Футболисты “Анжи” вышли к автобусу только через час после игры: сначала они еще раз посмотрели по видеозаписи все спорные моменты. После пресс-конференции, на которой присутствовал главный тренер Гаджи Гаджиев, прошел разбор игры по горячим следам. В раздевалку к гостям заглянул президент ПФЛ руководитель “Динамо” Николай Толстых, который извинился перед игроками и тренерами “Анжи”, выразив сожаления таким ходом матча. “Мы, безусловно, хотели выиграть, но не таким путем”, — признал Николай Толстых.

Тем не менее, когда футболисты “Анжи” вышли к автобусу, некоторые из них все-таки посетовали на то, что когда клуб возглавляет президент ПФЛ, то выиграть у такой команды на ее поле очень сложно, особенно если ей помогает судья. Пришлось им разъяснять, что ни Николай Толстых, ни главный тренер “Динамо” Валерий Газзаев неповинны в низкой квалификации, а возможно, и предвзятости арбитра Лапочкина. При Николае Толстых даже в те годы, когда судьи входили в систему ПФЛ, динамовцы сами нередко страдали от необъективного судейства. Сейчас же этими вопросами занимается уже РФС, а точнее, входящая в его структуру судейская коллегия. Объяснение в другом — мало того, что у Лапочкина низкая для высшего дивизиона квалификация, он оказался еще и злопамятным человеком. Помнится, после кубкового матча “Анжи” — ЦСКА в Астрахани Лапочкин, услышав от махачкалинцев критику в свой адрес, предупредил, что это были цветочки, а ягодки они увидят в следующий раз. И они действительно увидели. Ошибок арбитром было допущено немало, поэтому хотелось бы остановиться только на самых грубых, на тех, которые повлияли или могли повлиять на исход матча. Они и послужили поводом подать протест на судейство. Это удаление Будунова, назначение в ворота “Анжи” двух пенальти и нескольких штрафных ударов, в том числе последнего, затяжка времени игры во втором тайме. Вот как прокомментировали эти, мягко говоря, спорные моменты футболисты “Анжи”, которые оказались непосредственными участниками в этих эпизодах.
— За что судья меня удалил, не могу до сих пор понять, — искренне удивлялся Будун Будунов. — В том эпизоде в борьбе за мяч сверху я столкнулся с кем-то из динамовцев в середине поля. Мяч попал к Сирхаеву, и мы втроем выходили против двух защитников. Но вдруг раздался свисток. Несколько соперников бросились на меня, будто я убил их друга. Ближе всех ко мне подбежал динамовец с рыжими волосами, стал оскорблять и пугать меня, и я во избежание неприятностей сделал упреждающие движения головой. Не помню, то ли он упал, хотя я его не коснулся, то ли изобразил, будто я его ударил. Во всяком случае, это была откровенная провокация с его стороны, и судья поверил динамовцу, а мне показал красную карточку.
— Необъяснимым было и назначение первого пенальти, — считает капитан “Анжи” Нарвик Сирхаев. — И тут, уверен, была провокация, поскольку соперника я не трогал, тем не менее он упал, а судья словно ждал этого падения и не долго думал, назначать или не назначать 11-метровый.
— И я не нарушал правил в своей штрафной, — добавил правый защитник Андрей Гордеев. — Обидно, что мои бывшие одноклубники, почувствовав неприязненное отношение к нам со стороны арбитра, стали больше думать не об усилении игры, реализации численного преимущества, а о том, как дать судье лишний повод нас наказать.
— В конце матча он нашел еще одну такую возможность, назначив штрафной в сторону наших ворот, — завершил импровизированную пресс-конференцию у автобуса, увозившего футболистов “Анжи” в Новогорск, полузащитник Элвер Рахимич. — У меня сложилось впечатление, что игра продолжалась бы до тех пор, пока динамовцы не забьют второй мяч, поэтому, чтобы ускорить развязку, судья усмотрел в моих действиях нарушения вблизи нашей штрафной площади, хотя я не коснулся соперника. Но как бы там ни было, а штрафной, назначенный им, привел к взятию наших ворот.
Главный тренер “Анжи” Гаджи Гаджиев — человек эмоциональный, но, как правило, в любой ситуации умеет контролировать свои действия и слова, выбирая осторожные выражения. Тем не менее на этот раз он даже на пресс-конференции не удержался от критики арбитра, а на следующий день по телефону сказал следующее: “Выступление “Анжи” в прошлом году, подготовка к нынешнему чемпионату и сама игра не остались незамеченными. Правда, чаще всего высказывались предположения и даже опасения о неготовности дагестанского клуба участвовать в соревнованиях элитных команд. Касалось это всего — и приема в Махачкале, и поведения зрителей, и судейства на нашем стадионе. Позади 3 месяца. И совершенно очевидно, что в нашей республике умеют и встречать, и принимать, и провожать соперников на должном уровне. Увы, очевидно и другое. В столице, где мы сыграли уже три матча, пришлось лишний раз убедиться не только в гостеприимстве москвичей, в доброжелательном отношении к нам зрителей. Но в бочку меда почему-то часто попадает ложка дегтя. Я имею в виду судейство в матчах с московскими клубами — лишь со “Спартаком” оно было нормальным. А во встрече с “Локомотивом” оказалось предвзятым. Разумеется, в пользу наших соперников. Венцом же тогда стал незасчитанный мяч, правильно забитый в ворота москвичей Гордеевым, что, кстати, позже признала специальная комиссия. Остались мы недовольны судейством даже дома в игре с торпедовцами. Ну а то, что произошло в воскресенье на “Динамо”, не укладывается ни в какие рамки. У меня складывается впечатление, что определенная группа людей хочет доказать нам, что главное в футболе — это не тренировки, не подготовка, все это, мол, ерунда; поэтому, сколько бы мы ни тренировались, все равно останемся на “своем” месте — каждый сверчок, по их мнению, должен знать свой шесток. И будет так, как они захотят. Это абсолютно бесперспективная для российского футбола ситуация. И пока руководители не только не поймут этого, но и не примут меры борьбы с этими людьми и их помощниками судьями, российский футбол по-прежнему будет на мировых задворках. Арбитрам, безусловно, надо платить, причем немалые деньги, — и это я говорил неоднократно, — но только официально. Возможно, они тогда перестанут считать, что клубная касса должна быть основным источником их доходов. Мы подали протест на судейство матча с динамовцами, хотя и понимали, что шансы на положительный результат, на официальное признание вины арбитра у нас мизерные. Но никто не лишил меня права высказать все, что я теперь думаю о Лапочкине. Он негодяй! И я готов это доказать в суде”.
Ежегодно всплывает вопрос, например, о том, что некоторые судьи за необъективное судейство получают от клубов деньги, причем такие, какие многим из нас и не снятся. Помнится, несколько лет назад тогдашний главный тренер новосибирского “Чкаловца”, слабо выступавшего в первом дивизионе, Леонид Шевченко неудачную игру команды объяснил в первую очередь судейскими ошибками, тем, что клуб перестал платить арбитрам. Сейчас Шевченко возглавляет судейскую коллегию, и трудно поверить, что он, поварившийся много лет в тренерском котле, постоянно сталкивавшийся с судьями по другую сторону “баррикад”, не знает, кто есть кто в его ведомстве, кто честен, а у кого рыльце в пушку. Но знать — это одно, а принимать решительные меры — совершенно другое. Как говорят в Одессе, это две большие разницы.