С 14 по 19 апреля в столичном бассейне cпорткомплекса "Олимпийский" пройдет открытый Кубок Москвы по плаванию — отборочный турнир для сборной команды России на июльский чемпионат мира в японском городе Фукуока. На средних и стайерских дистанциях кролем за путевки в Японию будут бороться семеро подопечных Алексея Акатьева, двукратного чемпиона мира 1998 года в марафонском плавании. Официально в качестве тренера знаменитый пловец впервые выступит на столь ответственных соревнованиях.

— Я вынужден был стать тренером в связи с трагическими обстоятельствами, после смерти моего наставника Сергея Кустова, — рассказывает Акатьев. — Осенью прошлого года Сергей Николаевич, перенесший инфаркт, лег в госпиталь имени Бурденко на аорто-коронарное шунтирование. Операция прошла успешно, однако по воле, как я считаю, высших сил Кустов умер. Когда он попал в больницу, то попросил меня, как самого опытного в группе, помочь ребятам подготовиться к ноябрьскому первому "отдельному" чемпионату мира по дальним проплывам в Гонолулу. Я, естественно, согласился, поскольку знал методику тренера изнутри, со всей ее изнанкой. И после печальных событий продолжал выполнять роль играющего тренера. Выступил в Гонолулу, где завоевал бронзовую медаль.

— Алексей, может, вы решили сосредоточиться на тренерстве, потому что проиграли тот чемпионат мира или не отобрались на Олимпийские игры в Сиднее на "полуторке", хотя пытались?

— Нет! Знаете, нельзя объять необъятное. Нереально находиться на вершине динамично развивающегося вида спорта, например, десять лет. Видимо, я исчерпал собственный лимит возможностей. При идеальном раскладе, наверное, еще мог выступать год-два, но в сложившейся ситуации нужно было выбирать: либо я остаюсь плавать, что, в принципе, без Кустова было бы проблематично, а другого человека в качестве своего наставника я не вижу, либо перехожу на тренерскую работу. Уверен, что сделал правильный выбор. Сейчас прихожу в бассейн и не могу себя заставить залезть в воду — так наелся плаванием.

— Ваши ученики относятся к вам с уважением? Не могут на вас прикрикнуть или нагрубить вам? Ведь среди них знаменитости, к примеру, чемпион Европы и мира Евгений Безрученко.

— Ученики — сильно сказано, не я же их воспитывал. Просто мне повезло: мы удачно стартовали в Гонолулу, выиграв две золотые медали и первое общекомандное место. Не думаю, что это моя заслуга. Я только "довел" ребят до этого результата, настроил их на победу, потому что знаю, как это делается. От настроя зависит если не все дело, то, наверное, процентов сорок. И мне поверили! Что касается наших отношений, конфликтных ситуаций, то такая проблема, не скрою, присутствует, от нее уже никуда не денешься. Стараюсь сглаживать острые углы. Главное, спортсмены знают, что у меня есть приличный опыт этой работы, и, повторю, доверяют мне, так как имеется неплохой результат.

В аптеках - устаревшие препараты

— Алексей, в последнее время австралийские и американские пловцы показывают выдающиеся результаты. Порой их огульно обвиняют в том, что они включают в "меню" запрещенные препараты.

— Так считают дилетанты. Тут нельзя говорить о допинге, а только о правильной фармакологической поддержке. Не секрет, что спортсмены употребляют витамины. Вся тонкость заключается в том, как их "кушать". Можно кушать ложкой. А можно очень грамотно. Допустим, принимать препараты, разработанные по новым технологиям. Они, разумеется, принесут гораздо больший эффект, нежели банка витаминов, купленная в аптеке. В Российской федерации плавания, конечно, есть медицинское обеспечение. Но оно несравнимо с подобным обеспечением, например, американской сборной, где полстраны на это работает. Там существуют фармакологические программы, имеются средства для их реализации, а у нас всего этого нет, стало быть, мы на шажок отстаем. Это не говорит о том, что наши зарубежные коллеги повально поглощают допинг. Но они могут позволить себе приобрести безумно дорогие ультрамодные препараты, способствующие, скажем, деятельности сердечной мыщцы. А мы, наверное, не можем. А доступные нам препараты, "издаваемые" с 1971 года, давным-давно не отвечают мировым стандартам.

— Покупаете витамины в аптеках по собственному списку?

