Когда классик писал знаменитые строчки "Для людей большого роста это запросто и просто", он, наверное, имел в виду волейболистов. У игрока одинцовской "Искры-РВСН" Григория Афиногенова, например, рост заметный - 208 см.

— Отправным пунктом в моем путешествии по волейбольному миру была бауманская спортшкола, что на станции метро "Красные ворота", — рассказывает Григорий. — Однажды после тренировки в раздевалке тренер сказал нам: "Ребята, здесь вас двадцать человек. Я не буду вас обманывать, в большой спорт выбьется один-два". Он нам сразу открыл правду: если ты не будешь фанатом волейбола, не захочешь всю жизнь, всю душу отдавать этому делу, никогда ничего не добьешься, даже имея замечательные физические данные. Я ему поверил.

— И когда вы поняли, что сумеете чего-то достичь в спорте?

— Наверное, когда я первый раз попал в сборную. Это была еще юношеская команда под руководством Александра Борисовича Савина, по-моему, в 1997 году. Мы ездили на чемпионат Европы в Словакию. Подготовка у нас была "никакая". Помню, перед отъездом играли контрольный матч с МГФСО и команда высшей лиги прибила нас без вариантов! Разорвали на части. Неудивительно, что в Словакии мы выступили очень плохо.

— В данный момент вы играете за одинцовский клуб. Говорят, в свое время ваше пришествие в "Искру-РВСН" сопровождалось скандалом?

— Даже рассказывать об этом не хочется, ведь на самом деле история-то скандальная. В "Искре" я третий год, а до этого играл за МГТУ, куда пришел из МГФСО. Давным-давно МГФСО было фарм-клубом МГТУ, и все игроки, выступающие в Москве, прошли через школу МГФСО. В 1998 году я попал в состав молодежной сборной России, и мы только что вернулись с золотыми медалями с чемпионата Европы (правда, я практически весь чемпионат на "банке" просидел, в запасе). Понимаете, мне просто захотелось в "Искру". Я до сих пор не могу понять, почему и что конкретно меня не устраивало в МГТУ. Мне просто там не нравилось. И все. Такое бывает, когда к чему-то душа не лежит. Я знал одно: это не моя команда! Решил уйти в "Искру", несмотря на действующий контракт с московским клубом. В тот момент я как раз призвался в армию, а против армии, как известно, не пойдешь. Договор с МГТУ утратил свою силу, для меня же началась служба в РВСН. В данное время имею действующий сверхсрочный контракт еще на три года.

— Не разочаровались в своем выборе?

— Нет! Состав у нас молодой, приблизительно все ровесники. Мы втроем, Паша Абрамов, я и Сережа Третьяков, вместе в "молодежке" играли, давно друг друга знаем, сыгранность есть. Петя Кобрин с Мишей Бекетовым старше нас года на три, разница несерьезная, поэтому всем нам легко найти взаимопонимание. На площадке у нас два лидера — Паша Абрамов и Миша Бекетов. На них ложится самая большая нагрузка: на Пашу — в приеме мяча, а Мише приходится больше всего атаковать, это его основная обязанность. А вне площадки у нас нет ярко выраженного лидера. Все ребята молодые, веселые, особенно Миша Бекетов — юморной парень. Вы знаете, за последние два сезона "Искра" потеряла человек пять или шесть, в общем, большую часть состава. И люди, более или менее следящие за волейболом, перед нынешним чемпионатом больших надежд на "Искру" не возлагали: мол, ребятам место во второй шестерке Суперлиги. Мы же ставили перед собой конкретную задачу: сохранить свои позиции. Два года подряд, в 1999-м и 2000-м, занимали почетное третье место в российском первенстве и уходить с этого рубежа не думали. Мы могли бы выступить и лучше, но нас подвели необъяснимые январские провалы. Не могу понять, в чем дело, но все три года, что я в "Искре", в январе у нас обязательно черная полоса.

— Наверное, Новый год весело отмечаете?

— Новый год — это святое! Конечно, встречаем, как полагается. Но лично я второго числа был сух и подвижен, и все вроде в порядке, в невменяемом состоянии никто замечен не был.

— За черной полосой, как известно, следует белая.

— Потихонечку, игра за игрой, мы выбрались из ямы. Недаром я говорил про сплоченность в команде. Но самое главное, что мы все-таки добились своего: "бронза" наша!

— Не так давно вы были названы в числе кандидатов в сборную России. Это неожиданность или закономерность?

— О-о, закономерность — слишком громко сказано. Честно признаться, я этого не ожидал.

— Как оцениваете свои шансы на попадание в основной состав?

— Очень призрачно. Потому что в ближайшее время вряд ли переиграю двух человек — Лешу Казакова и Лешу Кулешова.

— Однако вы уже имеете опыт выступлений за сборную, вспомнить хотя бы молодежный ЧМ, где вы стали чемпионом.

— Да, 1999 год, Таиланд. Замечательная страна! Люди там очень дружелюбные. Я такого никогда не видел: по улице идешь — машины останавливаются, сигналят, народ улыбается.

— Вы, по всей видимости, эмоциональный человек. Эта черта характера не мешает в игре сосредоточиться?

— Раньше мешала. Я постоянно отвлекался. Просто сконцентрироваться не мог. Нужно же постоянно следить за всем, быть в игре. А я, бывало, мячик отбил, и: "А-ах! Классно я отбил! Все видели, а?!" А мяч-то тем временем уже обратно летит. От этой досадной привычки я пытаюсь избавиться и борюсь с ней по сей день. Что поделать, если у меня постоянно куча всяких эмоций. Не могу я равнодушно реагировать на окружающий меня мир. Меня интересует все!

— Вы никогда не пробовали себя в других областях?

— (Задумчиво). Крестиком вышивать… (смеется). Знаете, когда с 6-7 лет занимаешься волейболом, времени ни на что другое не остается.

— Что вас интересует помимо волейбола?

— Нравится живопись, особенно Брюллов. Я бы хотел научиться хорошо рисовать.