Имя легендарного шахматного маэстро Анатолия Карпова, который недавно приезжал в редакцию "Советского спорта", чтобы пообщаться с читателями газеты по "горячей линии", известно всему миру. Карпов заслуженный мастер спорта, многократный чемпион мира и олимпийский чемпион, победитель 153 (!) международных турниров и, наконец, крупный общественный деятель - президент Международной ассоциации фондов мира и посол Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ), кавалер орденов Ленина и Трудового Красного Знамени.

ЛЕГЕНДА ОБ ИЗМОЧАЛЕННОМ АНАНДЕ

— Анатолий Евгеньевич, здравствуйте, вас приветствует Валерий Васильевич из Иваново. Прежде всего хочу поздравить вас с 50-летием, хотя, может быть, и поздно, но для всех нас это веха в истории шахмат.

— Большое спасибо.

— Скажите, чем вызван ваш отказ от участия в матч-турнире трех "К"?

— Это не отказ от участия в турнире трех "К", и я не знаю, кто это выдумал. Все подано совершенно неправильно. Было мое обращение в Оргкомитет с просьбой перенести сроки, чтобы я мог сыграть в чемпионате мира, который состоится в Москве. Другое дело, что у Каспарова с Крамником возникло желание сыграть в то же самое время в декабре. И вот они будут играть комбинированный матч в классические шахматы, быстрые и блиц. Но это не значит, что в дальнейшем не может быть проведен турнир трех "К".

— Но вы же знали сроки, в принципе об этом можно было договориться заранее, и турнир трех "К" можно было организовать позднее.

— Не все можно предвидеть. Да, мы знали сроки чемпионата. Но первой неожиданностью было то, что Илюмжинов, намечая проведение чемпионата в Рио-де-Жанейро, вдруг перенес его в Москву, хотя, конечно, об этом было известно еще до пресс-конференции в ИТАР-ТАСС. Однако следующее решение ФИДЕ уже стало серьезно угрожать моим планам. Дело в том, что Илюмжинов решил вернуться к старой формуле проведения чемпионатов мира раз в два года. В свое время, чтобы от меня избавиться, перешли на годичный цикл. По этому поводу я судился с ФИДЕ, и это дело рассматривал олимпийский трибунал. Сейчас же было принято решение о возврате к двухгодичному циклу. Таким образом, если в этом году я играть не буду, следующий чемпионат пройдет в 2003 — 2004 году. И здесь я уже не могу не считаться с тем, с чего вы начали: с поздравления с 50-летием.

— А на какое место в чемпионате вы рассчитываете?

— Ну, здесь выбора нет, нужно брать только первое место.

— Но теперь вам будет труднее, придется бороться с 1-го тура, а не так, как в Лозанне, когда вы выиграли матч у Ананда, основательно измочаленного в Гронингене?

— Это опять-таки искаженная информация. Дело в том, что Илюмжинов после окончания голландской части чемпионата предложил объявить перерыв на полмесяца или месяц для отдыха. Но Ананд ответил Илюмжинову, что находится в прекрасной форме и не хочет никаких перерывов…

— Как вы считаете, рейтинг правильно оценивает силу шахматистов?

— Рейтинг — это больше показатель стабильности. Его автор профессор Арпад Эло никогда и не думал, что рейтинг может стать абсолютным показателем.

— А ваш рейтинг вас устраивает?

— Я за рейтингом никогда не следил, мне все равно. Правда, мне не стало безразлично, когда по рейтингу начали определять состав пар, то есть придавать ему слишком официальный статус. За два года до смерти Эло сказал мне, что он понимает недостатки этой системы: "Я выпустил джина из бутылки, а загнать назад не могу".

— А почему вы не играете за сборную страны?

— Сначала я не играл, потому что сборную формировал незаконный президиум федерации во главе с Макаровым, а потом, когда он ушел, по традиции как-то не восстановил отношения с руководством РШФ.

— Желаю вам здоровья и победы в чемпионате.

— Спасибо.

