Полузащитник испанской “Сельты” Александр Мостовой вновь приехал в сборную не до конца восстановившимся от травмы, тем не менее на этот раз принять участие в игре он сможет. По крайней мере, сам футболист к этому очень стремится. Матчем с Израилем Александр надеется начать новый, куда более счастливый этап в своей карьере игрока национальной команды России.


РЕВАНШ У ИЗРАИЛЯ —
ХОРОШИЙ СТИМУЛ
— Сборная — ваша вечно кровоточащая рана. Никак вы не можете занять в ней свое законное место. Вы ведь могли сыграть на шести крупнейших соревнованиях сборных: на чемпионатах мира и Европы. Но каждый раз находились какие-то причины, не позволяющие вам себя проявить. С возрастом такие неудачи стали переносить спокойнее?
— Да, действительно так получалось, что каждый раз какая-то нелепая причина мешала мне или поехать на крупный турнир, или там себя проявить. Десять лет своего самого расцвета в плане сборной ушли впустую. Я ведь еще в 1990 году мог поехать на чемпионат мира — шансов у меня было не меньше, чем у Игоря Шалимова. Но Лобановский меня не позвал. Тогда еще очень много защитников у меня было, которые не понимали, почему я остался за бортом сборной. Мне, конечно, было очень обидно. Да, в принципе, любого футболиста такая ситуация заденет за живое. Но я тогда себя успокаивал: “Да я молодой, у меня еще вся жизнь впереди”. Но годы шли, а это “впереди” никак не наступало. Все было как-то странно. Вроде играешь, все хорошо, но в нужный момент тебя то в состав не ставят, то микротравмы выбивают из строя.
Наибольшие же надежды связывал с 1994 годом, думал, в Америке себя покажем обязательно, но, съездив туда на мировое первенство, так и не понял, что мы там делали. Ни один футболист тогда не знал, что от него требуется, мне даже и вспомнить о той поездке нечего. Досадно было. С возрастом же все неудачи стал переживать гораздо спокойней, потому что понимаю: переживай не переживай, а поезд-то уже ушел. Но ничего, я пока бутсы снимать не собираюсь, у меня еще есть шанс добиться чего-то существенного со сборной.
— Но, судя по последнему году, ваше невезение как игрока главной национальной команды усилилось. Как Романцев вас приглашает, вы обязательно получаете травму и за сборную не играете.
— Я даже слов для объяснений найти не могу. Какой-то зловещий рок. Но не может же он длиться вечно. Надеюсь, что та травма, которую я только что залечил, будет последней. Надеюсь, что в среду смогу выйти на поле “Лужников” — очень хочется взять реванш у Израиля.

МИР ПЕРЕВЕРНУЛСЯ
— Если вернуться к вашей карьере. В чем еще вы видите причину того, что она не получилась яркой? Вы явно не реализовали свой потенциал.
— Не встретилось мне футбольное “сорте” — “счастье” по-русски. Вот взять нынешнее время. Сейчас нет таких футболистов, как Марадона, которые в одиночку могут выиграть матч, слишком много посредственностей. Посмотреть на те же “Реал” с “Барселоной”. Что, там много по настоящему сильных футболистов? Рауль хороший игрок, один из лучших, но, если он получает около 7 миллионов долларов в год, значит, он должен быть безупречным во всем, а он пенальти забить не может и отправляет испанцев с чемпионата Европы. Другой бы, чей годовой доход в сотни раз меньше, подошел бы и забил. Так что разве являются деньги и слава реальным отражением силы футболиста? А взять хотя бы Бекхэма. По футбольным меркам в нем нет ничего особенного. Разве Валера Карпин хуже этого скандального англичанина? Да лучше, причем гораздо. Просто Бекхэм играет в “Манчестере”, где невозможно не быть звездой, а поставь его в “Сельту”, да еще не в эту, а ту, что была несколько лет назад, когда каждый играл кто в лес, кто по дрова, вот я бы на него посмотрел. Сегодня таких Бекхэмов по нескольку человек в каждой команде. Просто эти люди вытащили свое “сорте”, из них сделали звезд. Да и деньги они получают такие, что я порой испытываю шоковое состояние. Вот был у нас в “Сельте” Марио Турдо, который к нам пришел и не знал, как мяч можно остановить. Мы играли в квадрат, на его технику смотреть было страшно. В прошлом сезоне он сыграл десяток игр, что-то забил, и его купил “Рейнджерс” за 15 миллионов долларов. Я вообще не понимаю, что происходит. Что это? А Фигу разве стоит таких сумасшедших денег? Да, он классный футболист, но не до такой же степени! Не может быть такой фантастической разницы, ведь футбол — командная игра. Если Рауль и Фигу стоят этих огромных денег (к слову, годовой бюджет “Сельты” около 40 миллионов долларов, что в полтора раза меньше стоимости одного только португальца), то пусть они против нас вдвоем и играют.
За последние несколько месяцев мир перевернулся. Любой нормальный футболист находится не в своей тарелке, и я в том числе. Знаете, как задевает: неужели эти монстры, получающие в десятки раз больше, действительно настолько сильней меня? Я-то осознаю, что ничего подобного. Но все же...
С другой стороны, в Испании существует такое понятие, как “абровичере” — “поймать момент”. Сейчас этот момент многие и ловят, поднимают себе цену. Вот совсем недавно Ривалдо подписал новый астрономический контракт. Ладно, с этим я согласен, Ривалдо почти великий, но не золотой же.
— Тем не менее вы-то себя звездой ощущаете?
— Как себя можно ощущать звездой, если я играю в Испании, но не в “Реале” и не в “Барселоне”, а “настоящие звезды” только там. В “Сельте” это невозможно. Конечно, в Виго меня знает каждый, к любому подойди на улице и спроси, кто такой Мостовой, ответ будет исчерпывающим. Но вместе с тем такого ажиотажа, сумасшедшего футбольного бума, как в Мадриде, в Виго нет и, наверное, никогда не будет. Можно прибегнуть к примеру Макелеле, который пришел в “Сельту” по моей рекомендации. Игрок он хороший, но в Виго к нему особого интереса не проявляли. Все было спокойно. Как француз подписал контракт с “Реалом”, вокруг его персоны началось такое, что и словами не передать. Чем-то эту ситуацию можно сравнить с Россией, где настоящей звездой можно стать только в “Спартаке”, в провинции же такого признания не завоюешь. Взять для примера Штолцерса, про которого я ни разу не слышал до тех пор, пока он не надел красно-белую футболку. Теперь же только о нем и говорят.
— Судя по всему, вы в курсе всех спартаковских дел.
— “Спартак,” как первая любовь, не забудется никогда. Я провел в нем пять лет и вот уже десять лет неотрывно за ним слежу. Интернет, газеты, друзья, родители помогают мне владеть информацией.
— Эта информация позволяет вам сделать прогноз на чемпионство?
— Да, я думаю, что “Спартак” вновь завоюет “золото”. Он слишком высоко поднял свою планку, и у него, по сути, теперь нет другого выхода.