В российских легкоатлетических кругах поползли тревожные слухи о том, что рекордсменка страны на спринтерских дистанциях, олимпийская чемпионка Сиднея в беге на 400 метров с барьерами Ирина Привалова получила на тренировке серьезную травму и теперь ее участие в стартующем 3 августа в Эдмонтоне чемпионате мира под большим вопросом.

— Ира, насколько обоснованы эти слухи?

— Да, это произошло первого марта в легкоатлетическом манеже МГУ, в котором я тренируюсь уже много лет. При "атаке" одного из барьеров задела его, при падении ударилась головой, получив довольно сильное сотрясение мозга, и ушибла колено. Я даже не могу рассказать все в деталях, поскольку практически ничего не помню — все произошло как в тумане…

— Это падение — результат технической ошибки?

— Трудно сказать. Я думаю, сказалась некоторая усталость.

— Травмирована та же нога, на которой вам три года назад сделали сложнейшую операцию?

— Да, но я с некоторой радостью для себя констатировала, что прооперированные связки выдержали. На сей раз травма в другом месте. Я поначалу даже не обратила на нее особого внимания, поскольку, повторюсь, сотрясение мозга было довольно сильным и в институте Склифосовского, в котором оказалась после падения, провела некоторое время именно с этим диагнозом. И потом в период реабилитации все внимание, если можно так выразиться, было сконцентрировано на голове — строго соблюдала все рекомендации врачей, которые обычно даются людям, перенесшим сотрясение мозга. А когда вновь возобновила тренировки, тут и дала о себе знать травма колена…

— Насколько она серьезна?

— Мне трудно об этом говорить, поскольку диагнозы, которые за все это время ставили разные врачи, были один страшнее другого. Однажды мне даже сказали, что у меня разорваны четыре коленных связки. Но в таком случае резонен вопрос, как же я вообще хожу. В первые дни он стоял однозначно: без хирургического вмешательства мне не обойтись, поскольку повреждены боковая и передняя крестообразная связки. К такому выводу пришли врачи, изучившие рентгеновские снимки, полученные с помощью магнито-ядерного резонатора. Но потом в других медицинских учреждениях я услышала и другое мнение: можно залечить травму и без операции — надо просто "закачать" мышцы, и они возьмут на себя реабилитационные функции. Словом, ясно, что ничего не ясно, и мы с тренером решили проконсультироваться за границей.

— Отправитесь по старому маршруту, который проложили три года назад после тяжелой травмы, полученной на "зимнем" чемпионате мира в Париже? Я имею в виду Голландию, где проживает ваш менеджер.

— Менеджер сейчас озадачен и занимается этим вопросом. Но мы все-таки склоняемся к поездке в Финляндию, поскольку перед глазами немало примеров, когда именно в этой стране помогли спортсменам с подобными проблемами. Той же, скажем, Светлане Мастерковой там сделали операцию на обеих ногах.

— Ира, но ведь в России, и в частности в Москве, в госпитале имени Бурденко работает прекрасный врач — хирург Владимир Кузьмич Николенко, который в итоге поставил вас на ноги в печально памятном 1997 году и о котором вы с благодарностью вспоминаете практически в каждом интервью. Почему на сей раз не обратились к нему за помощью?

— Потому что Владимир Кузьмич — врач несколько иного профиля. Я нисколько не сомневаюсь в том, что в случае необходимости он сделает операцию на высочайшем профессиональном уровне. Но в данном случае речь идет не только о качестве, но и о времени. Операции, которые проводит Николенко, требуют вскрытия всего коленного сустава, и после них необходим длительный период восстановления. Мы же хотим сначала попробовать решить все проблемы в максимально короткий срок, ведь через четыре месяца стартует чемпионат мира. Если не получится, тогда уж обратимся к Владимиру Кузьмичу. Это наш последний шанс на случай крайней необходимости.

— Значит, мысль об участии в чемпионате мира пока не оставляете?

— Конечно, нет. Но окончательный ответ на вопрос, поеду ли я в Эдмонтон или нет, дам в мае или, возможно, в конце апреля.

-Тренироваться продолжаете?

— Ровно настолько, насколько позволяет травма. Бегать быстро, естественно, не могу, и такие элементы тренировки, как, например, упражнения по преодолению виражей, тоже проблематичны.

— Если бы не травма, сейчас, наверное, были бы вместе со сборной на тренировочном сборе в Кисловодске?

— Безусловно. У нас даже были уже билеты туда, но пришлось сдать…

— Ира, последний вопрос от имени ваших многочисленных поклонников. Какие-то события, достойные публикации, произошли в вашей жизни после Олимпийских игр в Сиднее?

— Мне кажется, то, что случилось первого марта в манеже МГУ, вполне может затмить все остальное. По крайней мере, мне этого вполне достаточно…