МЫ СОБЛЮДАЕМ ЭТИКЕТ

— Здравствуйте. Это депутат городской Думы из Калуги Сергеев. Вы можете рассказать о ваших взаимоотношениях с Корчным и Каспаровым?

— Какие-то отношения, конечно, возникают, но в первую очередь профессиональные.

— А рукопожатиями вы обмениваетесь?

— Этот этикет шахматистами обычно не нарушается.

— Ваши матчи с Корчным и Каспаровым вызвали огромный интерес. Нет ли у вас желания издать книги про эти поединки?

— Про матч с Корчным книга написана, а что касается встреч с Каспаровым, то конкретно по какому-либо матчу книги не было, хотя этих поединков я касался. В США выходила книга на русском языке "Сестра моя Каисса", а на английском — "Карпов о Карпове". Недавно я выпустил книгу для самых маленьких любителей шахмат вместе с компанией "Дисней" на 20 языках — у нас уже заканчивается ее третье издание. А сейчас я работаю над книгой "Шахматное коллекционирование", которая выйдет в следующем году.

— Насколько мне известно, в Калуге вы не были ни разу. Можно вас пригласить?

— С удовольствием приеду в город Циолковского. Свяжитесь со мной через Фонд мира по адресу: Москва, Пречистенка, 10.

— Желаю вам успеха в предстоящем выступлении на чемпионате мира!

— Спасибо.

ПОБЕЖДАТЬ НАДО ЗА ДОСКОЙ

— Это говорит журналист Синельников из Москвы. Хотелось бы узнать, какую систему розыгрыша чемпионата мира вы считаете наиболее приемлемой?

— Я приверженец традиций классической системы и классических шахмат.

— Однако вы пропагандируете и свои шахматы, так называемые "таврели"?

— Это не мои, это древнерусские шахматы, которые я пытался вернуть к жизни. У нас действует Российская федерация по таврелям, есть определенные успехи, но это совершенно другая игра, хотя с теми же фигурами и на той же доске.

— А как вы относитесь к шахматам Фишера, который также пытался уйти от классики и консерватизма?

— Фишер пришел к этим шахматам не для борьбы с консерватизмом, а для борьбы с компьютерами, со стремлением особенно молодых шахматистов все дома выучить, а затем воплотить на доске, что особенно ярко демонстрирует Гарри Каспаров. Фишер пропагандирует, что надо побеждать не знанием и подготовкой, а умением рассчитывать варианты и определять планы за доской, в этом идея Фишера. Идея правильная, но реализация далека от совершенства. В начальной позиции шахмат есть большая гармония, и изменение положения фигур может привести к ее потере и сужению возможностей в области теории начал.

— Тем не менее у нас в России родилась новая шахматная игра Кингчесс, которую нельзя компьютеризировать, причем классические шахматы являются частным случаем этой игры, уже прошедшей проверку даже на гроссмейстерском уровне. Хотелось бы вас с ней познакомить после окончания чемпионата мира, где я вам желаю большого успеха!

— Спасибо, поговорим после чемпионата.

ШАХМАТЫ - В ШКОЛУ

— Вас беспокоит ваш поклонник Валерий Полунин из Москвы. Хотелось бы поблагодарить "Советский спорт" за организацию диалога с вами. Кандидат в мастера по шахматам и по совместительству президент Калмыкии Илюмжинов ввел в республиканских школах урок шахмат. Вы не считаете целесообразным включение шахматной дисциплины в программу школ по всей России?

— Эксперименты у нас ведутся и в московских школах, но мы только догоняем передовые страны в этом вопросе. Первой страной, где на уровне парламента было принято решение о включении шахмат в школьную программу, была Швеция. Затем — Испания. Очень близка к принятию такого решения Италия. Я недавно вернулся из Аргентины, так там эксперимент идет уже во многих городах. И президент страны, и министр образования, с которыми я беседовал, готовы начать программу в государственном масштабе.

— А что, и в России надо Путину вводить эту программу?

