Много сенсаций и неожиданностей можно было наблюдать на только что завершившемся Уимблдонском турнире. Поражение Пита Сампраса, поистине чудесная победа Горана Иванишевича, великолепная игра Жюстин Хенин долго еще будут предметом для обсуждения среди настоящих поклонников тенниса.

Завершившийся Уимблдон открыл новые имена, среди которых, безусловно, присутствует 19-летняя бельгийка Жюстин Хенин. Собственно, Жюстин заставила обратить на себя внимание еще на "Ролан Гаррос", где в полуфинале уступила своей соотечественнице Ким Клийстерс. Так быстро перестроиться с грунта на траву, когда капризные профи сетуют на невыполнимость этой задачи, - одно это уже подвиг. Хенин же с этим справилась внешне легко и как-то даже незаметно. Действуя в "несовременной" манере, то есть используя комбинационный теннис в ответ на прямолинейную силу, Жюстин элегантно проходила таких "хардхиттеров", как Кончита Мартинес или Дженнифер Каприати.

СЕСТРИЧКИ ИЗ ТЕННИСНОГО ГЕТТО

Похоже, что скромно держащаяся на корте бельгийка решила напомнить, что помимо мощи не мешало бы к игре еще и голову подключать. Разговаривая с Александром Каливодом, генеральным секретарем Всероссийской теннисной ассоциации, еще в прошлом году, когда на Открытом чемпионате США Анна Курникова уступила именно Хенин, я узнала о непростой судьбе этой теннисистки. В 12 лет она потеряла мать, которая тяжело болела и умерла на руках Жюстин. Хорошо, что бельгийская федерация не покинула талантливую теннисистку и финансировала ее становление до 18 лет. Правда, к тому времени диктаторские замашки стал проявлять отец. Он, по словам теннисистки, интересовался только ее деньгами. С алчным папашей пришлось тогда порвать. Хенин теперь помолвлена и только сейчас, обретя личное счастье, начала показывать результаты. Помнится, мои коллеги еще на "Ролан Гаррос" удивлялись не по годам взрослым суждениям Хенин. Когда ее ровесницы бредят модельным бизнесом и бегают исключительно по дискотекам, воображая себя то Бритни Спирс, то Кристиной Агилерой, Жюстин тренируется, понимая, что именно сегодня куется ее будущее.

А вот у Венус Уильямс, соперницы Хенин по финалу, путь к славе был куда менее тернист. Конечно, чтобы добавить драматизма, папа сестер Уильямс Ричард написал целую "сказку" про Золушек из лос-анджелесского гетто, тренировавшихся чуть ли не под пулями бандитских разборок. Папа Ричард вообще мастер на байки. Однако все было куда менее драматично. Как рассказала мне финалистка Уимблдона 1974 года Ольга Морозова, у папы была хорошая должность менеджера на фабрике, так что его дочери (помимо Венус и Серены их еще трое) совсем не голодали. "Когда я смотрю, как они царственно держатся на пресс-конференциях и с большим достоинством отвечают на вопросы, понимаю, что такое мастерство сразу не приходит. Нельзя быть "девочкой с помойки" и сразу адаптироваться в высшем теннисном свете. Культура идет от семьи, от правильных ориентиров, интересов близких", - считает Морозова.

Вот только другие теннисистки в Туре, и наша Лена Дементьева в частности, жалуются, что сестры Уильямс держатся удивительно надменно. Возможно, им всюду чудится расизм, о котором папа Ричард тоже не прочь протрубить. С его легкой руки в USTA (ассоциации тенниса США) даже началось расследование на предмет расового "подавления" темнокожих теннисисток. Тут уж даже Мартина Навратилова возмутилась, сказав через прессу папе пару ласковых слов: дескать, давайте не будем "зарываться". Только после этого беспокойный папаша поостыл.

ХЕНМАН НЕ ВЫДЕРЖАЛ НАПРЯЖЕНИЯ

Когда из-за дождя доигрывание полуфинального поединка Тим Хенман - Горан Иванишевич было перенесено сначала на субботу, а затем и воскресенье, в пресс-центре заговорили о том, что победителем Уимблдона-2001 станет Патрик Рафтер. Ну действительно, кто помешает такому "свежему" теннисисту, имеющему целый день отдыха? Зато Хенмана "пришпоривали" деньгами: в случае победы на турнире, первой со времен Фреда Перри в 1936 году, британцу посулили добавочных 1,5 млн. фунтов! Тигр-Тим, как прозвали сейчас Хенмана на Уимблдоне, должен был совершить невозможное. Но, к сожалению, для всех британцев хорватский "Мистер Эйс" оказался большим везунчиком.

Тиму сложно было со всем этим справиться еще и потому, что он - теннисист примерный, не швыряющий ракетки, как Марат Сафин, не ругающийся порой, как Ллейтон Хьюитт, не скандалящий с судьями, как это не раз случается у Агасси. Хенман просто умница. А если тебя сковывает такой имидж, на корте очень трудно сбросить напряжение.

Впрочем, в этом году даже Иванишевич выглядел умнее. В его глазах еще поблескивал огонь авантюриста, но лишь иногда. Папа Серджан, всегда сопровождающий Иванишевича на турниры "Большого шлема", появился в Лондоне и на этот раз, чтобы подбодрить сына. Когда-то папа, профессор университета, продал дом, чтобы профинансировать становление сына-теннисиста. Сегодня Серджан, конечно, не жалеет об этом. Рассказать о своих соображениях по поводу той или иной игры папа Иванишевича неизменно стремится в пресс-центре, где его плотным кольцом окружают хорватские журналисты.

Накануне финала Патрик Рафтер не уставал удивляться, как ему все-таки удалось совладать с Агасси. Андре даже как-то спасовал перед австралийцем. Правда, Ольга Морозова этому ничуть не удивилась. "Еще по первому матчу Рафтера мы с финалистом Уимблдона-73 Аликом Метревели поняли, что Патрик в прекрасной форме. У него с таким неподражаемым звуком отскакивал мяч, что это была лучшая музыка для нас. Рафтер после операции на плече долго не играл - восстанавливался. Хотел даже совсем бросить теннис и погрузиться в семейные дела. Но пока воздержался. Хотя и не скрывает, что этот сезон может быть последним в его карьере. Конечно, ему очень хотелось поставить последнюю точку эффектно. После побед на Открытом чемпионате США-97 и 98 Рафтер не показывал ничего значительного. Хотя прошлогодний финал на Уимблдоне был для него удачей. Но тогда австралийца задавил авторитетом Сампрас. Неужели Рафтер не наверстает упущенное в этом году?" - говорила Морозова накануне финала. Нет, и на этот раз Рафтер довольствовался лишь вторым местом. А настоящим триумфатором стал Горан Иванишевич, с четырнадцатой попытки наконец покоривший Уимблдон.