502 Bad Gateway


nginx

НАТАЛЬЯ НАЗАРОВА: КОГДА МНЕ СТАНОВИТСЯ ТРУДНО, БЕРУ СКРИПКУ

Прекрасно стартовала в летнем сезоне-2000 двукратная чемпионка мира в эстафетном беге

04х400 м 21-летняя москвичка Наталья Назарова. После победы на дистанции 400 м в розыгрыше Кубка европейских чемпионов в Португалии, она одержала

победу на международном турнире в Йене, опередив там таких звезд, как нигерийка Фалилят Огункойя , Сэнди Ричардс и Сьюзанн Рейд с Ямайки. Через два

дня в Праге Наташа финишировала второй, уступив только обладательнице Кубка Европы-98, хозяйке соревнований Хелене Фучсовой. Сегодня у Назаровой

третий старт на острове Крит. А накануне вылета в Йену обладательница бесплатной подписки на “Советский спорт” (приз редакции, как одной из лучших

спортсменок Москвы 1999 года) заглянула к нам в гости.

Борис ВАЛИЕВ


— Наташа, впервые сталкиваюсь с тем, чтобы спортсменка такого класса, как вы, пришла в редакцию на интервью в день отъезда на ответственные

соревнования, да еще буквально за два часа до посадки на самолет. С чем это связано?

— Это стечение обстоятельств. Обычно мы улетаем на состязания в 8-9 часов утра, я привыкла приезжать в аэропорт ни свет ни заря, а тут все

счастливо совпало — ваш звонок, довольно-таки поздний рейс, хорошее настроение… Почему же не прийти?

— Честно говоря, думал, что вы скажете дежурные слова о безмерном уважении журналистского труда. Как, кстати, вы относитесь к пишущей братии?

Случалось обижаться на нее?

— Я бы не стала называть это обидой, но неприятное чувство однажды испытала, прочитав о том, что на зимнем чемпионате Европы-2000 в Генте я якобы

отказалась бежать в эстафете 4Х400 метров, потому что обиделась на саму себя за поражение от Светланы Поспеловой в индивидуальном забеге на 400

метров. На самом деле на старте того забега у меня случился спазм, я дернула мышцу и потом всю дистанцию бежала с болью. Эстафета, если помните,

проводилась в тот же день, и я, естественно, не успела восстановиться.

— Но ведь это же была верная золотая медаль, поскольку конкуренцию российской команде в эстафетном беге составили румынки и итальянки, заранее

сдавшиеся на милость сильнейших?

— Что поделаешь! Может быть, мне сверху сказали: “Хорош—не надо…” В итоге, вместо двух “своих” золотых медалей довольствовалась одной серебряной.

Но выводы, конечно, сделала: теперь на старте разминаюсь лучше.

— Тем не менее в рейтинге образца начала 2000 года вы себя по-прежнему ставите выше Поспеловой?

— Конечно, причем намного. Во-первых, у меня и опыта побольше (как-никак на двух чемпионатах мира участвовала), и титулы посерьезнее, и личный

рекорд лучше — 50,48. У Светы, если не ошибаюсь, 52,58. Правда, после успеха в Генте она вышла на качественно новый уровень, что, естественно,

отразится на результатах. Сейчас она, безусловно, побежит быстрее.

— За шесть лет, проведенных в легкой атлетике, вы успели стать чемпионкой мира среди юниоров, выиграть две золотые медали в эстафете 4х400 м на

чемпионатах мира-99 в Маэбаси и Севилье. Можете назвать самый яркий эпизод в вашей спортивной биографии?

— Несомненно, это победа в Севилье.

— А почему не в Маэбаси, ведь там, во-первых, состоялся ваш дебют на взрослом чемпионате мира, а во-вторых, российская эстафетная команда не без

вашей помощи установила мировой рекорд?

— Моего вклада в ту победу было не много. Я бежала на последнем этапе и получила палочку в тот момент, когда отрыв от ближайших соперниц

составлял почти 15 метров. Девочки, помня о моем дебютном волнении, постарались свести к минимуму любую возможную неожиданность. Так что мне осталось

просто добежать до финиша. Другое дело Севилья — там пришлось прибегнуть к тактическим уловкам, поскольку дышавшая в затылок американка попыталась за

200 метров до финиша меня “накрыть”…

— Испокон веков в легкой атлетике медаль, выигранная в эстафете, котируется ниже такой же, но завоеванной в индивидуальном виде. Как вы думаете,

почему?

— Мне тоже приходилось сталкиваться с таким мнением, но я с ним в корне не согласна. В психологическом плане настроиться на бег в эстафете

гораздо труднее, чем в личном виде. Здесь, если ошиблась, подводишь сразу трех подруг по команде. Свою неудачу еще можно как-то пережить, а как

смотреть в глаза девочек, оставшихся без медали по твоей милости?

— Вспоминаю, как обиделись подруги по команде на Ирину Привалову, растерявшую колоссальное преимущество в эстафете 4х100 метров на чемпионате

Европы-98 в Будапеште. С вами случалось что-то подобное?

— Не припоминаю. Но если бы я так подвела, обиду девочек смогла бы понять.

— Давно хочу спросить, как делятся призовые деньги между участницами эстафетных команд, ведь подчас вклад в общую победу у всех разный?

— Деньги всегда распределяются поровну. Но, если в финале состав команды меняется, действует иная система. Например, в Севилье в забеге бежали

Наташа Шарова и Катя Бахвалова, которые затем были заменены. После нашей победы вся призовая сумма была разделена на пять частей: четыре финалистки

получили по одной пятой, а оставшуюся часть Шарова с Бахваловой поделили на двоих.

— Деньги в вашей карьере играют определяющую роль?

— Я бы сказала, серьезную. В конце прошлого года у меня наконец-то появилась возможность осуществить многолетнюю мечту — обзавестись в Москве

собственной квартирой. Я купила ее на заработанные деньги — никто никаких подарков мне не делал, если, конечно, не считать того, что клуб “Луч”, за

который я выступаю, помог купить ее с некоторой скидкой. До сих пор же мы с мужем, прыгуном в высоту, Игорем Савенковым жилье снимали.

— А где-нибудь за границей, по примеру Светланы Мастерковой, не хотелось бы пожить?

— Не скрою, иногда меня посещают мысли о том, что, конечно, неплохо было бы иметь свой домик в Европе, например, в обожаемой мною Словении,

ездить туда время от времени на отдых, на тренировочные сборы. Но пока это только мечта, осуществление которой полностью зависит от моих успехов в

спорте.

— Как вы рассматриваете собственные перспективы на Олимпийских играх в Сиднее?

— Боюсь загадывать, но вся надежда, конечно, на эстафету. Что касается личного вида, я могу в нынешнем сезоне бежать за 49,50, но боюсь, что

этого не хватит для медали. Если попаду в финал, будет хорошо. Хотя, чем черт не шутит, а вдруг во мне произойдет какой-то физиологический взрыв, и

мои потенциальные возможности раскроются совсем в другом свете!

— Слышал, что у вас имеется свой, фирменный, настрой на ответственные соревнования?

— Вы имеете в виду мое увлечение музыкой? Я действительно восемь лет занималась ею. Неплохо играю на фортепьяно, но основной мой инструмент —

скрипка. А поскольку сейчас и то, и другое находится в квартире родителей, Игорь подарил мне на день рождения синтезатор. Это, конечно, не то, но

немножко заменяет — полтора часа поиграешь, и усталости как не бывало. А в новой квартире, которую мы сейчас обустраиваем, у меня обязательно будет

рояль.