Помните, как у "Браво": "Вася — ну кто его не знает?" Так вот, Василь Василича Баранова знают все, кто хоть как-то интересуется отечественным футболом. Это у него уникальные природные данные, это его называют человеком со смертельным ударом и чемпионом мира по тренировкам. Наиболее же подходящий титул для Василия — "мистер Нестабильность". Тем не менее именно Баранов является лучшим ассистентом чемпионата.

РОБСОН ДЛЯ МЕНЯ БРАТ

— Для многих вы самый загадочный футболист российского первенства. От вас можно ждать чего угодно: и феерии, и провала. В чем причина таких перепадов, никто не знает. Сами же вы о себе ничего не рассказываете, поскольку интервью вообще не даете.

— Я не люблю быть в центре внимания. Уже и не помню, когда общался с прессой в последний раз. Года два с тех пор точно прошло. Но газеты иногда читаю. Там обо мне не очень лестно отзываются.

— Странно, вы производите впечатление "толстокожего", который на критику внимания не обращает.

— А как не обращать-то? Иной раз здорово отыграешь, а тебе достается по первое число. Кому это понравится?

— Тем не менее на вашем настроении это вряд ли сказывается. Спартаковцы отзываются о вас как о рубахе-парне и душе компании. Мне тоже кажется, что вы эдакий эпикуреец.

— Я и впрямь неунывающий человек. Еще с детства любил пошутить, посмеяться. Посудите сами: все, что происходит, остается позади. Допустим, случилось что-то плохое, чего грустить-то? Оно ведь уже в прошлом. А впереди жизнь! Зачем же ее омрачать излишними переживаниями и ходить в положении "голова вниз"? Смех же добавляет положительных эмоций.

— Сильная философия. Однако после неудачных матчей она вряд ли помогает?

— В такие моменты идет внутренняя борьба оптимизма с суровой действительностью. Конечно, тяжко, когда проиграли или когда подвел команду. Но это непосредственно после игры. А в будничные дни зачем сыпать соль на раны? Нет, я не такой!

— В этом плане вы похожи с вашим другом Робсоном, которого вы величаете братом. Кстати, почему?

— Это началось с моего прихода в "Спартак". Тогда только вышел в свет фильм "Брат", и я почему-то стал так называть Луиса. Потом поинтересовался у него через переводчика: "Тебя это не задевает?" Робсона не задевало. Ну, я все равно рассказал ему про фильм и посоветовал посмотреть. Бразильцу понравилось быть братом.

САМ НЕ ЗНАЮ, ЧЕГО ОТ СЕБЯ ЖДАТЬ

— Вы упомянули период своего появления в стане красно-белых. Вам ведь трех минут хватило, чтобы отметить свой дебют голом в ворота "Локомотива". Вы это не забыли?

— Недавно по телевизору показывали тот гол в ворота Нигматуллина. Действительно все здорово получилось. Это 1998 год был? Да, летит время.

— Тогда вы обнадежили болельщиков и специалистов: вас сразу же причислили к забивным хавбекам. А вы-то сами себя таковым считаете?

— Вот уж не знаю. Моментов у меня всегда много, а мячей в сетке после моих ударов мало. Это наводит на мысль о том, что потенциал приличный. Если бы забил 7 — 8, отдал 10 — 15, считал бы, что сезон провел на неплохом уровне.

— Вы сейчас являетесь лучшим ассистентом чемпионата. У вас 9 передач — вы почти приблизились к намеченному показателю.

— Приятно, что я первый. Осталось подтянуть результативность. Но с другой стороны, я крайний хав. Завершающие удары, по большому счету, не входят в мои обязанности. Да и потом, гол голу рознь. Можно забить, а команда проиграет. Радости, поверьте мне, никакой.

— Олег Романцев как-то заметил, что игроки с такими выдающимися данными, как у вас, — редкость в футболе.

— Олегу Ивановичу виднее. Мне же кажется, что я из такого же теста, что и все.

-Еще главный тренер "Спартака" как-то сказал: "Грановский и Роберто Карлоса перебегает". Не знаю, как украинец, но вы это точно сможете, если, конечно, поймаете кураж. Порой складывается впечатление, что вы вообще не устаете.

