Нападающий "Сатурна" на заре своей карьеры мечтал надеть вратарский свитер и по этому поводу нередко конфликтовал со своим тренером. В юности, став нападающим, менял спартаковскую футболку на армейскую. А теперь Мовсесьян забивает за подмосковный клуб и сборную Армении, как, например, он сделал это в минувшие выходные, когда спас свою команду великолепным дальним ударом от поражения в матче с Уэльсом.

МЕНЯ ОТЛУЧАЛИ ОТ ТРЕНИРОВОК

— В детстве, насмотревшись на игру Рината Дасаева, я сильно захотел стать вратарем. Вскоре мама меня отвела в школу футбольного клуба ЦСКА. Но через короткий промежуток времени я ушел оттуда, обидевшись на тренера. Дело в том, что на тренировках я самовольно вставал в ворота, а тренер меня постоянно переубеждал, что мое место в поле. Я его не слушал и снова вставал "в раму", за что в целях профилактики был отлучен от пары занятий. Тогда затаил обиду на тренера и больше на тренировках не появлялся. После этого занимался понемногу велоспортом и греблей на байдарках, но любовь к футболу взяла свое. Кроме того, у меня отец заядлый футбольный болельщик, что тоже сказалось на моем возвращении в футбол, хотя он болеет за "Спартак".

— Странно, а почему вы оказались в ЦСКА?

— Мама настояла на этом, причем не из болельщицких чувств, а потому что спартаковская школа располагалась дальше от нашего дома. Кроме этого, перспективу попадания в доблестные Вооруженные Силы никто не отменял. Интересно, что когда я покинул футбол из-за обиды на тренера и стал заниматься другими видами спорта, мои родители не расстроились и восприняли это спокойно. Но отец не скрывал радости, когда я в 12 лет оказался в ЦСКА и снова мог играть.

— Ваши занятия футболом влияли на учебу в школе?

— Учился я на "четверки" и никогда не испытывал серьезных проблем с успеваемостью. Некоторые затруднения испытывал лишь в старших классах, когда уже тренировался в спартаковской школе и меня привлекали к играм за "дубль".

— Помимо спорта в детстве у вас были какие-либо увлечения?

— Нет, постоянно интересовался какими-то соревнованиями. Ни одной спортивной трансляции не пропускал, пусть это были даже биатлон или лыжные гонки.

— Вы в семье единственный ребенок. Не хотелось иметь сестру или брата?

— Было такое желание. Мама мне рассказывала, что я просил у нее с отцом брата или сестру, но, видимо, они не поддались моим уговорам (смеется).

— Что больше всего запомнилось из школьного времени?

— То, что я уходил часов в 8 утра и приходил примерно в это же время вечером. Мой день начинался с утренней тренировки. Затем я шел на учебу в школу и после этого снова отправлялся тренироваться. Как я все это выдерживал? В молодом возрасте все переносится легко, да и время пролетало незаметно. Даже если у меня были свободные часы, то это время я проводил, наблюдая за занятиями основной армейской команды.

К ПЕРЕХОДУ В СТАН ПРОТИВНИКА ОТЕЦ ОТНЕССЯ СПОКОЙНО

— Почему вы сменили армейскую школу на спартаковскую?

— С этим связана целая история. После 90-го года состоялось первенство юношеских сборных команд из стран СНГ, финал которого прошел в Волгограде. Россию представляла сборная Москвы и Санкт-Петербурга. В то время столичную сборную, за которую я играл, тренировал Анатолий Королев. Его назначили на этот пост, потому что руководимый им "Спартак", состоящий из ребят 76-го года рождения, постоянно выигрывал все турниры, в которых принимал участие. Мне очень понравилось играть у Королева, и по окончании сезона стал скучать по его футболу. Я позвонил Анатолию Федосеевичу и объяснил, что хотел бы перейти в "Спартак". Он ответил, что ничего не обещает, но попытается все устроить. Переход состоялся, но я знаю, что этому пытались помешать, ведь в то время поменять школу было очень проблематично.

— Сразу удалось приспособиться к спартаковским тренировкам?

— Нет, конечно. Первое время я отставал от своих сверстников во всем, кроме физической подготовки, но мой тренер продолжал заниматься со мной, за что я ему сильно благодарен. Это дало свои плоды.

— Выступлением за "дубль" вы это подтвердили.

