Двадцатипятилетний бразилец Густаво Куэртен, выигравший на прошедшей неделе представительный турнир "Мастерс-серии" в Монте-Карло, в рейтинге по итогам 52 недель сместил Марата Сафина и занял первую строчку в мировой табели о рангах. Однако амбиции Густаво простираются не настолько далеко, чтобы мечтать о короне Андре Агасси, уверенно возглавляющего чемпионскую гонку ATП-тура.

— Победа в Монте-Карло, наверное, хорошая возможность для того, чтобы забыть о неудаче, постигшей сборную Бразилии в Кубке Дэвиса?

— Жизнь продолжается, и долго горевать о неудачах невозможно. Хотя, с другой стороны, нам было очень обидно проиграть австралийцам, тем более что по ходу матча мы вели 2:0. Утешает только то, что уступили мы действительно сильному сопернику. Эти ребята умеют играть на любом корте, в любой части света. В следующем сезоне все начнется сначала и мы вновь попытаемся использовать свой шанс.

— В решающей встрече того памятного всем матча с австралийцами вы проиграли Ллейтону Хьюитту, о котором в прессе пишут много негативного. Что вы думаете о нем как о человеке и теннисисте?

— Без всякого сомнения, это очень хороший игрок. Он уже два года занимает первые строчки рейтинга, несмотря на то, что достаточно молод. Уверен, этот талантливый парень будет держаться на вершине теннисного Олимпа еще много лет. А что касается его человеческих качеств, то мы с ним не настолько знакомы, чтобы я мог делать поспешные выводы. Я привык судить о человеке не по газетным статьям, а по личному общению. Конечно, на корте Ллейтон очень эмоционален. Он демонстрирует подлинную страсть и азарт, а это свойственно молодым, к коим я и себя причисляю.

— Почему вы отказались играть на этой неделе в Барселоне?

— Некоторые матчи в Монте-Карло дались мне с большим трудом. А травма, которую я получил еще в Индиан-Уэлсе, постоянно давала о себе знать, поэтому я решил немного отдохнуть и поберечь себя для других важных турниров года. Надеюсь восстановиться как можно скорее. Либо к Риму, либо к Гамбургу, либо к Ролан Гарросу.

— А что произошло в матче с Томми Хаасом в Монако в третьем раунде, когда по ходу встречи вам пришлось поменять свои контактные линзы?

— Я их не менял, а просто снял. Дело в том, что в середине первого сета я практически перестал видеть. Мне пришлось даже промыть линзы, но когда и это не помогло, попросту снял их. Естественно, мне тут же пришлось приспосабливаться к новым условиям, но, к счастью, я справился.

— Как давно вы носите контактные линзы?

— Практически восемь месяцев. И это было впервые, когда они меня подвели. При дневном свете в безветренную погоду я прекрасно обхожусь без линз, но в закрытом помещении или поздним вечером ничего не вижу.

— Густаво, сейчас вы первый в дополнительном рейтинге, а в чемпионской гонке занимаете уже второе место. Вы намерены и здесь к концу года догнать американца Андре Агасси, чтобы стать полноправным теннисным королем?

— Это практически невозможно. Во-первых, потому, что уже сейчас Андре набрал практически столько же очков, сколько я и Себастьян Гросжан вместе взятые, а во-вторых, Агасси — великий теннисист. Сравниться с ним сегодня может, пожалуй, лишь Пит Сампрас. Вообще я почти не думаю о своем рейтинге — первый номер или второй, какая разница. На корте все мои мысли об игре, о том, как послать мяч, чтобы он попал в нужную точку.

— В ближайшее время должно быть объявлено, по какой системе будет проходить в этом году отбор на Уимблдонский турнир. Судя по всему, организаторы готовы пойти на некоторые уступки тем теннисистам, которые плохо играют на траве, ведь в прошлом году несколько сильных спортсменов бойкотировали это соревнование. Если ситуация повторится, вы готовы присоединиться к забастовщикам?

— Если организаторы не пересмотрят это правило, я готов встретиться с ребятами, переговорить с ними и даже участвовать в бойкоте. Ведь то, что происходит на Уимблдоне в течение ряда лет, когда специалисты по травяным кортам получают преимущество, направлено против самого тенниса и против честной игры.

— В связи с травмой у вас появилась возможность немножко отдохнуть. Чем вы займетесь в свободное время?

— Я очень люблю футбол, с удовольствием слушаю хорошую музыку.

— А сами любите петь или играть на гитаре?

— Да, я иногда пою, особенно под душем, правда, окружающие говорят, что у меня это получается не слишком хорошо.

— У вас в детстве был кумир, портрет которого вы вешали на стену?

— Портрет я не вешал, но к своим кумирам до сих пор отношу Боба Марли, Махатму Ганди и Айртона Сенну.

— Вы бы не хотели стать для бразильцев новым Сенной?

— Думаю, великий "Волшебник" незаменим.