Технический директор “Спартака” Александр Шикунов рассказал не только о технологии спартаковской селекции, но и раскрыл некоторые секреты футбольного трансферного мира.

— Последний день дозаявок выдался очень напряженным, — говорит Александр Юрьевич, — но все позади. Можно вздохнуть полной грудью. Сорок суток дозаявочной кампании пролетели, как одни. Очень жаркий был период во всех отношениях. Пришлось поноситься, попереживать. Один только Новороссийск, в который я особенно часто летал, столько сил и времени отнял, что страшно подумать. Но это естественно, ведь просто так ничего не бывает. Переход Чуйссе дался с наибольшим напряжением сил. Да и вообще работы было невпроворот. Людей надо было посмотреть, поговорить с их агентами, тренерами, с самими футболистами. С первой попытки мы никого не смогли заполучить. Где мы только не появлялись, у нас сразу же на хвосте оказывались наши конкуренты, которые и цену перебивали, и игроков из-под носа увезти пытались. Трудно было, но считаю, что мы с поставленной задачей справились.
— Лишь с Мандрыкиным вышла промашка.
— Да, с Вениамином тяжелей всего пришлось – мы шли, шли, но нам не хватило всего шага. Вот от этого я испытываю разочарование. Но по окончанию сезона мы вернемся к Мандрыкину, который и сам хочет в “Спартак”. В пятницу мы разговаривали с первыми лицами “Алании”, вследствие чего можно надеяться на успешное разрешение вопроса.
— С Бесчастных получилась такая же история, как и с Мандрыкиным?
— В ситуации с Володей от нас вообще ничего не зависело. У нас не было ни шанса, поэтому винить себя не стоит. Там все решал президент “Расинга”, опираясь на свои интересы. Если бы он надумал продавать Бесчастных, то уверен, мы бы нашли общий язык.
— А с динамовцем Гусевым почему не вышло?
— Мы хотели закрыть правый фланг полузащиты и, в первую очередь, попробовали заполучить Гусева, но руководство “Динамо” сразу же заявило, что Ролан не продается. Можно было бы предложить динамовцам такую сумму, что они бы не устояли. Но таких денег у нас не нашлось.
— На Левицкого нашлись…
— Да, и сам Максим хотел в “Спартак”. Но когда поступило предложение из Франции, он передумал. Подошел, извинился. Сказал, что в “Сент-Этьене” — фантастические условия. Переубедить вратаря мы уже не смогли.
— Были ли еще какие-то упущения?
— Нет. На всех направлениях, по которым проводилась работа, за исключением вратарской позиции, мы своего добились. Я удовлетворен.
— Сколько человек помимо вас занимается трансферной политикой “Спартака”?
— Я один, больше никто.
— Значит, доверие со стороны Романцева к вам неограниченное?
— В этом отношении Олег Иванович мне полностью доверяет. Он указывает позиции, на которые ему нужны игроки, называет качества, которыми они должны обладать, например скорость. На основании этого я начинаю работать. Появляются варианты, я их довожу до Романцева. Если вдруг какой-то клуб претендует на наших игроков, то я об этом также сообщаю Олегу Ивановичу – и он дает или не дает добро на продажу. В дальнейшем он в это не вмешивается, и мы с Юрием Владимировичем Заварзиным занимаемся, в том числе, и финансовой стороной.
— Насколько вы вольны во время переговоров распоряжаться деньгами?
— Изначально Олег Иванович говорит, что желательно с покупкой такого-то игрока уложиться в такую-то сумму. Это служит неким ориентиром. Однако если этого сделать не получается, то я звоню Романцеву и называю другую цену. В такой ситуации Олег Иванович отвечает: “Решайте сами, если есть возможность, то добавьте до нужной суммы”. И мы с Заварзиным уже ищем возможность, как добавить. Как что достигается, Олега Ивановича не касается, у него своих дел хватает. Главное для нас — решать те проблемы, которые испытывает Романцев. Были затруднения с передним защитником, и мы нашли Хизанейшвили.
— В приглашении грузинского футболиста есть элемент случайности?
— Почему? Это обычное дело, когда нам звонят и предлагают игрока. На нас выходят люди со всего постсоветского пространства, рекомендуют разных спортсменов. Наша задача — из всего этого потока выбрать действительно классных футболистов. Для этого приходится смотреть несчетное количество матчей разных чемпионатов и дивизионов.
— Действительно ли цены на российских футболистов гораздо выше, чем на украинских, и уж тем более на югославских?
— Какой-то четкой тенденции нет. Все зависит от уровня игрока. Например, для нас самым дорогим оказался латыш Штолцерс, хоть мы и взяли его только в аренду. Что касается югославов, то да, это средний недорогой материал, так же, как и бразильцы. Имеются в виду относительно посредственные игроки, так как сильный югослав или бразилец в Россию ни за что не поедет.
— Значит, разрекламированный игрок сборной Бразилии Лопес – муляж? Или это исключение из правил?
— Лопес – высококлассный футболист. Считаю, это везение, что нам его предложили. К тому же если Лопес у нас не заиграет, то по специальному пункту соглашения мы можем обменять его на любого другого игрока, находящегося в распоряжении тех агентов и стоящего примерно такие же деньги. А это достаточный выбор. Но я надеюсь, что этого не произойдет. Когда мы брали Лопеса и Маркана, мы долго обсуждали с тренерами команды их перспективы в “Спартаке”. Да и потом, это не те бразильцы, которых в Россию привозили раньше. Это игроки!
— Болельщики выражают недовольство тем, что “Спартак” расстался с большой группой молодых футболистов.
— В этом нет ничего такого. Они и раньше не проходили в основу, а теперь-то, с приглашением новых игроков, они и подавно бы прочно засели на скамейке. А они молодые – им нельзя сидеть. Да и потом, с тем же “Сатурном” у нас прекрасные отношения и не исключено, что, к примеру, Бузникина и Мора мы когда-нибудь вернем.
— Вы говорили о том, что команду покинет Писарев. Однако Николай остался.
— Те предложения, которые поступали, ни его, ни нас не устраивали. Николай к осени раскочегарится и он еще нам поможет.
— И напоследок о планах на будущее.
— Вчера мы закончили один этап дозаявок, сегодня приступаем к другому. Будем искать сильных футболистов, чтобы зимой капитально укрепиться. Мы смотрим в будущее, и это касается не только основной команды, но и дублеров, и школы.
— Чувствую, что вы серьезно взялись за дело.
— Я раньше занимался в “Спартаке” финансами, но в феврале Олег Иванович попросил меня переключиться на селекцию. Вот и занимаюсь, отдавая работе всего себя. И мне это нравится.