Из многообразия представителей семейных дуэтов мы выбрали тех, чьи клубы оккупировали вершину таблицы. Причем если спартаковцы Канарейкины сменили за карьеру достаточно много спортивных адресов (отец и сейчас не в Москве — он представляет интересы ярославского "Локомотива"), то Семеновы преданы исключительно "Динамо". Полезны ли в хоккее семейные традиции? Предоставим слово родителям и их наследникам.

ВЛАДИМИР СЕМЕНОВ: БЕЗ ПРАВА НА ОШИБКУ

— После того как у нас в семье родился мальчик, мне, как и любому отцу, конечно, захотелось, чтобы он пошел по моим стопам, продолжил главное дело моей жизни. Я принес Диме первые коньки, когда ему было около трех лет. Но выходить на лед с удовольствием он начал только через год. Из большого спорта я тогда уже ушел, а тренерской работой еще не занимался. Поэтому достаточно много времени мог уделять сыну. Сначала просто учил его кататься, возил на стадион. А с пяти лет отдал в спортшколу "Динамо". На тренировки-то его уже мама больше водила. Но я продолжал пристально следить за его становлением, давал советы. Он тогда еще во всем меня слушался. Когда подрос, лет в 10-12 стал сильнейшим в группе, на коньках гонял быстрее всех.

Я рад, что он выступает за нашу команду. Да и как могло быть иначе? Ведь и для него, и для меня "Динамо" — это клуб №1. Мне хотелось, чтобы он заиграл в Суперлиге, хотя иногда я думаю, что поторопился. Молодые ребята рвутся в основной состав. А стоит ли спешить? Можно и в высшей лиге посражаться, причем на первых ролях, набраться опыта. Ведь матчи, проводимые за лучшие клубы России, это тяжелая, профессиональная работа. Тут учиться некогда. Если четвертое звено выстояло, хотя бы не пропустило, уже неплохо.

Отношение в команде к Диме абсолютно нормальное. Если бы он не тянул, то и не попал бы попросту в основу. В когорте хоккеистов мой сын просто рядовой. Ему нет никаких поблажек. Скорее, наоборот, я к нему более требователен. Если опытного игрока за ошибку могу просто пожурить, то его промахи переношу очень болезненно, ему здорово достается. Может, это и чересчур. Он начинает нервничать, теряет уверенность. Но ничего не могу с собой поделать. В моих глазах он просто не имеет права на сбой. Да и пора ему уже начать забивать. Ведь голевые моменты их пятерка создает. Вот поэтому во время матча с ним больше общается мой помощник Андрей Пятанов.

Как у отца с сыном у нас отношения хорошие. После игры я могу уже спокойно объяснить, в чем были недочеты, подбодрить. Сейчас ему особенно надо поработать над владением клюшкой. В юности Дима был очень скоростной. За счет этого забивал. А теперь недостаток техники сказывается. Если решится на отъезд в НХЛ, отпущу с легким сердцем. Я даже хочу, чтобы он там поиграл. Считаю, что хоккеист сам вправе выбирать, где и за кого выступать. Свободное время мы вместе не проводим. Дима дома почти не бывает. Но спортивный режим соблюдает, спать приходит вовремя.

ФЕДОР КАНАРЕЙКИН: ВОСПИТАНИЕМ ЗАНИМАЛАСЬ ЖЕНА

— К сожалению, жизнь хоккеиста почти не оставляет свободного времени. Я был постоянно на сборах, в разъездах. Поэтому воспитанием сына в основном занималась супруга. Мне очень хотелось, чтобы он вырос здоровым, крепким парнем. Вот и привел его в секцию. Выбрал хоккей, так как знал хорошо тренеров и сам мог при случае что-то подсказать. Со временем Леня всерьез увлекся. Фамилия, видно, накладывала на него определенную ответственность. Он старался быть лидером. Много работал над собой, чтоб не ударить лицом в грязь. Мне кажется, основное сын усвоил. Хорошее владение коньками — это и ориентация на площадке, и время на обдумывание следующего хода. А значит, и контроль над ситуацией.

Когда перед ним встал вопрос, чем заниматься в жизни, выбрал профессиональный спорт. Хотя мы хотели, чтобы Леня стал врачом и вылечил нам с женой зубы. Я его понимаю. Хоккей со временем становится делом, полностью тебя затягивающим. Дай бог, чтобы на семью время оставалось. Он ведь меня недавно дедом сделал.

Дважды нам доводилось работать в одной команде. По моей просьбе Леня переходил в "Крылья Советов". Хотя делал это в ущерб себе, чем-то жертвовал ради того, чтоб помочь мне и моей дружине. А то, что я работал там тренером, было для него дополнительной психологической нагрузкой. Леня старался быть максимально полезным.

Считаю, что сейчас он полностью состоялся как игрок. Нужно только стать более уравновешенным. Совладать с эмоциями. За океан он вроде пока не собирается. Я, со своей стороны, поддержу любое его решение. Мне видится, он нашел себя в "Спартаке" и связывает свое будущее с ним.

