ВОСПОМИНАНИЯ О ПРОЙДЕННОМ ПУТИ

ОПАСЕНИЯ ПЕРЕД СТАРТОМ

— Перед началом турнира меня очень смущала наша защита. В том, что мы будем забивать, я не сомневался: при мне у сборной России не было ни одной официальной игры, в которой бы она не огорчала соперников. А вот пропускали мы очень много. Поэтому укрепление обороны, может быть, даже числом, я считал самой главной задачей.

ВЫБОР ВРАТАРЯ

— К старту отборочного цикла я уже не сомневался в том, что надо делать ставку на Нигматуллина. "Локомотив" тогда пропускал совсем мало, а Руслан почувствовал уверенность и творил чудеса.

ЗАБОЙНЫЙ ГОЛ

— Первый гол в цикле получился любопытным: удалась очень хорошая комбинация, как раз та, которую мы часто разыгрывали на предыгровых тренировках "стенка на третьего". Приходит мяч Володе, и он отдает Валере вправо. Передача та семь метров, и Бесчастных обязан выдать ее в ногу Карпину, и тот бы вывалился на ударную позицию. А Вовка загнал Валерку почти в угол. Я вскочил: "Володя, мы же пять дней эту комбинацию тренировали". И вдруг навес, и Бесчастных забивает гол. Я говорю: "Все понял. Вопросов нет". Значит, судьба. Этот гол, безусловно, стал забойным в турнире, принес нам победу и облегчил решение задачи.

ПЕРВАЯ ПОБЕДА

— Уверенности в том, что мы обязательно выиграем, конечно, не было. После серии невыразительных неэмоциональных игр команда, наконец, выплеснула какие-то эмоции. По окончании матча, не потому, что мы обыграли Швейцарию на выезде, а потому, что мы наконец-то были КОМАНДОЙ, в раздевалке творилось такое, будто бы мы чемпионат мира выиграли. Это хорошо. Никогда такого не было, разве что во Франции. Ребята поверили в себя. А я поверил в них еще раньше. Просто накануне мы разговаривали с каждым футболистом индивидуально, и мне очень понравились эти беседы. И в случае неудачи, я бы руки не опустил, потому что эти разговоры были серьезные. Из них я понял, что ребята очень сильно хотят играть за Россию и выигрывать.

ПЕРВАЯ НИЧЬЯ

— Признаюсь, после матча со Словенией, который мы провели ужасно, у меня закралось сомнение в том, что с такой игрой мы попадем на чемпионат мира. Особенно у нас не получался переход от обороны к атаке. К сожалению, не справились с первым пасом крайние защитники, с открыванием - центральная зона. Многие вещи мы должны выполнять более качественно.

ВОЗРОЖДЕНИЕ УВЕРЕННОСТИ

— После скромной победы в "Лужниках" над Фарерами на нас обрушился шквал критики, на мой взгляд, необоснованной. После того матча ко мне, наоборот, вернулась уверенность в наших силах. Мне понравилось движение, стремление играть в комбинационный футбол, контроль над мячом.

ПОДВИГ В БЕЛГРАДЕ

— Югославы были фаворитами. К тому же у нас отсутствовала группа ведущих игроков. Но наши ребята сыграли с потрясающей самоотдачей. Никого не хочу выделять - все молодцы, но все же особо отмечу Нигматуллина и Бесчастных. Володя посрамил злопыхателей, которые поставили на нем крест. Этот парень не мог подвести - он настоящий боец!

МАТЧ В МОСКВЕ С ЮГАМИ

— Ребята сыграли самоотверженно, но то ли из-за возникшего очкового отрыва, то ли, наоборот, из-за тяжкого груза результата несколько нервозно. Явно не хватило концентрации. Пропустили глупый гол. Ту ничью мы восприняли очень болезненно, хотя со стратегической точки зрения она была не худшим вариантом. Поразило то, что после того матча нас полили грязью. Удивительно, чем ближе сборная приближалась к чемпионату мира, тем больше нам доставалось от критиканов.

ЕДИНСТВЕННОЕ ПОРАЖЕНИЕ

— Сборная провела посредственный матч и победы в нем не заслуживала. Но и поражения тоже. Когда британский арбитр Полл похоронил нас на последних минутах, я вскипел, но потом понял, что это проверка на прочность. Это Бог специально послал нам такое испытание, чтобы мы покопались в себе и пересмотрели отношение к делу. К тому моменту было, что пересматривать - у некоторых игроков возникла самоуспокоенность.

ПРЕДПОСЛЕДНИЙ ШАГ

— Встреча на Фарерах показала, что у сборной есть характер. Ребята сделали правильные выводы. И хоть в игре по-прежнему хватало шероховатостей, я в глубине души порадовался за свою команду.

ФИНАЛЬНЫЙ АККОРД

— Психологически было тяжело, но мы еще до перерыва сняли все вопросы. Двухгодичный путь благополучно пройден. После финального свистка я ощутил необычайное облегчение, словно сбросил пудовый рюкзак. Я почувствовал себя самым счастливым человеком в мире.