— Нет. В московской ЭШВСМ, к которой приписана наша группа, есть врач, который занимается исключительно медицинским обеспечением спортсменов. Школа выделяет какие-то деньги. И мы закупаем витамины, исходя из этой суммы. Но совершенно понятно, что это не препараты, которые "отпускают" в американской команде. Поймите, это не упрек, просто финансовые возможности России и США несопоставимы.

— Вы убеждены, что случайно вам не пропишут допинг?

— Я в детали работы врача команды не вникаю, именно он должен отслеживать, какие препараты можно применять, а какие нельзя.

— Сами вы какие-нибудь препараты принимали?

— Принимал.

— Они помогали вам? Открывалось второе дыхание?

— Дело не во втором дыхании, а в том, что при изматывающих нагрузках человек не может работать только за счет внутренних резервов. Допустим, чтобы восполнить норму витамина С, надо съесть ведро апельсинов. Этого не смог бы сделать даже Гаргантюа! Плюс еще один немаловажный момент: по финансовым причинам не все могут ежедневно покупать апельсины, ананасы и так далее.

В водоемах встречаются акулы

— Ваши спортсмены — универсалы. Выступают и в бассейнах, и в открытых водоемах. Не проще ли остановиться на одной специализации?

— Если и дальше дальние проплывы не будут входить в программу Олимпийских игр, то нам придется, как и прежде, работать на выступления в бассейне, а в свободное время участвовать в марафонах. Иначе мы просто не выживем, финансирование ведь строится таким образом, что все средства выделяются под олимпийскую команду. И это абсолютно правильно!

— Существует вероятность, что марафоны пополнят олимпийскую семью?

— Очень надеюсь, что 10 км включат в программу Игр. Этот вопрос будет обсуждаться летом на конгрессе МОК.

— Раньше марафонцы соревновались на 5 и 25 км. Десятикилометровая дистанция — новинка, получившая прописку в Гонолулу. Почему ее вдруг ввели в турниры?

— Это самая мобильная дистанция. Если честно, 5 км не настоящий марафон, потому что отрезок слишком короткий, а 25 км слишком утомительны для зрителей. Десятикилометровый марафон сравним с той же дисциплиной в легкой атлетике. Он продолжается примерно два часа и необычайно зрелищный.

— Марафоны часто проводятся в океанах, кишащих акулами. Помните, на чемпионате мира 1998 года в Перте во время вашего заплыва "зубастиков" отпугивали вертолетами? В ваш вид, наконец, будут введены правила, оговаривающие тип водоемов?

— Пока что никаких ограничений нет. Соревнования можно устраивать в любых водоемах. На мой взгляд, если марафон войдет в олимпийскую программу, то лучше всего его провести на гребном канале, поскольку там будет разметка, электронная техника, то есть вся инфраструктура, никаких дополнительных вложений от организаторов не потребуется.

— Какими качествами должен обладать марафонец?

— Трудолюбием, терпеливостью, целеустремленностью, хорошей реакцией, потому что в открытом водоеме порой нужно уметь моментально ориентироваться, не забывать, что ты борешься не только с соперниками, но и со стихией. Даже озеро с гладкой водой порой опасно. Озера разные бывают, в том числе и "страшные". Помню, как-то на одном турнире в метре от меня вынырнула змея. Ну и, конечно, марафонец должен быть выносливым. Такое качество должно быть заложено в человеке изначально. Не всем оно присуще. Как научно доказано, это связано со структурой мышечных волокон организма: кто-то не сможет проплыть более 200 м, а кто-то, напротив, не преодолеет в быстром темпе короткую дистанцию.

— Алексей, вы закончили Московский институт радиоэлектроники и автоматики, получили диплом компьютерщика. Еще не так давно собирались работать по специальности. Что, теперь раздумали?

— Таких, как я, рядовых выпускников технических вузов полным-полно. А в плавании я добился каких-то результатов, здесь середнячком себя не считаю, поэтому мое место не за компьютером, а у бортика.

— Компьютер вам в вашей работе помогает?

— Сравниваю свою работу с работой художника. Вот живописец пишет картину, а тренер точно так же, основываясь на технологических тонкостях, пишет тренировку. Автоматизировать этот процесс невозможно. Иначе получится суррогат. Но если мы хотим выйти на высококачественный уровень, естественно, это должна быть ручная работа. Другое дело, что компьютер необходим мне в сборе информации.