ДМИТРИЙ СЕМЕНОВ: НА УРОКАХ РАЗРЕШАЛИ СПАТЬ

— Помню, в очень раннем детстве мне купили первые еще двухполозные коньки. Я все время падал, плакал, даже надевать их не хотел, любил больше играть в мяч. А вот лет с четырех уже сам встал и поехал. Да так увлекся, что на каникулах у бабушки все дни пропадал на катке. А в Москве ездил на ледовые площадки с отцом. Он и научил меня держаться на льду уверенно. Показал, как двигаться. Клюшку я в руки тогда еще не брал. Потом родители привели меня в динамовскую секцию. Я начал тренироваться со старшими ребятами. Был там самый маленький. Меня все время толкали, сбивали с ног, поэтому плохо все получалось. Папа злился, ругал: "Опять тебя размазали по борту". Постоянно указывал на ошибки, объяснял, что нужно было сделать. В то время мне хоккей не нравился. Зато когда я начал играть с пацанами своего возраста, мне это очень помогло. Я запросто от всех убегал, даже обыгрывать не нужно было. Постоянно был капитаном команды и забивал почти в каждом матче. Если уходил с площадки без гола, очень переживал. Но отец и тогда оценивал меня критически. Например, говорил: "Молодец, что забил, но можно было сыграть надежнее". Даже когда хвалил, указывал на какие-то огрехи.

Довелось лет в 12 на каникулах и за сборную области по футболу поиграть.Тренер предложил всерьез переходить на бутсы. Меня это рассмешило: "Да вы что, только хоккей". Я ведь мяч стал гонять, чтобы просто летом форму не потерять.

В школе учился неважно. Учеба мало интересовала. Помню, вызвали на уроке литературы. Признался честно: ничего не выучил, с тренировки поздно вернулся, устал. Так учительница разрешила мне прямо на уроке поспать. И других одергивала: "Потише, Диму не разбудите".

В мастерах я выступал под руководством отца в Екатеринбурге. На Урал мне ехать не хотелось, но это решаю не я и не тренер. Сказал: съезди, наберись опыта. Потом вместе с ним — с опытом — вернулся в Москву. Конечно, рад был попасть в первый состав родной команды. И потом, играть в Суперлиге интереснее и почетнее, чем в высшей. Совершенствовать мне еще надо многое, да и мускулы следует подкачать. Считаю себя скоростным, но не очень техничным. Расстраиваюсь, когда упускаю хороший момент. Хочется клюшкой борта разломать. В эти секунды критику с трудом воспринимаю. Кажется: что говорить, самому все понятно. Когда остыну, сознаю, что тренерам видней. Не нравится только, что отцовская реакция на мои неудачи очень жесткая. Ни в какой другой клуб переходить не собираюсь. Только "Динамо". Если отошлют в аренду, подчинюсь, а по своей воле ни за что! За океаном стою на драфте в "Детройте". Но, считаю, прежде чем туда лететь, надо проявить себя дома, стабильно забивать.

Досуг провожу чаще с друзьями и своей девушкой, а не с родителями. Игры дома обсуждаем редко. Хотя хоккей не выходит у меня из головы никогда. Дело не в том, что я ношу известную фамилию. Мне не нравится, когда во время трансляции звучит: "сын Семенова". Я просто очень люблю играть.

ЛЕОНИД КАНАРЕЙКИН: СТОМАТОЛОГА ИЗ МЕНЯ НЕ ВЫШЛО

— В детстве всегда ходил на матчи с участием отца. Орал на трибунах вместе с другими болельщиками. Гордился им, конечно, но перед друзьями не выпендривался. Скидок на фамилию мне никто никогда не делал. Я вообще не люблю этих разговоров. Меня постоянно спрашивают, как и чем мне помогла его популярность. То, что он известный хоккеист, скорее напрягало. Отец всегда мне говорил, что всего надо добиваться самому, и это я на всю жизнь усвоил.

Занимался с семи лет в школе "Крыльев" у Анатолия Алексеевича Сергеева. Папа тоже раньше подсказывал, когда было свободное время, возился со мной. Запомнились его слова, что для защитника главное — хорошее катание (кстати, по мнению многих специалистов, именно катание было ахиллесовой пятой Канарейкина-старшего. — Прим. ред.). Отец постоянно подчеркивал, чтобы я прежде всего совершенствовал технику скольжения. Сейчас понимаю, насколько он был прав. Теперь папа мне советов уже не дает, да и видимся мы редко, представляем интересы разных клубов. Иногда, если смотрел мою игру, может позвонить, вскользь указать на ошибки, но не более. Он вообще в мою личную жизнь старался никогда не лезть.

Помню, когда я подрос, родители на семейном совете сказали: выбирай — или хоккей, или какой-то приличный институт. Мама мечтала, чтобы я пошел в стоматологи. Ведь она знает хоккей со всех сторон. Это же не только победы и слава, но и травмы, постоянные переезды. А вот у меня не было никаких сомнений — только лед и клюшка. Меня и воспитали так, что главные решения в своей жизни человек должен принимать сам. Родители не протестовали.

Я благодарен отцу за то, что он открыл для меня мир ледовых игр. Ведь это не только спорт. Хоккей развивает человека всесторонне. Учит общаться с людьми, строить отношения в коллективе, дисциплинирует. В юности у меня не было времени валять дурака на улице. Жил по жесткому распорядку. Из школы летел на тренировку, потом спешил домой уроки делать. Сейчас с отцом встречаемся в основном летом. Но о хоккее не говорим — он за сезон надоедает. Надо от него и отдыхать когда-то.