Одним из героев первого тура второго круга стал полузащитник новороссийского “Черноморца” Александр Призетко, забивший гол в ворота “Динамо”. Лишь ответный мяч хозяев в самой концовке матча не позволил оказаться ему победным.

МОГЛИ ОДОЛЕТЬ
“ДИНАМО”
— Результат матча с “Динамо” закономерен?
— В целом я считаю, что да. Однако исходя из того, как развивался матч, мы могли и выиграть. Но в самой концовке немного не повезло, когда не успели прикрыть нападающего “Динамо”.
— А качество игры “Черноморца” вас устроило?
Не очень. Были ошибки у игроков во всех линиях. Много недорабатывали. Возможно, сказывались ответственность и усталость.
Про Александра Призетко ходит слава, что он игрок капризный, даже скандальный. Часто меняет клубы, почти каждый раз дело доходит до КДК. Некоторые газеты в связи с этим обвиняли его в рвачестве. Вот и в начале этого года поехал на сборы на Кипр с одной командой, а вернулся с другой. Никак опять за длинным рублем погнался… Одно только непонятно: почему при всей его скандальности за Призетко охотятся многие сильные клубы? Почему в разных командах товарищи избирали его своим капитаном? Так было в Тюмени, Туле, теперь вот в “Черноморце”. Что-то все-таки не вяжется. Но что?

РУГАЮСЬ С ЛЮДЬМИ, КОГДА СОЗНАЮ
СВОЮ ПРАВОТУ
— Да, много я от футбола “урвал”, — усмехается Александр. — Из Москвы уехал, махнув рукой на квартиру, которая была положена мне по контракту. В Тюмени оставил все свои премиальные. А когда уходил в прошлом году из “Арсенала”, мне такие большие деньги предлагали, чтобы остался, вы себе даже не представляете.
— Выходит, вы всю жизнь от денег убегаете?
— Нет. Просто не терплю, когда со мной поступают нечестно, несправедливо. Жаль, конечно, всех этих материальных потерь, не помешали бы лишние деньги в доме. Но у меня принцип такой: раз пошел, должен идти до конца. А насчет моей скандальности… Я вступал в конфликты, ссорился с начальством лишь тогда, когда эти люди были не правы.
— Больную тему задели. Давайте немного от нее отвлечемся. Расскажите, пожалуйста, как вы начинали?
— В 7-м классе я приехал из Измаила в Одессу и поступил в СДЮСШОР “Черноморец”. А через год получил тяжелую травму паха. Тренер тут же поставил на мне крест. Вернулся, убитый горем, домой. Об этом узнали в Харькове, они, оказывается, давно за мной наблюдали. Приняли в харьковский спортинтернат безо всяких экзаменов и проверок, хотя конкурс туда был человек 15—20 на место. Здоровье поправил. После окончания интерната начал играть в харьковском “Металлисте”. Застал еще высшую лигу союзного чемпионата. Отыграл в высшей лиге два сезона, и оба раза становился лучшим бомбардиром команды, хотя и выступал на месте полузащитника. А в 1993 году меня пригласили в киевское “Динамо”. Меня и раньше туда звали, но в первый раз клубы между собой не договорились. Играл в Киеве до 1995 года. В первом сезоне забил семь мячей, больше меня отличились только Леоненко и Шкапенко. Посчастливилось поиграть и в Лиге чемпионов. Провел все шесть матчей в сезоне-94. Встречались и с “Баварией”, и с “ПСЖ”, и с московским “Спартаком” (его мы, кстати, победили со счетом 3:2). Потом я ушел из Киева. Ситуация сложилась так, что привезли очень много игроков, и я уже не видел для себя постоянного места. А до этого у меня был разговор с Леонидом Ткаченко. Он тогда “Балтику” тренировал. И он посоветовал: “Езжай играть в Россию”. Тогда я обратился к генеральному директору клуба Суркису, чтобы меня отпустили. А до этого у меня был конкретный разговор с тренером “Зенита”, который специально в Киев приезжал. Питерцы уже на меня и визу оформили для поездки на сборы в Израиль. Но киевляне за меня такую сумму заломили, что руководство “Зенита” только руками развело. Наконец-то “Динамо” подыскало российский клуб, который был готов меня выкупить. Им оказался “Динамо-Газовик”. Согласился с удовольствием, потому что там тогда играло еще четыре человека из Киева. В Тюмени я провел два с половиной года. А потом пригласили в столичное “Торпедо”. Все поначалу складывалось хорошо, до тех пор, пока Тарханова не сменил Иванов. В моем контракте был такой пункт: “В случае ухода Тарханова футболист Призетко становится свободным агентом”. Это, видимо, Иванову и не понравилось. Началось настоящее гонение. Тогда я плюнул и на обещанную квартиру, и на все остальное и уехал домой. Полгода вообще нигде не играл, остался почти без денег. И тут позвали в Тулу. Я знал, что в этом городе к футболу особое внимание. Построили прекрасный стадион, базу, игроков подбирали только по именам, задачу поставили одну: выход в высший дивизион. Начала наша команда очень даже неплохо. Но каково же было удивление, когда через некоторое время все обещанное нам, футболистам, забыли! Денег мы почти не получали, играли просто ни за что. Команда распадалась на глазах. Я как капитан не мог оставаться в стороне от всего этого. Как меня ни уговаривали, какие блага ни предлагали, я тоже написал заявление об уходе и уехал домой. Потому что, поддайся я на все эти посулы, возьми деньги, поступил бы по отношению к остальным ребятам непорядочно. Как бы я потом им при встрече в глаза смотрел?