— Там я отыграл четыре сезона. В первом из них провел всего лишь пять игр и похвастаться успехами не мог, а вот затем выступал намного успешнее и вратарей-соперников огорчал часто. На моем счету за два полных сезона значилось 49 голов. На четвертый год пребывания в спартаковском "дубле" я решил сменить клуб. Еще перед началом сезона желал сменить команду. Уже провел сбор в ЦСКА у Тарханова, и после пары контрольных игр мне сказали, чтобы я вернулся в "Спартак". Олег Романцев мне заявил, что в новом сезоне собирается делать ставку на молодежь и если я не пробьюсь в состав, то он меня отпустит в ЦСКА. Меня это устроило, и я отложил мысли об уходе на некоторое время. Два первых тура провел в запасе "Спартака", а затем снова попал в "дубль". Выяснять причину произошедшего не было смысла. Все очень просто: на поле выходит тот, кто лучше. В итоге, не отыграв ни минуты за спартаковскую "основу", я перешел в ЦСКА.

— Как ваш отец отнесся к переходу в стан принципиального соперника "Спартака"?

— Положительно. Он понимал, что мне нужно играть на более высоком уровне. Известно немало случаев, когда ребята теряли многое как футболисты, пересиживая в спартаковском "дубле", поэтому отец меня поддержал.

ХОЖДЕНИЕ ПО МУКАМ

— Я был очень доволен тем, что в 20 лет уже выхожу в составе такой известной команды, как ЦСКА. За те полсезона, что я провел, мне удалось поучаствовать в семи играх и забить два гола. Помню, за несколько туров до конца армейцы испытывали недостаток нападающих из-за травм и меня выпустили впервые в стартовом составе против "Алании". ЦСКА выиграло 2:0, причем я тоже отличился. Вскоре Тарханов ушел и его место занял Павел Садырин. У меня был вариант устроиться в другой клуб, но я остался, хотя сезон пошел насмарку. Провел 17 игр, в основном выходя на замену. Играл крайнего полузащитника, а иногда вообще в обороне. После окончания чемпионата меня выставили на трансфер, но клуб не особо занимался моим трудоустройством, и пришлось искать варианты самому. После нескольких неудачных попыток пробовался в тульском "Арсенале", но ЦСКА запросил за меня слишком много денег. Далее я мог оказаться в Ставрополе, но за пять дней до начала первенства попал в нижегородский "Локомотив". В 8 играх не забил ни одного мяча, сел на скамейку запасных и летом уехал оттуда. Пока находился без клуба, тренировался у Садырина, но в ЦСКА снова произошла смена тренера. Пришел Долматов и сказал, что не рассчитывает на меня.

— Впору было впасть в уныние?

— Было нелегко. Зная, что могу играть на высшем уровне, попал в клуб второго дивизиона — "Спортакадемклуб". Андрей Лексаков, президент и по совместительству главный тренер этой команды, всячески меня поддерживал, за что я ему очень благодарен. Забив 9 мячей за полсезона, пытался трудоустроиться в клуб выше рангом, но мои попытки не увенчались успехом. Поэтому решил для себя, что новый сезон будет для меня определяющим - либо я пробиваюсь наверх, либо успокаиваюсь и остаюсь во втором дивизионе. Думаю, если бы ничего не вышло, морально сломался бы.

— Но не сломались?

— Нет. Пообещал забить за сезон 20 мячей, но смог только 19 и не сдержал обещания. Каюсь теперь (смеется). Но меня Лексаков не ругал, сказав, что если у меня будет стоящий вариант для продолжения карьеры, то не станет чинить препятствий. Вскоре меня позвал Сергей Павлов, и перед началом прошлого сезона я оказался в "Сатурне".

— Испытывали неудобства, вернувшись в высший дивизион?

— Адаптировался в команде безболезненно, потому что еще до прихода в подмосковную команду знал многих футболистов, выступающих за нее. Например, Афанасьева, Чижова и Ляпкина. Прошедший год оцениваю двояко. Вроде бы провел 24 игры в "основе", что является хорошим показателем, и наконец-то снова смог играть на высшем уровне, но куча неиспользованных моментов, конечно, расстраивает.

ВЬЕРИ - ЭТАЛОН ФОРВАРДА

— За прошлый год вы забили меньше десятка мячей. Да и многие нападающие уступили в гонке бомбардиров полузащитникам. Почему так происходит?

— Не думаю, что форварды разучились забивать. Можно объяснить это тем, что у игроков средней линии более развязаны руки, чем у номинальных нападающих, потому что они имеют возможность перемещаться в разных направлениях. Кроме того, защитники соперника всегда в первую очередь стерегут именно нас - форвардов. Я вообще считаю, что уровень полузащитников в России всегда был выше, чем у остальных полевых игроков.

