Весной 1989 года в "Советском спорте" был опубликован снимок: возвышающийся над темной речной гладью металлический могильный крест, рядом — со скрещенными веслами застыл "в гребном сурплясе" экипаж байдарки-двойки. Никакого отношения к материалу этот кадр не имел, под ним не было даже обязательной в таких случаях подписи, но, увидев его, я вдруг ярчайшим образом вспомнил то, что за многие годы, казалось, совсем утонуло в памяти. Нестерпимо захотелось "отогнуть" эту фотографию от газетной полосы, насколько позволит клей, державший ее не слабее памяти, и прочесть на обороте: " Грузия, город Поти. Зима 1973 года…"

Несомненно, снимок был сделан там, в городе моего детства, на реке Риони-"мекке" зимне-весенних тренировочных сборов советских команд по гребле.

"Выросший" в январе 1973-го из вод Риони могильный крест стал на несколько дней главной темой городских пересудов. Молва, как морская волна, моментально разнесла по небольшому портовому городу трагическую историю гибели во время тренировки в канун "старого нового года" какой-то знаменитой спортсменки.Опубликованная в день трагедии, 13 января, в "Советском спорте" фотография счастливой Юлии Рябчинской и ее тренера Серединой по случаю защиты Антониной Александровной кандидатской диссертации, казалось, напрочь опровергла версию о том, что в Риони утонула Юля. Однако появившийся спустя три дня в "Советском спорте" некролог, увы, это подтвердил…