— У нас школьную программу курирует Министерство образования, у нас не принимает решение Госдума, хотя мне кажется, что правильнее передать контроль этого вопроса Госдуме, поскольку дело это государственной важности. Кстати, летом я встречался с начальником департамента образования Москвы Любовью Петровной Кезиной, и она очень положительно откликнулась на это предложение. Я думаю, что в Москве со следующего года мы сможем более широко заняться этим вопросом.

— Анатолий Евгеньевич, это Ефимов Владимир Иванович, поселок Сазоново Вологодской области. Я издаю шахматную газету "Дебют", а с вами мы встречались в 1988 году в редакции журнала "Студенческий меридиан". Кого из гроссмейстеров вы считаете главными конкурентами в чемпионате мира?

— Со времен Фишера, Карпова и Каспарова любители шахмат привыкли, что чемпион мира выигрывает все соревнования подряд. Но, например, Ботвиннику это не удавалось, не всегда это получалось у Ласкера и даже у Капабланки. Что же касается главных конкурентов, это Ананд, Морозевич, Грищук, Адамс, то есть практически вся первая "десятка" гроссмейстеров.

РАСКОЛ ВРЕДИТ ВСЕМ

— Вас беспокоит заядлый любитель шахмат из Москвы. Я поспорил с товарищем на две бутылки коньяка, что Каспаров проиграет Крамнику 1-й матч, а в матч-реванше будет все наоборот, и они положат в свой карман по два миллиона долларов. Одну бутылку я выиграл, могу выиграть и вторую, но там что-то застопорилось…

— Потому что, видимо, отказались от продолжения. Им хватило денег от первого матча (смеется. — Прим. ред.).

— Тогда бы мы на две бутылки поспорили!

— Но это вам недостаточно, а им достаточно.

— Какие вы видите возможности привести все в норму?

— Раскол наверху очень вредит шахматному движению, престижу звания чемпиона мира, да и престижу шахмат в целом. И то, что мы не можем договориться с руководством ФИДЕ о проведении чемпионата, который привлек бы всех сильнейших шахматистов планеты, — большая проблема…

— А у вас идеи есть?

— У меня есть, но необходимо, чтобы эти идеи овладели умами масс.

— Вы одобряете неординарную игру Морозевича?

— Замечательно, когда шахматист может найти свой стиль. Повторение никогда не приведет к большому успеху.

— Здравствуйте, это Сергей из Приморья.

— Далеко-о-о. Мы вас приветствуем!

— Спасский с Фишером сыграли свой матч 20 лет спустя. У вас не возникало желания провести такую же встречу с Фишером?

— Возникало, но желание должно быть обоюдным. Возвращение Фишера приветствовалось бы шахматным миром, хотя прошло еще почти 10 лет после его появления. Интересно посмотреть, в каком он состоянии. Впрочем, он сейчас ближе к вам, чем к нам. Насколько мне известно, он живет в Токио.

— Тем не менее я поздравляю вас с 20-летием со дня победы в матче в Мерано!

— Спасибо, этот матч длился 51 день, 18 партий, последний выходной был 7 ноября, когда мы ездили в Венецию, а закончилась встреча 9 ноября.

— И последний вопрос: у вас есть свой сайт в Интернете?

— Пока еще нет, но сразу после чемпионата он появится.

— Анатолий Евгеньевич, вам звонит Илья из Москвы. Я слышал, что за отказ участвовать в Мемориале Ботвинника Илюмжинов пообещал вам пост президента ФИДЕ?

— Замечательная идея, но он мне не нужен.

— Этот пост?

— Да, этот пост.

— У писателя Сидни Шелдона есть эпизод в книге, где вы под вымышленным именем играете со своим историческим соперником на корабле. А фильмы про вас снимали?

— Не знаю, но есть нашумевший мюзикл "Чесс" о моем матче с Корчным.

— И все-таки, шахматы это спорт или искусство?

— И то, и другое, но два года назад (если говорить об официальной позиции) МОК признал шахматы олимпийской дисциплиной.

УТЕЧКА УМОВ - БЕДА РОССИИ

— Вас беспокоит Константин из Москвы. Вы окончили Ленинградский университет и являетесь экономистом по образованию. Приходилось ли вам работать по специальности?

