Вполне, вероятно, что в матче с "Зенитом" после некоторого перерыва на поле вновь появится защитник ЦСКА Максим Боков. Сам игрок признался, что очень истосковался по футболу, и горит желанием выйти на поле.

— Полностью готов к игре, состояние вполне удовлетворительное, — говорит Боков. — Это подтверждают и результаты компьютерных тестирований, которые я прошел в Финляндии.

— Сил и здоровья на целый матч хватит?

— Настраиваюсь на полноценные 90 минут. Если выпустят на поле, думаю, оправдаю доверие тренеров.

— Сильно переживали, когда уже после 2-го тура выбыли из строя?

— Не то слово! Тем более, не думал, что буду находиться вне игры 3 месяца! Когда после обследования в Германии мне сказали, сколько я пропущу, аж побелел. Грустные мысли тогда были. Но духом не падал. Меня поддерживали родные, да и в команде постоянно сопереживали: "Давай, лечись, поправляйся, ждем". Очень хотелось восстановиться как можно быстрей. Но, как говорится, природу не обманешь (улыбается). А я еще погорячился. После операции должен был ходить на костылях, как минимум, пять дней. А я отходил три дня и выбросил их. Помню, все немецкие доктора изумлялись - вот это парень дает!

— Недаром в ЦСКА вас называют железным человеком…

— Да ладно, какой железный! (Смеется.) Обычный я. Просто немного жесткий в игре.

— Не обижаются за это коллеги по ремеслу?

— Защитник обязан быть жестким — работа такая. Все это понимают, а потому не обижаются. Помню, как-то Джанашия из "Локомотива" от меня сильно досталось. Ничего, после матча поговорили и расстались вполне нормально. То же самое было в прошлом году, когда в финале Кубка России меня удалили после единоборства с Булыкиным. Повздорили, вспылили, а после игры - нормальные человеческие отношения.

— В последних матчах в центре обороны ЦСКА играли Лайзанс и Евсиков. Нет опасений, что теперь трудно будет завоевать место в "основе"?

— Конкуренции я никогда не боялся. Если игрок выпадает на длительный срок, и у тренера есть достойная замена, для команды это большой плюс.

— А для игрока?

— Тоже. Лично у меня появилась возможность не форсировать восстановление, а вылечиться до конца. Хотя, что скрывать: вне футбола находиться очень тяжело. Видеть, как команда теряет очки, а ты не можешь ей помочь - ужасно. Когда находишься на трибуне, переживаешь гораздо сильней, чем когда играешь сам. Только теперь я осознал, что чувствуют во время матчей тренеры, понял, почему порой у них случаются сердечные приступы!

— Символично, что ваше возвращение на поле приходится на встречу с "Зенитом", в котором вы провели 7 лет.

— И не говорите! Матчи с "Зенитом" всегда будут носить для меня особый подтекст. Сейчас командой руководит Юрий Морозов, с которым мне в свое время довелось поработать. Он тоже поучаствовал в моем становлении как игрока.

— Вы сыграли довольно много матчей против "Зенита". Какой из них можно назвать особенным?

— Тот, который состоялся в прошлом году на стадионе "Песчаное". Мы уступали по ходу встречи, но в итоге сумели сломить сопротивление соперника и победили по всем статьям - 4:1.

— А встреча, которая состоялась там же, но годом раньше, разве не особенная?

— Это когда я у арбитра свисток из рук выбил (смеется)? Помню, помню. Начудил тогда судья. Гол в наши ворота засчитал абсолютно неправильный. Вот я и вспылил. А на последней минуте при счете 2:2 у меня была возможность принести ЦСКА победу. Бил с пяти метров головой, но угодил в штангу. Ох, и переживал же тогда!

— По поводу инцидента с судьей - тоже?

— Как раз нет. Обычно, если я после матча смотрю видеозапись и вижу, что был не прав - чувствую себя виноватым. Если же ощущаю свою правоту - ни о чем не жалею.

— Что чувствуете перед предстоящей игрой? В свое время вы говорили, что очень волновались перед матчами с "Зенитом".

— Особенно сильные эмоции были, когда в первый раз в майке ЦСКА выходил на родной стадион "Петровский". Что говорить, Питер - особая глава в моей жизни. Даже сейчас, когда езжу туда навестить родственников, испытываю трепет.

— Есть желание выйти на поле именно в матче с "Зенитом"?

— Спрашиваете!