— Что же нужно нападающему, чтобы стабильно забивать?

— Кропотливо работать на тренировках в первую очередь. К тому же свою роль играет везение. Даже если ты хорошо оснащен физически и технически, но фортуна от тебя отвернулась, все твои старания окажутся бесполезными.

— Вспомните матч, в котором вам катастрофически не везло.

— В прошлом году мы в Раменском принимали нижегородский "Локомотив" и выиграли 1:0. Я имел восемь голевых моментов, но забил лишь раз. После матча был ужасно раздосадован и места себе не находил. Хорошо, что мы выиграли. Всегда обидно, когда не реализуешь моменты, ведь из-за этого страдает команда, которая недобирает заветных очков.

— Вы как-нибудь отмечаете свои голы?

— Какого-то определенного ритуала празднования гола у меня нет, хотя, наверное, стоило бы его заиметь. Помню, хотелось, когда у меня родился сын, перенести его фотографию на майку и после забитого гола всем ее продемонстрировать, но до дела так и не дошло.

— Кто для вас является эталоном форварда?

— Итальянец Кристиан Вьери. Помимо того, что он хорошо оснащен технически, владеет отличной скоростью, а также хорошо поставленным ударом с обеих ног и головой, он еще и физически мощный. Сейчас футбол стал атлетичным, и поэтому это — немаловажный фактор для футболиста.

— Если вам доведется выйти играть со сборной Италии против Вьери, не стушуетесь?

— Наоборот, мне хотелось бы посоревноваться с ним в меткости ударов по воротам, тем более такой вариант не исключен. Если сборная Армении в скором времени будет встречаться с итальянцами, тогда и проверим силы соперников.

— Как вы оказались в армянской сборной?

— Начну с того, что мой дед по линии отца - армянин. Прошлой зимой мне позвонили из федерации футбола Армении и предложили выступить за сборную этой страны, и я ответил согласием. Ранее я провел за российскую "молодежку" лишь несколько неофициальных матчей, поэтому проблем с переходом в другую сборную не было. В составе армянской команды я сыграл уже четыре матча и отметился голом в дебютной игре со сборной Литвы, после чего мы выиграли 2:1.

— А вас не пытались удержать российские тренеры от подобного шага?

— Такого не было, а когда мне предложили играть за Армению, согласился, не раздумывая. Мои родители сначала отнеслись к подобному решению настороженно, но когда я с ними поделился впечатлениями об увиденном, то у них отпали сомнения.

— Насколько сильна сборная Армении?

— Это команда добротного уровня. Например, когда мы играли с норвежцами, то стояла задача сыграть вничью, что мы и сделали. А вот выполнить установку на победу в игре с Украиной и Белоруссией не удалось.

У МЕНЯ МУДРАЯ ЖЕНА

— Чему посвящаете свое свободное время?

— Когда оно у меня есть, то провожу его со своей супругой Евгенией и полугодовалым сыном Андреем. Это самый лучший отдых. Женился я четыре года назад, а знаком со своей избранницей лет девять. Познакомились мы в то время, когда я еще играл в спартаковской школе, а она училась в медицинском колледже.

— Она вас лечила от травм?

— Нет (смеется). Первый раз встретились на дне рождения нашего общего знакомого. Женя меня старше на восемь месяцев, но проблем с разницей в возрасте у нас нет. Да и родители наши ничего не имели против нашего союза.

— Как себя ведете дома, когда ваша команда терпит неудачу?

— Держу все в себе и стараюсь свое плохое настроение скрыть, но Женя все видит и заставляет меня поделиться с ней. Я молчун по жизни, но она меня умеет разговорить. Она — женщина мудрая, видимо, поэтому ей это удается.

— Вам когда-нибудь хотелось бросить футбол?

— Когда я играл во втором дивизионе, было тяжело морально. Помню, с супругой много ссорились из-за моего плохого настроения, но, слава богу, все обошлось. Женя меня успокаивала, и я, засучив рукава, продолжал работать.

— Как сделали супруге предложение выйти замуж за вас?

— Обычно, но любопытно, что она с первого раза не согласилась. Лишь на третью мою попытку она ответила согласием. До сих пор не знаю, почему она дважды отказывалась, хотя до этого мы уже были долгое время знакомы. Родные и близкие так привыкли к нашему союзу, что свадьба не стала для них новостью. В связи с этим празднование было нешумным, в кругу семьи.