Одним из любимцев болельщиков "Шахтера" стал 19-летний нигерийский форвард Джулиус Агахова, который по приезде в Донецк забил четыре мяча в своих первых четырех матчах. Несмотря на то, что прицел у Агаховы несколько сбился, африканец по-прежнему продолжает пользоваться большой популярностью у местной "торсиды".

НЕ ЖАЛЕЮ О СВОЕМ ВЫБОРЕ

— Джулиус, как вы оказались в донецком "Шахтере"?

— О том, что есть такой клуб и такой город, я узнал от своего менеджера. Отправляясь сюда, я отдавал себе отчет в том, что здесь меня ждут совсем другие условия, но какого-то страха перед неизведанным не испытывал. Во-первых, я — нигериец, во-вторых, профессионал, и не в моих традициях бояться трудностей.

— И климат не представлялся серьезным препятствием?

— Первым делом, когда я узнал, что мной интересуется "Шахтер", спросил про погодные условия и про язык, на котором здесь общаются. Но даже узнав, что мне мало подходит и то, и другое, я не стал менять свое решение. По прибытии сюда, конечно же, удивился тому, что здесь весьма холодно, но все равно не так страшно, как я предполагал. В Донецке я впервые в своей жизни увидел снег не по телевизору, а наяву. Сейчас уже привык, и климат меня не шокирует.

— А вот такой пейзаж не шокирует (не далее чем в трех метрах от нас на лавочке мирно посапывал бомж)?

— Это меня только смешит. Каждый день я смеюсь, потому что встречаю такие сцены на каждом шагу — на обочине дорог, на скамеечках, даже когда поднимаюсь к себе в квартиру, бывает, что на лестнице кто-нибудь спит. Это смешно и в то же время грустно.

— Был ли у вас выбор между "Шахтером" и командами из других стран?

— Да, когда я играл в Тунисе, ко мне проявляли интерес клубы из Англии, Франции, Испании, но их отпугнула моя высокая трансферная стоимость.

— Если не секрет, какая?

— Что-то порядка семи миллионов долларов.

— Контраст между африканским и украинским футболом ощущается?

— Какой-то огромной разницы я не увидел, хотя определенные отличия, конечно же, есть. Я — скоростной футболист, привык играть в скоростной футбол, и в "Шахтере" мне было легко адаптироваться, потому что здесь также практиковался футбол на высоких скоростях. "Шахтер" оказался молодой, амбициозной командой, которая имела свой стиль и собиралась бороться за самые высокие цели. Я видел в ребятах желание рвать и метать и понял, что смогу с ними сыграться. Кроме того, здесь я встретился со своим соотечественником Айзеком Окоронкво, которого знал еще по сборной Нигерии. Так что я нисколько не жалею о своем выборе.

— Что вас здесь приятно и не очень удивило?

— Мне очень понравилась атмосфера на стадионе в Донецке, где болельщики нас поддерживают, даже когда у команды мало что получается. Играть намного легче, когда ты знаешь, что в тебя верят и тебе доверяют. Что касается негативных моментов, то больше всего раздражает предвзятое судейство. Я столкнулся с тем, что во многих матчах с участием киевского "Динамо" судьи помогали этому клубу, который по игре не заслуживает того, чтобы называться чемпионом страны. Тем не менее рефери упорно подкладывали гирьки на весы "Динамо", делая все для того, чтобы эта команда заняла первое место.

— Джулиус, вы хорошо отзывались о болельщиках, но известно ли вам, что в случае неудач они обвиняют во всех грехах легионеров, а темнокожим футболистам зачастую приходится сталкиваться еще и с проявлениями расизма? Готовы ли вы к этому?

— Это может произойти в любой команде, но, к счастью, в "Шахтере" до этого дело не доходило. Если же вдруг такое случится, я сразу же соберу чемоданы.

(Действительно, к Агахове доброжелательно относятся не только болельщики "Шахтера", но поклонники команд, являющихся непримиримыми соперниками горняков. Так, во Львове, где Агахова забил "Карпатам", на трибунах не оскорбляли нигерийца, а только удрученно качали головами, приговаривая: "Чорний день прийшов у Львiв — вже негри нам забивають на стадионе "Украина". А когда Агахова вместе с Ндиайе и Окоронкво уходили с поля, вслед им неслось не "ниггеры", а… "москали"! — Прим. авт.)

