"После юниорского чемпионата мира по биатлону в Ханты-Мансийске заговорили о зимней Олимпиаде" — такие слова довелось недавно прочесть в одной столичной газете. Подобный поворот в рассказе о завершившихся недавно соревнованиях молодых биатлонистов несколько озадачил.

Три года подряд ваш корреспондент регулярно приезжал в центр биатлона, возведенный за шесть последних лет неподалеку от места слияния Иртыша и Оби. И, говоря пафосно, был свидетелем возведения комплекса, который сейчас не стесняясь называют лучшим в мире не только сами хозяева, но и руководители других мировых центров лыжного спорта, в частности Холменколлена и Рупольдинга. Но при этом ни разу не довелось услышать в сколько-нибудь серьезном разговоре с руководством центра о планах или хотя бы о желании принять Олимпиаду. Хотя я лично уверен, что заполучи сибиряки к себе Игры — непременно проведут их на высшем уровне. Вот только не торопятся. И, как показывает история, поступают разумно.

Хроника наших конфузов

С начала 90-х годов мысль об организации в России спортивных турниров всемирного масштаба не дает покоя многим в нашей стране. Но обоснованность такого рода претензий, как правило, рассматривается этими горе-руководителями, говоря словами Гоголя, "гораздо после". Используя ленинский тезис, они предпочитают "сначала ввязаться в бой, а там посмотрим". А дальше все по большей части происходит по одному и тому же известному сценарию.

Так было в 1989 году, когда пленум Национального олимпийского комитета СССР принял постановление выдвинуть кандидатом на проведение зимних Игр 1998 года город Сочи. Затем городской совет курорта попросил МОК "считать г. Сочи кандидатом на проведение зимних Олимпийских игр 2002 года". Но и в будущем году Игры на Черноморском побережье не состоятся: шесть лет назад во время процедуры голосования в МОК всероссийская здравница, не располагавшая к тому времени ничем, кроме нескольких гостиниц, одного плохого стадиона и берега Черного моря, проиграла всем конкурентам, а Олимпиаду в итоге отдали американскому Солт-Лейк-Сити.

Так было и в 1994 году, когда правительство Санкт-Петербурга поддержало предложение мэра города Анатолия Собчака выставить кандидатуру Питера на проведение летних Игр-2004. Сразу было ясно, что подготовка и проведение в небогатом и обветшалом городе-музее с его 20-процентной безработицей и бесконечным перечнем коммунальных проблем столь дорогостоящего мероприятия невозможно, но аргументы противников инициативы остались без внимания. В итоге нас вновь поставили на место в МОК, где при первом же голосовании кандидатура Петербурга была снята.

Так было и тогда, когда Ярославль собирался провести у себя чемпионат мира по хоккею-2000 в не достроенном до сих пор ледовом Дворце... А еще можно припомнить слова президента Федерации лыжных гонок России Анатолия Акентьева о подготовке недавнего этапа Кубка мира по лыжам в Кавголово: все было так плохо, что глава федерации зарекся на несколько лет вперед подавать заявку на проведение подобных соревнований в нашей стране. А еще… Впрочем, читатель, вероятно, уже составил представление о том, на каком "благоприятном" фоне у энтузиастов биатлона из Ханты-Мансийска родилась мысль построить комплекс, где когда-нибудь состоится чемпионат мира.

Богатые тоже… экономят

Ханты-Мансийск — город с богатыми традициями в области биатлона. Среди тех, кто в разное время представлял эти места на аренах страны и мира, можно назвать имена олимпийских чемпионов Юрия Кашкарова, Евгения Редькина, многих других. Однако инициатор строительства, заслуженный тренер России Николай Бондарев до сих пор удивляется, что такую масштабную затею удалось реализовать в столь сложное время. В своем первоначальном виде проект предполагал строительство современной спортивной школы взамен старого комплекса, существовавшего в течение многих лет в заповедном лесу, неподалеку от нынешнего красавца стадиона. Идея построить спортивный объект мирового уровня возникла с подачи губернатора Ханты-Мансийского автономного округа Александра Филипенко.

А для того чтобы понять, почему речь идет именно о мировом уровне, надо хотя бы раз побывать в Ханты-Мансийске. Особенностью архитектурного облика столицы округа является то, что все дома в нем построены либо в 50-е, либо уже в 90-е годы. Нынешний Ханты-Мансийск, как принято говорить, — город контрастов. Старые полуразвалившиеся избы и бараки соседствуют со зданиями, которые не испортили бы облика иной европейской столицы. Проблем, конечно, немало. И именно из-за них правительство округа и администрация города, принимая в 1994 году решение о строительстве международного центра лыжного спорта постановили, что бюджетных денег будет отпущено не более 15% от общей сметы расходов. Остальные работы должны были вестись за счет спонсорских средств. И спонсоры нашлись. Не стану перечислять названия фирм и компаний, дабы читатели не подумали, будто читают рекламный материал. Скажу лишь, что четыре из шести главных спонсоров центра представляют нефтегазовую отрасль. Выбор подрядчика шел особенно долго. Отбраковали более десяти проектов, прежде чем подписали договор с канадской фирмой "Валенс Констракшн Лимитед". И в июне 1996 года была забита первая свая в основание спортивной школы центра, который канадцы обязались сдать заказчикам "под ключ".

Что было в России с 1996 года, полагаю, помнят многие. Позволю лишь напомнить, что со времени начала строительства до сегодняшнего дня доллар подорожал более чем в пять раз. Как следствие — из контракта было исключено несколько серьезных пунктов, а значительный перечень работ выполнили собственными силами. Все это серьезно затрудняло работы, однако о главном предназначении центра руководители не забывали.

