1 сентября исполнилось бы 55 лет олимпийскому чемпиону Гренобля-68, защитнику с самым могучим в конце 60-х броском на планете Виктору Блинову. К сожалению, его звезда угасла, так и не успев по-настоящему озарить своим светом хоккейный небосклон. Он умер в 22 года. На тренировке… Сегодня в 14.00 на могиле Блинова на Ваганьковском кладбище соберутся его товарищи, наши славные ветераны и отдадут дань памяти выдающемуся таланту.
ЧЕЛОВЕК БОБРОВА
После окончания Олимпийских игр в Гренобле Анатолий Фирсов, признанный лучшим нападающим хоккейного турнира, делясь на страницах еженедельника “Футбол-хоккей”, воскресного приложения к “Советскому спорту”, своими впечатлениями о “золотой” команде, назвал Виктора Блинова верным товарищем, лишенным эгоизма человеком, на которого можно положиться. И добавил: “Его характер еще не вполне устоялся, но задатки у Блинова прекрасные. Как у хоккеиста, у него тоже огромные возможности”. Спустя пять месяцев Блинова не стало. Диагноз врачей: “острая сердечная недостаточность”.
Виктору было 16 лет, когда его включили в состав омского “Спартака” (тренер Владимир Кукушкин), выступавшего в классе “А” (18-е место среди 20 клубов). В год дебюта он забросил одну шайбу, к которым в двух последующих чемпионатах 1963 и 1964 годов добавил еще пять и семь (к тому времени омская команда стала называться “Аэрофлотом”). Одним из партнеров Блинова тогда был его ровесник Юрий Шаталов, ставший в 1974 году чемпионом мира и Европы.
В начале 1964 года, в разгар хоккейного сезона, на тренерский мостик московского “Спартака” вместо Бориса Афанасьева поднялся Всеволод Бобров. Он не скрывал намерения пойти на штурм бастиона под названием ЦСКА. Тогда “Спартак” комплектовался исключительно за счет москвичей, выходцев из его знаменитой школы на Ширяевке. Но при всем уважении к питомцам Александра Игумнова, заслуженного тренера СССР, Бобров полагал, что поломать гегемонию армейцев с помощью лишь доморощенных спартаковцев — задача крайне трудная, если не сказать, невыполнимая.
Летом 1965 года в “Спартак” пришли Александр Мартынюк (из “Крыльев Советов”), Владимир Мигунько и Евгений Зимин (из московского “Локомотива”). А самым первым, кого принял Бобров в команду, которую он привел в 1967 году к золотым медалям, был Виктор Блинов. В Омске, куда молодой Бобров попал в эвакуацию с одним из ленинградских заводов и где он был призван в армию и стал курсантом местного интендантского училища, его долгие годы считали своим воспитанником. За его карьерой сначала игрока, а потом тренера внимательно следили. Еще были живы многие люди, в войну работавшие рядом с Бобровым, или его партнеры по выступлениям на стадионах сибирских городов. Один из них — Михаил Зайцев — настойчиво рекомендовал Боброву Блинова. Эту фамилию называл Всеволоду и его многолетний партнер Евгений Бабич, на короткое время улетавший в Омск тренировать “Аэрофлот”.
Аркадий Чернышев однажды в связи с перемещением Блинова в Москву писал: “Многолетний тренерский опыт убеждает меня в том, что способные игроки с периферии (я имею в виду хоккейную периферию), попав в сильную команду, сразу получают возможность раскрыть свое дарование. Валентин Кузин из Новосибирска никогда не стал бы олимпийским чемпионом, если бы в свое время не перешел в московское “Динамо”. Хоккейный мир никогда не узнал бы Николая Сологубова, если бы тот остался в хабаровском СКА. Правильно поступили руководители московского “Спартака”, пригласив из Омска Виктора Блинова”.