— В немалой мере. Я работал на кафедре в Ленинградском университете, а затем в МГУ на кафедре у Феликса Михайловича Волкова.

— А как вы оцениваете экономические успехи нашей страны в последние годы и вообще экономическое развитие?

— Развития я не вижу, а главный экономический успех в том, что мы, по крайней мере, немного стабилизировали ситуацию.

— Есть ли у России реальные пути выбраться из кризисной ситуации?

— Конечно, есть. Когда я был народным депутатом, то говорил, что главное, чтобы генеральные секретари не влезали в экономику. У нас все-таки были неплохие председатели Совета Министров, знали дело. Сейчас же в нашей стране производственные отношения сдерживают производительные силы. Мы не имеем скоординированной системы законов, которые помогли бы использовать наши ресурсы и наши умы. Большая беда — утечка умов из России, это самая большая потеря для страны.

УРОКИ ДЛЯ БУДУЩИХ ГРОССМЕЙСТЕРОВ

— Анатолий Евгеньевич, это ваш поклонник из Москвы. Вы руководите Международной ассоциацией фондов мира и достаточно много занимаетесь благотворительной деятельностью, но в прессе об этом как-то мало упоминается. Вы можете поподробнее рассказать, сколько шахматных школ открылось с вашим участием?

— Шахматные школы — это моя как бы личная инициатива. Хотя личное участие тоже можно отнести к благотворительности. Только что я вернулся из Якутска, где мы открыли детскую специализированную шахматную школу. Этой весной начала работать 1-я специализированная шахматная школа у Полярного круга в Салехарде. Действует областная шахматная школа в Воронеже, а весной мы отметили 10-летие шахматных школ Чернобыльской зоны. Это международная школа России, Украины и Белоруссии, в которую мы привлекаем ребят с Южного Урала и из Казахстана, из Семипалатинска. Уже 20 лет прекрасно действует школа и шахматный клуб в Туле, есть школы в Подмосковье — в Мытищах, в Германии — в Баден-Бадене, в Швеции, Норвегии, Турции.

Кстати, 5 ноября открылась 8-я Чернобыльская шахматная Олимпиада в Клину. И мне бы хотелось от своего имени и от имени всех ребят поблагодарить администрацию Клина, взявшую на себя заботы, связанные с этим соревнованием. Помимо 8 олимпиад было проведено еще 27 сессий школы и все без господдержки, на общественных началах.

— Моя фамилия Агафонов, Сергей Анатольевич. Является ли для вас почетным то, что вы долгое время выступали за ЦСКА?

— Безусловно. Я начал выступать за ЦСКА с 16 лет и играл до тех пор, пока команда не развалилась. ЦСКА дважды был чемпионом Европы среди клубных команд. У нас играли гроссмейстеры Геллер, Фурман, Харитонов, Нона Гаприндашвили. Очень много делал для шахмат министр обороны Малиновский.

— Хочу пожелать вам всего самого доброго и спасибо вам за то, что вы делаете для ребят в Ватутинках. В этом я вижу поступок истинного армейца.

— Спасибо.

— Анатолий Евгеньевич, это Геннадий из Москвы. Собираетесь ли вы вернуть корону в Россию, как это сделали 25 лет назад?

— Через три недели в Москве я намерен это сделать, хотя и не в восторге от "нокаут-системы". Но официальный чемпионат проводится по этой системе.

— А кто сейчас ваш тренер и кто входит в тренерский штаб? Или это секрет?

— Я всех не открываю, но постоянно со мной работает международный мастер из Одессы Михаил Яковлевич Подгаец.

— Какой розыгрыш сложнее: чемпионат ФИДЕ или первенство по версии ВGN?

— Версии-то сейчас все умерли, осталась частная лавочка. Надо найти возможность объединить шахматистов и вернуться к традиционной системе розыгрыша чемпионата мира.

— Спасибо, я болею за вас с 5-летнего возраста. Если можно, мой друг еще хочет задать вопрос.

— Пожалуйста.

— Говорят, что шахматы Алехина находятся у вас?

