Перед своим отъездом в Москву самый дорогой футболист планеты француз Зинедин Зидан дал интервью журналу "France Football", в котором поделился откровениями о своем детстве, прошедшем в одном из беднейших районов Марселя. Сокращенный вариант этого интервью мы сегодня приводим на наших страницах.

"МАРСЕЛЬСКАЯ РУЛЕТКА"

— Вашим главным игровым достоинством является техника. Столь технично вы играли уже с рождения или приобрели это качество в юности?

— В большинстве случаев игрок прибавляет с годами, если он уже имеет какой-то дар от рождения. В моем случае этот дар пришел из района, где я провел свое детство. Нас было 10 ребят в возрасте от 8 до 12 лет, и мы только тем и занимались, что старались повторить самые необычные финты, какие только видели. Мы устраивали что-то вроде конкурса, повторяя все эти движения до тех пор, пока не оставался один, который не ошибался. Чего я только тогда не вытворял с мячом!

— В то время телевизор служил для вас источником вдохновения?

— У нас был черно-белый телевизор, и футбол по нему показывали крайне редко. Все мое время и внимание поглощала улица. Я приходил из школы, брал с собой сухарик, кусочек шоколада и уходил из дома играть в футбол.

— Если бы вы родились в богатом районе, смогли бы вы достичь всего того, что имеете сейчас?

— С одной стороны, у меня есть то, что я получил от рождения; с другой — то, чему научила меня улица. Признаться, я не знаю. Возможно, получив другое образование и воспитываясь в богатой семье, я выбрал бы себе другой род занятий, хотя я в этом не уверен.

— С улицы и пошли все ваши знаменитые финты?

— Все эти приемы пришли из детства, и они навсегда запечатлелись в моей памяти. Однако в реальных игровых условиях воспроизвести их практически невозможно. Один из них мы называли "марсельская рулетка". Например, я слегка приостанавливаю мяч правой ногой, позволяю ему катиться назад, а затем резко совершаю поворот вокруг своей оси. В игре у меня практически не получается выполнить этот прием без ошибки, хотя не прошло еще ни дня за последние 15 лет без того, чтобы я не повторил его. В реальном матче выполнить это смог бы разве что Диего Марадона, но меня зовут Зинедин Зидан.

— Кто же вас всему этому научил?

— Мой старший брат показал мне этот финт, а я потом стал разучивать его на улице, и мне потребовалось 7 или 8 лет для того, чтобы отработать его до автоматизма. С улицы я перенес этот прием в большой футбол, и если кто-то остается после тренировок для того, чтобы отрабатывать удары по воротам, я остаюсь ради совершенствования моей техники.

НЕ ХОЧУ СЧИТАТЬ РАЗБИТЫЕ СТЕКЛА

— Что еще вам запомнилось из уличного футбола?

— Я помню одну игру, которую мы называли "два финта, один гол". Мы играли на маленькой площадке на одни ворота двое против двух или три на три. Играли прямо под окнами моего дома, на траве рядом с деревьями, чтобы вратарь не травмировался при падениях. Я не хочу рассказывать, сколько стекол в окнах мы перебили, в особенности соседских, но если это случалось, вызволять мяч всегда отправлялся я.

— Вы были лучшим среди своих сверстников?

— Я не был лучше них в техническом плане, скорее, был сильнее физически. В юном возрасте это большой плюс. Если бы я их намного превосходил по всем параметрам, мне вряд ли бы позволили играть с ними.

— Было ли какое-то упражнение, которое помогало вам прогрессировать?

— Была одна игра, но она не имела ничего общего с футболом. В течение двух часов игрок, который владел мячом, точнее, теннисным мячиком, должен был попасть им в другого, после чего тот становился ведущим. Пределы площадки покидать было нельзя, а проигравшим считался тот, кто оставался с мячом по истечении двух часов. Неудачник, которого мы называли "шабаб", в итоге удостаивался наказания: получал пинки, тычки и удары от остальных, но до крови дело никогда не доходило. Эта игра помогла мне закалить свой характер.

— Мяч стал для вас наподобие части тела?

— Сегодня, касаясь мяча, я уже не чувствую былого удовольствия. Для меня это — работа, обязанность. Конечно, мне каждый раз хотелось бы, чтобы мяч был рядом со мной, и без него мне становится скучно на поле. Может быть, именно поэтому я так неистово действую в отборе. Футбол для меня сейчас уже не является развлечением. Мне жаль этого, но это — признак профессионализма. Это уже не тот мяч, который мы гоняли в детстве, и тренировки теперь совсем другие. Только когда я вижу, как мои дети забавляются с мячом, я получаю то же самое удовольствие, что и много лет назад.

ОБОРОНА - НЕ МОЕ ПРИЗВАНИЕ

— Когда вы получаете мяч, то уже знаете, что с ним будете делать?

— Я действую инстинктивно, но это не механические движения. Они генерируются мозгом, проходят через тело и исполняются ногами. Но все в конечном итоге зависит от конкретной игровой ситуации: сколько передо мной защитников, есть ли свободное пространство и время. И именно эти обстоятельства диктуют мои решения.

— Есть ли такой финт, который вы не смогли бы выполнить?

— У каждого игрока есть свои излюбленные финты. Я люблю, находясь в движении, дважды занести ногу над мячом, а затем совершить резкий рывок вперед, и когда это получается, я испытываю настоящее наслаждение. Но я не Фигу, который является ходячим набором финтов. Платини говорил, что он держит в уме всех игроков, находящихся на поле. Я — пятерых или шестерых, и мне этого достаточно. Самое главное — это умение предугадывать события, и в этом заключается один из самых главных секретов для тех, кто хотел бы стать "дирижером игры". Для того чтобы читать игру, требуется умение держать мяч и чувствовать наперед, что может произойти. А это умение либо есть, либо его нет. Это врожденное качество.

— А умение раздавать точные пасы — это тоже врожденное качество?

— Конечно. И это получается у меня лучше всего. Я всегда делаю передачу внутренней стороной стопы, и так поступают все техничные футболисты. И, безусловно, мне больше нравится делать передачи из глубины поля вперед, чем поперек. Мне нравится, когда впереди играют быстрые нападающие, которые готовы открыться сами, а не ждать, пока им доставят мяч. И очень важно хорошо узнать партнеров, с которыми ты будешь взаимодействовать на поле. Я предпочитаю, чтобы впереди играли два форварда, но в то же время могу адаптироваться к любой тактической схеме и любой манере игры.

— Это в Италии вы научились так превосходно играть в отборе?

— Я не считаю, что я силен в отборе, ведь в любой команде у каждого игрока есть своя роль. Если я раз или два за матч смогу вернуть потерянный мяч, то это уже бомба. В своей жизни на каких позициях я только не играл, но могу с уверенностью сказать, что защита — это не мое призвание.

— После всех тех титулов, которые вы завоевали в своей карьере, чего бы вы хотели добиться с "Реалом"?

— Моя главная цель — победить в Лиге чемпионов, которую "Реал" выигрывал уже много раз. Другая моя цель — стать чемпионом Испании. Я ни разу в жизни не ступал на поле стадиона "Сантьяго Бернабеу" и я хочу на нем играть, забивать голы самому и помогать это делать другим.