— Я бы не назвал себя вечным двигателем. Все дело в характере. В футболе ведь как: один уже загибается на поле, но все равно делает вид, что он в полном порядке — носится как угорелый. Иной отыграл 20 минут и "наелся", еле ноги передвигает. Я отношусь к первой категории. Устаю, но думаю о партнерах. Вот, например: твоему одноклубнику очень тяжело, а если он еще посмотрит на тебя и увидит, что ты тоже ходишь помираешь, то навряд ли это пойдет кому-то на пользу. В общем, надо держаться до конца. А после игры уже можно упасть, если нет сил сидеть.

— У вас выносливость, скорость, как стартовая, так и дистанционная, пас, удар — все на должном уровне. Когда вы это демонстрируете, кажется, что Василий Баранов — эталон крайнего хавбека. Однако нередко выдаете такие матчи, что только остается разводить руками. В чем причина нестабильности?

— Часто замечал: как пойдет с самого начала — с первого касания мяча, так и будет все 90 минут. Если где-то не так сыграл, не туда побежал, то тут же приходит волнение. В подсознании закрадывается мысль: может, лучше лишний раз не лезть на рожон, а отдать передачу? А вот до игры определить, как она для меня сложится, очень тяжело. Выходишь на поле и сам не знаешь, чего от себя ждать.

— Тем не менее в самых значимых для вас встречах вы неизменно "выстреливаете". Обратили внимание: как только доверие Олега Романцева по отношению к вам достигает критической отметки, вы выдаете такой матч, что все вопросы тут же отпадают.

— Иногда по одному только взгляду главного тренера понимаешь: это твой последний шанс. Стоит ли говорить, что приходит особый настрой. Хотя я вроде бы всегда настраиваюсь по максимуму, другое дело, что не каждый раз получается. Но тут опять-таки много причин: бывает, попадется такой оппонент, что больше думаешь о том, как бы из-под тебя не забили, нежели о том, как поучаствовать в голевой атаке самому.

— Кого можете назвать самым неудобным своим противником?

— Да если мы все в порядке, то ни о каком сопернике и речи быть не может. А так... Пожалуй, выделю левого защитника "Арсенала" (Эшли Коул. — Прим. А.З.), который в Лондоне прилично потрепал мне нервы. Тогда еще в перерыве Олег Иванович сказал: "Если вы не можете объяснить Робсону, чтобы бежал назад, тогда умирайте сами!" Судя по счету, умереть мы так и не смогли, а англичанин тот запомнился надолго. Что касается России, то здесь много хороших игроков, но выделять никого не стану. Немало зависит и от того, кто в каком состоянии подошел к поединку. Бывает, чувствуешь уверенность: поставьте мне одиннадцать человек на бровку, всех обыграю. А в следующем матче думаешь то же самое, а ничего не выходит. Теряешься, боишься мяча, растворяешься на поле, словно тебя нет.

ВМЕСТО УНИВЕРСИТЕТА ВЫБРАЛ АРМИЮ

— И все же вы считаете дриблинг своей сильной стороной?

— Я крайний полузащитник: отдал — открылся — подал — забили. Хотя если надо — могу и обыграть. Случается, дохожу до штрафной и упираюсь в защитника. Олег Иванович мне потом выговаривает: "Чего ты останавливаешься и ждешь забегания? Перед тобой один человек: обыгрывай и бей по воротам!" Часто я так и намереваюсь сделать, а потом думаю: "Вот не смогу обыграть, ошибусь, и усилия четырех-пяти партнеров, несущихся на помощь, окажутся напрасными. Им придется сломя голову лететь назад". В результате останавливаюсь и ищу возможность для паса.

— На тренировках вы забиваете до неприличия часто и на удивление красиво. В игре же нередко бьете в направлении табло.

— На тренировках нет груза ответственности, полный внутренний комфорт — вот и попадаю туда, куда хочу. В официальных матчах раскрепощенности почти не бывает: всегда помнишь, что неудачный удар может обернуться контратакой и голом в твои ворота.

— В общем, мы с вами пришли к выводу, что единственный ваш недостаток — отсутствие психологической устойчивости. Отсюда все беды.

— Да, что-то в этом роде.