КАПИТАН ОСТАЕТСЯ КРАЙНИМ
— Ну а в отношении последнего скандала, когда вы на Кипре из “Факела” в “Черноморец” “перебежали”?
— “Факел” давно меня к себе звал. Но они тоже не очень-то красиво поступили: обещали одно, а в контракте увидел совсем другое. А когда просмотрел контракт, предложенный “Черноморцем”, не раздумывал ни минуты: все в нем было четко и ясно. И если в путаном соглашении с “Факелом” я толком не мог разобраться дня два-три, то этот подписал за пять минут. Я просто сразу понял, что в Новороссийске все намного серьезнее. И думаю, что в своем выборе не ошибся.
— Не удивило, что вас сразу же выбрали капитаном в новороссийской команде?
— Это было довольно неожиданно. Хотя, знаете, я не очень-то в капитаны рвался. Убедился на собственной шкуре, что все шишки в случае чего падают на капитана. Он всегда крайним остается.
— Неудача в матче с “Ростсельмашем” на вас сильно подействовала?
— Еще бы. Целую неделю сам не свой ходил. Ведь забей я пенальти, уверен, нам удалось бы додавить ростовчан, вырвать у них победу. А тут еще одна неприятность: в следующем матче с “Аланией” меня заменяют уже в первом тайме. Такое состояние было, что на игру с “Ураланом” выходить не хотелось. Ведь что люди могли подумать после всего случившегося? Минут 15—20 в той игре чувствовал себя на поле отвратительно. Ни ребят не мог, как обычно, завести, ни сам раскрепоститься. А потом все как-то само собой пошло. Заиграли, забегали. Все проходит, и обиды в том числе.
— Как вы считаете, “Черноморец” сможет удержаться на столь высоком месте?
— У нас такой чемпионат, что если на каждый матч мы будем выходить с таким же настроем, как сейчас, сохраним такую же физическую и моральную готовность, я считаю, “Черноморец” свое место в первой шестерке сохранит. А если расслабиться, можно упасть и на 12-е место, и ниже. Явных аутсайдеров в высшем дивизионе сейчас нет.
— На ваш взгляд, “Черноморец” достаточно укомплектован для того, чтобы занять высокое место?
— Укомплектована-то наша команда сейчас неплохо. Но вы знаете, вот Лева Майоров игру пропускал из-за перебора карточек, Алик Догузов травмировался, и это не может не сказываться на игре. А ведь бывают такие ситуации, когда сразу по 3—4 игрока из-за травм и карточек из строя выбывают. Поэтому, думаю, во время дозаявок “Черноморцу” не мешало бы обзавестись еще двумя-тремя добротными футболистами.