— Нет, у меня есть шахматы Ботвинника, причем полученные не от Ботвинника. Но у меня хранится оригинал письма Капабланки, в котором он признает победителем матча Алехина в 1927 году.

ШАХМАТНЫЙ ТРУДОГОЛИК

— Это Станислав из Москвы. Вы уже четверть века носите звание чемпиона мира, стали исторической личностью. Это накладывает какой-то отпечаток на вашу жизнь?

— Безусловно. Вообще я трудоголик. Так много работаю, что иногда не замечаю, что происходит вокруг. Пока есть силы, энергия, хочется сделать побольше. Я никогда долго не праздновал очередную победу. И возможно, поэтому у меня их так много — целых 153! Наверное, это больше, чем голы Пеле? Я как-то праздновать не люблю, а, может быть, это вообще черта национальная: мы не умеем праздновать.

— А как вы готовитесь к турнирам?

— В силу возможностей и времени делаю гимнастику, бегаю, плаваю, играю в теннис. Но в Москве готовиться трудно. 9 ноября в Мадриде открылась выставка, я поеду на открытие, а затем планирую провести там двухнедельную подготовку к чемпионату мира.

— А каков Карпов в домашних тапочках?

— Я считаю, все, что касается личной жизни, не следует выносить на всеобщее обозрение. Что же касается домашних тапочек, то я хожу дома босиком.

— Здравствуйте, Анатолий Евгеньевич! С вами говорит Александр Болдин из Краснодара. Слышал, что весной вы вместе со Смысловым и Спасским обратились с Открытым письмом о содействии в восстановлении могилы Алехина в Париже, поврежденной ураганом в декабре 1999 года. Удалось что-либо сделать?

— Я в курсе дела, причем, думаю, с памятником Алехину не будет такой проблемы, как с Мемориальной доской Ботвинника. Бредовая ситуация возникла. Изготовление доски требует всего 1,5 тысячи долларов. Однако после утверждения Московским художественным советом за счет разных накруток стоимость возрастает чуть ли не в 10 раз!

Что же касается памятника Алехину, то его, по-видимому, легче изготовить заново и перевезти в Париж, чем ремонтировать на месте. Это очень важное дело, учитывая приближение 110-летнего юбилея Алехина в следующем году. Я надеюсь, что "Советский спорт" сможет помочь в активизации этой работы.

— Андрей из Балашихи вас беспокоит. Когда вы почувствовали, что шахматы станут вашей профессией?

— Я рано научился играть, быстро добился успехов, но, даже став чемпионом мира среди юношей, не знал, буду ли все время играть. Однако в 1970 году, когда я стал самым молодым гроссмейстером, понял, что шахматы — моя жизнь, хотя все еще продолжал серьезно учиться в университете.

Я МОГУ ОДИН ЗАМЕНИТЬ РШФ

— С вами говорит Леонид Веселов из Питера. В испанском Леоне стартовал очередной командный чемпионат Европы и впервые от сборной России не будут выступать ни мужская, ни женская сборные. Основной состав сборной, по словам вице-президента РШФ Елецкого, готовится к чемпионату мира. Госкомспорт отказал в материальной поддержке команды, а организаторы выдвинули слишком завышенные финансовые условия…

— Очень печально. Это показатель кризиса Шахматной федерации России, который начался еще в 1993 году, когда к власти пришел Макаров. А затем передал бразды правления Селиванову. Мое мнение таково: не можете организовать выступление сборной, не можете найти спонсоров, не имеете перспективы — уйдите, дайте другим поработать. Они найдут спонсоров, найдут смысл в этой работе.

То же самое и с детскими соревнованиями. Мы проводим детские чемпионаты России, и все расходы ложатся на плечи участников и командирующих организаций. Чтобы проводить такие чемпионаты, вовсе не нужен аппарат федерации. Я это могу делать один… И вот такой подход в федерации доминирует во всем, в том числе и при командировании сборной: ну нет денег, и не надо, пусть сами ищут или не играют… Раньше система была государственной. Шахматисты получали стипендии, а сейчас если шахматист не будет зарабатывать своей игрой, то кто же его семью будет содержать?