Занятия в спортивной школе начались уже в 1997 году, а первые международные соревнования "Кубок Югры" прошли практически на строительной площадке. Уже то немногое, что успели построить к открытию Кубка, позволило президенту Союза биатлонистов России Александру Тихонову официально заявить, что центр будет лучшим в России. Соревнования на Кубок Югры с успехом прошли и в 1998, и 1999 годах. В официальном бюллетене Международного союза биатлонистов за 1998 год турнир стоял в перечне соревнований, проводящихся под эгидой IBU. Годом позже центр лыжного спорта выиграл конкурс на право проведения первых официальных соревнований Международного союза биатлонистов — финального этапа Кубка мира-2000, получив при этом лицензию класса "В", позволяющую проводить кубки и чемпионаты мира среди юниоров.

Этапы большого пути

В ноябре 2000 года центр введен в эксплуатацию в полном объеме: стадион, огневой рубеж, трибуны, способные вместить более 15 000 зрителей, здание спортшколы, объекты энергоснабжения, лыже-роллерная трасса, мосты и путепровод, гостиничный комплекс, здание спортклуба. Комплекс производит сильное впечатление. Приехавший на финал Кубка мира Тихонов своего восторга не скрывал, завершив выступление на церемонии открытия словами: "Лучший центр! Лучшие люди!" Президент IBU Андерс Бассеберг также был весьма доволен увиденным, хотя и говорил на всех пресс-конференциях, что хантымансийцам есть еще над чем работать. Спорить с дипломатичным норвежцем не хотелось. Он прав. Городу не хватало гостиниц, были замечания по трассе, организации питания, неважно работал транспорт, пресс-центр был тесен. Но, покидая гостеприимную Югру, автор уже знал, что Ханты-Мансийску доверено проведение чемпионата мира среди юниоров и взрослого чемпионата мира, а значит, разлука будет недолгой. Впрочем, некоторое чувство неуверенности в том, что все это непременно состоится, все же было. Настораживало и высказывание Александра Тихонова о том, что получить для Ханты-Мансийска подряд молодежный и взрослый чемпионаты мира было очень трудно и ему вместе с Виктором Маматовым (первым вице-президентом IBU) пришлось употребить для этого все свое влияние. В России так часто бывает — мы с трудом добываем право на что-нибудь, а потом бездарно им пользуемся.

На прошедший в феврале чемпионат мира по биатлону в Словению Ханты-Мансийск прислал внушительную делегацию во главе с самим губернатором. Полезность вояжа стала очевидна уже в Хантах. Просто не верилось, что за один год в условиях сибирских морозов можно выполнить подобный объем работ. Несколько технических сооружений на стадионе, полностью соответствующая требованиям IBU трасса, второе видеотабло, отличный гостиничный комплекс на территории центра, потрясающая культурная программа. Да простят меня словенцы, но сложилось впечатление, что целесообразнее было их Поклюке поручить молодежное первенство, а в Ханты-Мансийске провести главный чемпионат. Такую точку зрения разделили многие тренеры и спортивные агенты. Даже сдержанный Бассеберг, махнув рукой на дипломатию, назвал стадион "совершенным".

Что дальше?

Зачем вообще строятся лыжные комплексы, подобные ханты-мансийскому? Американцы, любящие устраивать порой на голом месте всевозможные спортивные мероприятия с приставкой "супер", в последнее время ввели за правило с молотка распродавать все уже на следующий день после окончания Олимпиад и чемпионатов мира. Рачительные европейцы поступают по-иному. Тот же Бассеберг, приводя в пример работу лыжного стадиона в Холменколлене, отмечал, что состязаний мирового уровня там проходит одно-два в год, а остальное время на нем готовятся и соревнуются дети, подростки, обычные любители спорта. Здесь Ханты-Мансийск от Европы не отстает. Директор центра Николай Бондарев показывал график загрузки стадиона на текущий год, и надо сказать, что если завтра к нему придет какая-нибудь группа и попросит найти ей время для занятий, то сделать это Николаю Петровичу будет непросто. А желающих хватает. Виды на ханты-мансийский комплекс имеют уже и делегаты Международной федерации лыжного спорта, и сборные России по лыжам, и представители лыжного ориентирования.

Не собираются останавливаться и сами хантымансийцы. В их планах строительство горнолыжного спуска. Его едва ли хватит для проведения этапов Кубка мира, например, по скоростному спуску, но для фристайла, сноуборда и для катания многочисленных любителей он вполне подойдет. В перспективе стоит строительство трамплинов, что позволит стадиону принять соревнования летающих лыжников и двоеборцев.

Впрочем, значение крупных соревнований никто умалять не хочет. Эти мероприятия крайне важны и для популяризации собственного имени, и для пропаганды спорта в регионе, и для всей России, где крупные международные старты стали редкостью. Именно поэтому руководство округа пошло на подписание с IBU контракта о ежегодном проведении последнего международного старта в сезоне биатлонистов в Ханты-Мансийске. Соревнования "Гран-при" предусматривают участие тридцати сильнейших спортсменов по итогам сезона. Нечто подобное сейчас ежегодно проводится в Рупольдинге, где лучшие стреляющие лыжники собираются на Рождество. Уверен, не меньший успех будут иметь и старты на югорской земле. Ну а что до участия в "Гран-при" сильнейших (автор упомянутой в начале московской газеты сомневался, что Оле-Эйнар Бьорндален или Рафаэль Пуаре поедут в Сибирь по окончании сезона), то заставлять биатлонистов непременно участвовать в гонке нельзя даже на чемпионатах мира. Сами же они — и Бьорндален, и Пуаре, и Рикко Гросс, и Свен Фишер — не раз говорили, что с удовольствием приезжают в Россию.