— Говорят, это естественно для тех, кто не ставит себе целей. Вы ведь в футбол, по сути, случайно попали. Роналдо в 20 лет дважды признавался лучшим футболистом мира, а вы в этом возрасте долг Родине отдавали.

— У меня был выбор: или пять лет в университете, или два года в армии. Хоть мне и обещали помощь, все равно в университет еще нужно было поступить, потом учиться, сдавать экзамены. То есть на пять лет ты привязан: захочешь уйти, все равно попадешь в ряды Вооруженных Сил. Я подумал, что два года — не такой уж большой срок. На меня пришел запрос, чтобы меня взяли в спортроту. Но командир мне сразу сказал: "Попал в армию — служи". Мне досталась какая-то неспортивная часть. Так что в футбол я за все время играл лишь раз: полчаса босиком с местными ребятами.

— В каких войсках служили?

— В артиллерии.

— Так вот почему у вас удар как из пушки.

— Навряд ли. Там я ничему не научился, хотя грыз гранит военной науки долго. Просто танки, пушки, снаряды — это не мое. Случались, конечно, и веселые, и хорошие моменты, но недавно я понял: нужно было все же выбирать университет. Два года в спортивном плане ушли впустую, я оказался никому не нужен. А так бы в футбол играл, глядишь, чего-нибудь бы достиг раньше.

НАЧАЛ ИГРАТЬ В ФУТБОЛ В 20 ЛЕТ. СЛУЧАЙНО

— Так какими же были ваши первые шаги в большой спорт?

— Отслужил, пришел. Как-то увидел — ребята играли в мини-футбол, спросил: "Можно мне тоже?". Ответили: "Приноси форму". Собирались три раза в неделю, после работы, побегать в свое удовольствие. Зимой стали участвовать в турнирах. Однажды ко мне подошли представители одного завода: "У тебя неплохо получается. Давай за нас будешь выступать?" Я и согласился. Меня зачислили на завод. На тренировку приходишь — тебе засчитывают трудодень.

— Специальность у вас какая-то была?

— После школы закончил техникум, так что я — электромонтер по торговому оборудованию.

— Значит, в случае чего без футбола не пропадете?

— Да вы что? Это же давно было, я все забыл. Да и практику я проходил у знакомого тренера. В общем, навряд ли вы мне доверите на растерзание свой телевизор или холодильник.

— В электромонтеры вас тоже спонтанно занесло?

— Нужно же было куда-то идти после восьмого класса. А у меня аттестат был неплохой. Я вообще нормально учился, по крайней мере, на фоне своих друзей. Так вот, посчитали мне средний балл, выяснилось, что я прохожу в техникум. Я и подал документы. Я вообще никогда ничего не загадывал. Все шло своим чередом.

— Чем-то увлекались в той, доспартаковской, жизни?

— На рыбалку любил ездить. Вообще с удочкой не расставался. У нас еще озера великолепные. Красота. Примечательно, что мы с друзьями не любили костры, походные варианты, лишние разговоры, посиделки и трали-вали. Мы приезжали исключительно рыбу ловить. Всеми снастями, всеми способами, которыми можно и которыми нельзя, зимой, летом, с ночевкой.

— И какие достижения?

— Килограммов по пять, десять. Но это не самоцель, меня всегда увлекал сам процесс: подсечь, вытащить. А рыбу-то я даже и не забирал. Если только на таранку, а так в основном друзьям отдавал. Здорово было. А сейчас какая рыбалка? Времени нет. Семья, игры, тренировки, другие задачи. Чемпионами вот опять надо становиться, да и в Лиге хочется удачно выступить.


Василий Баранов

Полузащитник "Спартака" (Москва). Родился 5 октября 1972 года. Рост 183 см, вес 80 кг. Выступал за ЗЛИН (Гомель, Белоруссия) - 1993-1995 гг.; "Ведрич" (Речица, Белоруссия) — 1995 г.; "Балтику" (Калининград) — 1996-1998 гг.; "Спартак" (Москва) — 1998-2001 гг. В чемпионатах России провел 152 матча, забил 19 мячей. В чемпионате России 2001 г. провел 15 матчей, забил 2 мяча. Чемпион России 1998,1999 и 2000 годов.