ДЕМОКРАТ-ДИКТАТОР

— По сути, весь отборочный турнир сборная провела по схеме 4-5-1. Вас очень часто критиковали за использование этой якобы неагрессивной тактики. Хотя, на мой взгляд, она абсолютно оправданна. Чем вы здесь, прежде всего, руководствовались: переизбытком квалифицированных хавбеков или недостатком форвардов?

— Всегда хочется иметь в составе всех наиболее подготовленных на данный момент игроков. Допустим, если бы у нас было шесть-семь классных защитников атакующего плана, я бы искал вариант, при котором все они играли бы в основе. Мог бы даже отказаться от нападающих. Уверен, все равно бы мы забивали. Нашли бы для этого какие-то ходы. На поле должны выходить все сильнейшие — это мой принцип.

— Неужели ни разу за всю карьеру вы не делали ставку на кого-либо только потому, что относились к нему с особой симпатией?

— Это исключено. Я же не враг себе и хочу побеждать. А симпатии... Ну какая разница, симпатичен мне человек или нет. Мне что, с ним детей крестить. Играет хорошо, тренируется, глаза горят — попадет в состав. Я ко всем отношусь одинаково. Конечно, с некоторыми игроками меня связывает очень многое, но это ни в коем случае не значит, что им место в основе гарантировано. Наоборот, к этим людям я предъявляю повышенные требования, они лидеры команды и спрашиваю с них больше, чем с остальных.

— То есть, билет в Японию и Корею никому не забронирован — былые заслуги не в счет?

— Конечно! Повторюсь: в футбол играют не имена, а люди. Поэтому на чемпионат мира поедут те, кто реально сможет помочь команде. Туристы нам не нужны.

— Вы очень противоречивая фигура. Некоторые считают вас диктатором, другие полагают, что вы излишне демократичны.

— Я иногда говорю достаточно неприятные вещи, но это моя работа. Когда ребята плохо играют, должен им это сказать, а если их гладить по головке, то на пользу это не пойдет. Они прекрасно знают, что я человек объективный: просто так какую-то тревогу в футболистах сеять не буду. Я никогда еще не предъявлял необоснованных претензий. Бывают объективные причины неудач, когда я знаю, почему мы плохо играли, но в некоторых матчах таких объективных причин нет. Я с себя вины не снимаю, я себя за это корю больше, чем ребят.

Что касается отношений с игроками: не секрет, свою работу строю на взаимном уважении. Я человек демократичный, но если наступает момент, когда надо проявить жесткость, я ее проявляю. Доставляет ли мне это удовольствия? Нет. Страдаю больше, чем любой игрок. Ночами не сплю, мучаюсь прежде, чем принять решение. И потом мучаюсь, но интересы дела превыше всего.

— Некоторые футболисты не только не демонстрируют в сборной должной игры, но даже в клубе сидят на скамейке запасных. Вотум доверия по отношению к ним скоро иссякнет?

— На мой взгляд, я очень терпеливый человек и, чтобы разочароваться в ком-то, одного случая недостаточно. Здесь уместно говорить о регулярном явлении и потом о капле, которая иногда переполняет терпение. Да, у меня есть претензии к ряду игроков, но я верю в этих ребят и не спешу делать окончательные выводы. Иногда надо перетерпеть, дать человеку возможность себя проявить, и он раскроется по-новому. Взять для примера Бесчастных. Как меня все критиковали за то, что я в свое время ставил в состав Володю, который не попадал даже в заявку "Расинга". А он возьми, да стань лучшим бомбардиром в группе.

— Все ли оправдали ваше доверие?

— Кто-то в большей, кто-то в меньшей степени. Главное, никто не разочаровал. В Израиле мы дали друг другу слово, что выйдем из группы. Я знал, что ребята не подведут. Поэтому перед ключевыми матчами я не сомневался, что футболисты отдадут все свои силы. Но сказать, что я остался полностью доволен, не могу. Я всегда хочу большего, чем получаю. Наверное, это максимализм. Отсюда и недовольство. Нередко мы допускали такие ошибки, которые больше не имеют права повторяться.

— Знаю, что вы большего ждете от Смертина.

— И от него в том числе. Леша очень сильный футболист. Такие, как он, необходимы в любой команде. Но считаю, что Смертин должен не только хорошо обороняться, но и участвовать в атаках. Жду от него прибавления в созидательных действиях.

— Карпин же по-моему, наоборот, все встречи провел на пределе?

— Это парень с характером! Когда после матча в Цюрихе я пришел в раздевалку, то увидел, что Валерка не может встать. Я спрашиваю: "Что с тобой, это из-за того, что тебя ударили?" - "Нет, — говорит, — я "наелся", меня тошнит". Вот это самоотдача! Кстати, уметь полностью выложиться — это великое искусство. Бывают игроки, которые после матча еще на 90 минут выйти готовы. А вот Карпин. Скажешь ему после финального свистка, что надо еще две минуты отыграть, и он упадет. И тем не менее Валера способен играть лучше, нежели в ряде игр этого отборочного цикла. Надеюсь на него, равно как и на остальных ребят. И еще рассчитываю, что за оставшиеся полгода до чемпионата мира на российском небосклоне появятся новые дарования, такие, как Измайлов, которые позволят нашей сборной усилиться.