

Когда, наконец, мы прибыли на тренировочную базу в Америке, федеральном районе Мехико, я осознал, что победа, о которой я думал, перестала быть мечтой. Мы были настроены стать чемпионами мира.

Мы решили для себя, что весь мир против нас, и мы будем биться со всеми из последних сил. И как мы бились! Лично меня сборы всегда сковывали и угнетали, давили на психику, но на этот раз все было по-другому, и это потому, что мы стали искренними, говорили правду друг другу в лицо.

Итальянцам я забил очень красивый гол, настолько красивый, что он занял место в моей галерее. Потом, против болгар, мы допустили несколько застарелых ошибок, но уже тогда мы были до предела уверены в себе и своих силах. И это послужило уроком всем. А мы уже были в 1/8 финала!

Тота (мать Марадоны - прим. ред.) мне говорила: "Мальчик, что ты такое ешь? Ты носишься по полю так, как никогда ранее в жизни не бегал!".

Я всегда любил позагорать, но тогда мне абсолютно не хотелось покидать базу, столовую, комнату. Комнату, которую я делил с Педрито Паскулли, и каждый день мы что-нибудь да добавляли в ее интерьер: картинку, фотографию, какое-нибудь украшение. Мы хотели, чтобы база стала нашим домом на месяц, до самого финала!

ТОЛЬКО ЕСЛИ МЫ - ЧЕМПИОНЫ

Мы добрались до четвертьфинала, когда в нас никто не верил. Но если бы меня тогда спросили, удовлетворюсь ли я тем, что Аргентина попала в восьмерку сильнейших сборных Мундиаля, я бы напомнил им одну фразу Обдулио Варелы (я ее прекрасно помню), произнесенную им перед финалом чемпионата мира-50, перед знаменитым Мараканасо: "Все комплименты только в том случае, если мы - чемпионы". Тогда в сборную Уругвая не верил никто, все без исключения отдавали победу признанным фаворитам, бразильцам.

И вот пришел черед Англии, ни более и ни менее. 22 июня 1986 года. Другой день, который я никогда не забуду, покуда я жив.

По тому, как представляли этот матч, создавалось впечатление, что Аргентина - Англия - это финал чемпионата. Пусть мы заявляли, что этот поединок не имеет ничего общего с войной за Мальвинские острова, мы прекрасно знали о том, что очень много аргентинских ребят сложили там свои головы; там, где их убивали словно каких-то пташек.

Про свой второй гол я расскажу следующее. 13 мая 1981 года я сделал нечто подобное, очень и очень похожее, только бил по воротам, стоя боком к ним, когда вратарь уже ничего не мог поделать. И, представляя, как мяч залетает в ворота, я с удивлением обнаружил, что он прошел мимо. Мой брат Турко позвонил мне после этого и сказал: "Идиот! Ты не должен был так делать, ведь вратарь уже не мог тебе помешать!". Тогда я ему ответил: "Сукин ты сын! Тебе легко рассуждать, сидя у телевизора!". Но следующие его слова меня просто убили: "Нет, Пелу. Если ты пытаешься ударить на замахе, ты промахиваешься, а попадаешь, когда бьешь с правой. Ты меня понимаешь?". И этому говнюку было семь лет!

Шилтон попался на этот финт. Я дошел до его ворот и забил ему. Забил гол всей своей жизни.

И первый гол мне также доставил немало наслаждения. Иногда я чувствую, что этот мяч, забитый рукой, нравится мне даже больше, чем второй.

КАКАЯ РУКА БОЖЬЯ?! ЭТО БЫЛА РУКА ДИЕГО!

Я прекрасно понимаю, что об этом эпизоде говорили и будут говорить еще много лет. Я и сам не знаю, как сумел выпрыгнуть так высоко, ведь перепрыгнуть Шилтона, имевшего передо мной громадное преимущество в росте, казалось чем-то нереальным. Я выставил кулак левой руки, вратарь Питер Шилтон этого даже не заметил, и первым, кто это увидел и стал требовать отмены гола, оказался набегавший сзади Фенвик.