— Если врагов у вас в Донецке нет, то много ли поклонниц?

— Я — женатый человек и приехал сюда вместе с женой, которая сопровождает меня во всех поездках. Никаких подруг у меня нет, хотя поклонницы, наверное, есть. Общаюсь же я исключительно с друзьями по команде. В этом мне помогает Айзек Окоронкво, который хорошо говорит по-русски. Сам же я говорю по-английски и немного по-французски и самостоятельно могу побеседовать с румыном Алиуцэ и сенегальцем Ндиайе. Когда же нужно поговорить с тренерами, прибегаю к услугам переводчика.

ПАЛКАМИ НАС НЕ НАКАЗЫВАЮТ

— Как вам играется под руководством Прокопенко?

— Мне очень легко сотрудничать с этим тренером, и я ценю работу, которую он проводит со мной и с другими игроками. Когда я приехал сюда, он очень подтянул меня физически, улучшил мою технику. Главное, что он дал мне возможность развить свои лучшие качества, не совершая никакого насилия над личностью. Он не стал переделывать меня и ломать мои принципы, а просто предоставил мне возможность раскрыться, за что я очень ему благодарен.

— В отличие от "Шахтера" сборная Нигерии выступает сейчас крайне неудачно и может не попасть в финальную часть чемпионата мира. Есть ли объяснение этим неудачам?

— В нигерийской сборной всегда играли футболисты очень высокого класса, выступающие в сильнейших европейских чемпионатах, но сейчас, на мой взгляд, идет создание новой команды, и без издержек здесь не обойтись. Когда ты приезжаешь на сборы, даже не всегда знаешь, с кем будешь играть и какого стиля надо придерживаться.

— В африканских странах распространена практика наказания футболистов за провалы на важных соревнованиях, вплоть до физического воздействия. С учетом того, что в Нигерии во главе государства обычно стоят военные, не чувствуете ли вы давления со стороны властей?

— К счастью, эти времена я уже не застал. Считаю, что такого не должно быть, и максимум, чего заслуживает "провинившийся" игрок, — выведения из состава сборной.

— Не кажется ли вам, что сборная Нигерии сейчас больше похожа на неоперившихся орлят, чем на "Суперорлов"?

— Да, но, несмотря на переходный период в нашей сборной, Нигерия сохраняет шансы на поездку в Японию и Корею. Если мы победим Судан и Гану, то сможем преодолеть отборочный барьер.

АКРОБАТИКОЙ ЗАНИМАЮСЬ ТОЛЬКО ПО ПРАЗДНИКАМ

— Вашей визитной карточкой стали знаменитые акробатические кульбиты, которыми вы отмечаете голы в ворота соперников. Когда и почему вы решили таким образом выражать свою радость?

— Когда я еще в детстве играл в уличный футбол, каждый из нас хотел чем-то отличиться, запомниться. Тогда я и начал тренировать эти кульбиты. Выступая на профессиональном уровне, я не стал отказываться от этого трюка, и людям понравилось.

— И каков ваш личный рекорд по числу этих кульбитов?

— Я специально не подсчитывал, но если нахожусь в хорошей форме, могу проделать это и пятнадцать, и двадцать раз подряд. Правда, в матче против тернопольской "Нивы" я забил три гола, но не прыгнул ни разу, хотя зрители меня об этом очень просили. Слишком уж сильно я был расстроен нашей неудачей в предыдущей игре против ЦСКА.

— То, что "Шахтер" не стал чемпионом Украины, самое большое разочарование в вашей футбольной карьере?

— Когда я выступал за тунисский "Эсперанс", впервые узнал, что это такое — быть чемпионом страны. Я очень хотел повторить этот успех в Украине, но, к сожалению, мне и всем остальным футболистам "Шахтера" не дали этого сделать.

— Осталась ли у футболиста Джулиуса Агаховы еще какая-нибудь мечта?

— Я хочу стать чемпионом Украины вместе с "Шахтером", а уже потом попробовать свои силы в каком-либо именитом европейском клубе. Хочу, чтобы про меня могли сказать, что моя звезда засияла в Европе, в Испании, Италии, Англии или Франции. Во всяком случае, я готов сделать все ради этого.