20 лет назад в книгу Славы отечественного хоккея была вписана одна из самых ярких страниц. Великая победа советской дружины над родоначальниками ледовой игры в финале Кубка Канады-81 с фантастическим счетом 8:1 вызвала шок в Северной Америке и обозначила наступление новой эры. Предыдущие успехи нашей сборной и клубов в сериях с представителями НХЛ доказали всему миру, что на планете ледовых сражений есть две сверхдержавы - СССР и Канада. После оглушительного триумфа двадцатилетней давности на "турнире мечты", на котором собрался весь цвет мирового хоккея, наша школа заслужила признание единоличного лидера.

Наша победа над "Кленовыми листьями" на Кубке Канады-81 стала исторической уже в то время, 20 лет назад. Она и тогда для истории нашего и мирового хоккея очень много значила. Канадцы после разгромного поражения 1:8 плакали на льду, а игроков сборной СССР у себя на родине встречали словно национальных героев, причем также со слезами на глазах, только от радости.

Почему я так высоко оцениваю значимость той победы на Кубке Канады? Мы выигрывали чемпионаты мира, Европы, Олимпиады (я, правда, на тот момент не приводил сборную к успеху на Играх). Однако оценка со стороны была неоднозначная. Говорили, мол, вы все равно не самые сильные, да и не то время… Необходимо было доказать, что мы можем побеждать везде. В 1981 году мы стали первыми на чемпионате мира, Европы. Третий турнир года — Кубок Канады. Он котировался несравнимо выше, ведь в нем в составе североамериканских сборных выступали все сильнейшие профессионалы, включая канадцев Гретцки, Лафлера, Босси, Тротье, Потвена, Робинсона.

Помню, как радовались у нас в стране. Мы даже после матча не ощутили таких эмоций, как у себя дома. Нас встречали как героев, поначалу не веря, что мы смогли так здорово сыграть на льду родоначальников хоккея. Простой пример: когда после матча мы сидели в номере и живо обсуждали успех, позвонил председатель Спорткомитета СССР Сергей Павлов. Руководитель нашей делегации Валентин Сыч взял трубку и радостно сообщил счет — 8:1! "Ну неужели не могли поприличнее проиграть, с меньшим счетом?" — послышалось в ответ в трубке. "Да нет же, мы выиграли!" — еще более радостно крикнул Сыч, чуть не подпрыгнув в кресле. Та победа была, конечно, фантастична. Мы еще раз доказали, что в то время класс нашей хоккейной школы был очень высок. Причем победили мы по игре!

А в предварительном турнире мы проиграли 3:7. За счет чего затем одержали верх? Мы не раз акцентировали внимание ребят на Гретцки, который большинство передач отдавал из-за ворот, после которых канадцы и забрасывали шайбы. Накануне игры и мы, и канадцы проводили раскатку. Мы занимались перед соперниками, а потом вместе с моим коллегой Владимиром Юрзиновым я отправился понаблюдать за их тренировкой. Наставник канадцев Скотти Боумэн, завидев нас, лукаво улыбался: "Чего, мол, вы здесь хотите увидеть необычного? Чем занимаетесь?" А мы обратили внимание на Гретцки, как его перекрыть. После этого в позиционной игре они нам так и не забили, так что мы с основной проблемой справились. Канадцы делали все, чтобы выиграть, даже ставили в большинстве Лафлера, а у того наши ребята отнимали шайбу и забивали вновь… Хозяева после игры плакали прямо на льду…

Великий Тарасов в свое время говорил: "Мы должны дать острастку канадцам, не уступить им ни в чем". Я считал, надо идти по другому пути. В битве стенка на стенку мы бы не имели преимущества над соперником. Важно быть твердым, не уступить в характере, а использовать свое превосходство надо так, как выгодно нам самим.

Боумэн мне говорил потом: "Виктор, ну почему твои малыши моих здоровенных мужиков обыгрывают? В чем твой рецепт? Как могут твои лодочки топить мои крейсеры?" Я в ответ лишь иронизировал: "Вот если бы они у меня таких же габаритов были, вы бы вообще никогда у нас не выиграли!" Наши хоккеисты были намного сильнее большинства канадцев именно в тактическом и игровом мышлении и были безусловными талантами. Тогда впервые вышло на лед звено Крутов — Ларионов — Макаров. Никто не верил, что они всерьез смогут заменить знаменитое первое звено Михайлов — Петров — Харламов, но скептики ошибались. Правда, поначалу тот их успех отнесли на счет случая, а вот спустя полгода на ЧМ-82 в Финляндии признали.

Как вы помните, накануне Кубка Канады-81 мы узнали о трагической гибели Валерия Харламова. Эта весть мобилизовала ребят, и они посвятили ту победу своему коллеге и другу. Мне часто ставили в вину, мол, возьми я Валерия на турнир в Канаду, он бы не погиб. Возможно это и так. Но на тот момент были ребята, которые играли сильнее его, и я не мог поступиться своими правилами: в сборной должны играть сильнейшие на данном этапе хоккеисты! Это закон на все времена и к тому же — мое глубокое убеждение. Я ведь и своего лучшего игрока Балдериса не всегда брал на чемпионаты мира.

Главный приз за победу в Кубке Канады у нас тогда отобрали… полицейские. Причем прямо в раздевалке, хотя мы долго сопротивлялись, не отдавали его, ибо нам никто не говорил, что огромный кубок из дорогого сплава в форме половины кленового листа — переходящий. После турнира канадские болельщики изготовили специально для нас копию, и на Призе "Известий" сборной СССР его торжественно вручили. Он был тяжелый, и нашему капитану Борису Михайлову пришлось нести приз вместе с Валерием Васильевым. Еще тогда нам сказали, что Кубок Канады больше из их страны не уедет. Больше в том турнире мы никогда не побеждали.

Записал Геннадий НАБАТОВ

*Виктор Тихонов — главный тренер сборной СССР на Кубке Канады-81