Когда я увидел, что судья на линии побежал к центру поля, я с радостными криками бросился к трибуне, где сидели отец и тесть. Тем временем все англичане бурно протестовали, а Вальдано сказал мне "тс-с-с!", прижав палец к губам.

Я сделал свой шаг: мы разбили стену, которую они возвели, и я отплатил им, взмыв в воздух - другого мне ничего не оставалось. Гол, который заставил их изойти слезами... Как я потом ответил одному журналисту, "я не тот человек, чтобы сомневаться в честности судьи".

Когда я вернулся в Италию, со мной произошел удивительный случай. Я пришел в гости к Сильвио Пиоле, знаменитому итальянскому голеадору 30-х годов, и он мне сказал следующее: "Пусть все эти люди говорят тебе, что ты бесчестный человек из-за того, что ты забил мяч рукой, скажи им, что у итальянцев также есть свой обманщик. Потому что я также забил гол рукой, играя за сборную Италии, также против Англии, и мы также его отпраздновали!".

ИЗ МЕКСИКИ МЫ УЛЕТЕЛИ ПОСЛЕДНИМИ

И в финале нас ждала Германия. Сборная, которой прочили успех с самого начала. Сборная, которой симпатизировал мой отец.

Мы забили два великолепных мяча: один после удара головой Таты Брауна, который заслуживал этого больше, чем кто либо, потому что он заменил в сборной Пассареллу, и играл лучше всех остальных. Другой - забитый Вальдано, потому что он подвел итог тому, о чем просил нас Карлос и показал, насколько хорош Хорхе во всех отношениях.

Когда немцы сравняли счет, я не испугался. Нам дважды забили головой из штрафной площади, по большому счету, это непростительная ошибка для любой команды, но... Я посмотрел на ноги Бригеля, и увидел, что они распухли как толстые бревна. И тогда мы поняли, что сможем победить.

Гол Бурру! Как я праздновал этот гол Бурручаги! Я помню, какую огромную кучу-малу мы устроили на поле, повалившись один на другого. В тот момент мы уже чувствовали себя чемпионами мира, и оставалось только шесть минут...

С Кубком мира в руках мы отправились в раздевалку и там стали поносить на чем свет стоит весь мир...

Мы крепко обнимались, а потом сделали то, что когда-то пообещали себе сделать: по возвращении в тренировочный лагерь совершили круг почета одни-одинешеньки по полю, на котором мы проводили свои тренировки. По тому самому полю, на которое мы пришли после приземления в Мехико. И тогда мы поклялись: мы прилетели сюда первыми, а улетим последними. В итоге мы все-таки выполнили данное тогда обещание.

Я заново переживаю каждое событие моей жизни и сейчас вновь повторяю: это был экстраординарный триумф аргентинского футбола, который, к сожалению, пока не повторился... Но увы. Этот триумф так и остался на футбольном поле. Наша победа не опустила цены на хлеб... Если бы футболисты могли решать насущные проблемы людей, насколько бы лучше мы играли!

Когда я вернулся домой, ко мне пришло в гости огромное количество людей. Они вытоптали сад Тоты, которая при виде причиненного ущерба чуть не сошла с ума. Гости пели, дудели в трубы, приносили мне подарки...

В один из таких вечеров я заставил войти в дом двух ребят, стоявших за оградой. Слишком они уж хотели побывать в гостях у Марадоны. Я немного поиграл с ними в футбол, а мама смотрела на нас и не могла поверить в происходящее. Мне кажется, что они так и не поняли, почему я пригласил их поиграть. В душе я чувствовал, что все эти почести, внимание к моей персоне - все это чересчур... Я всего лишь выиграл Мундиаль.

Начало в №5,10,15,20,25,30,35,40,43. Продолжение следует.

Печатается с сокращениями.