ЗАЩИТНИК НОВОГО ТИПА
Уже в первой игре за “Спартак” (5 октября 1964 года) сибиряк поразил ворота. А всего в первом своем первенстве страны он забросил 5 шайб. В следующем чемпионате СССР — 7. Примечательно, что в том и другом случае такой же результат показывал еще один ровесник Виктора — Александр Якушев, нападающий!
Аркадий Чернышев и Анатолий Тарасов, неохотно называвшие молодых хоккеистов кандидатами в сборную СССР, если те не из их клубов (“Динамо”, ЦСКА), были вынуждены обратить внимание на смелого, азартного защитника “Спартака”. 26 февраля 1965 года Виктор Блинов впервые сыграл за сборную СССР, которая в Москве встретилась со сборной Канады, направлявшейся в Финляндию на чемпионат мира. Наши ребята победили — 5:1. Через день была ничья в тех же Лужниках — 3:3. И опять играл Блинов.
Особенно грозно атаковал Блинов в чемпионате СССР 1967 года, который закончился победой дружины Всеволода Боброва. Виктор и его напарник Алексей Макаров забросили по 17 шайб. Такого показателя тогда не оказалось ни у одного защитника в нашем хоккее.
В некоторых командах, с которыми встречался “Спартак”, тренеры давали подопечным наказ держать Блинова, будто речь шла о форварде. В спартаковце виделся игрок нового типа, воплощавший черты идеального защитника в современном хоккее.
Но в сборную страны Блинова приглашали редко (в памятном для него и “Спартака” 1967 году он провел всего 8 матчей, да и то товарищеских). Трудно было ему рассчитывать на место в сборной СССР, обладавшей как никогда мощной защитой, сильнейшей в мире (Александр Рагулин, Эдуард Иванов, а потом Владимир Брежнев, Виктор Кузькин и Виталий Давыдов при пятом, как в то время было принято, игроке обороны Олеге Зайцеве). К тому же до слуха Чернышева и Тарасова доходили известия, что Блинов иногда был не в ладах с режимом.
СГУБИЛА ВОДКА
Лишь в сезоне 1968 года, последнем в его жизни, Виктор Блинов твердо оказался в сборной СССР. Он стал олимпийским чемпионом, чемпионом мира и Европы, сыграв за главную команду страны 19 раз, проведя 10 матчей на Олимпиаде в Гренобле, где одновременно разыгрывались награды мирового первенства. Он забросил 7 шайб, включая четыре олимпийских.
Одна из них вспоминается особо. В матче со шведами при счете 2:1 в нашу пользу Блинов вклинился в оборону соперников и мощно и точно бросил. 3:1! Превозмогая усталость, шведская команда сумела под занавес матча забить гол престижа, и судьба поединка (3:2) повисла на волоске до самого конца. Не забей Блинов, еще не известно, как закончился бы тот матч…
Отправляясь в Гренобль, тренеры сборной СССР оторвали спартаковца Блинова от спартаковского звена. Они исходили из того, что зачем Кузькина и Давыдова, на протяжении пяти предыдущих победных для нас чемпионатов великолепно выступавших с тройкой Вячеслава Старшинова, заставлять наигрывать взаимодействие с другими нападающими?
Виктора определили в тройку Фирсова. И что же? Лучший наш бомбардир пытался в каждом матче вытащить на себя одного из соперников и тем самым освободить место для спартаковца, всегда заряженного на бросок. Самобытный и необычайно одаренный защитник выходил на линию огня. Очевидцы выступлений сборной СССР на протяжении нескольких лет утверждают, что более точного и сильного броска, чем у Блинова, тогда ни у кого в мире из защитников не было.
Свою первую шайбу за “Спартак” Блинов забросил в ворота “Локомотива”. Тем же соперникам 23 апреля 1968 года он забил свой последний в составе “Спартака” 36-й гол…
У Всеволода Боброва в книге “Рыцари спорта” есть такие строки: “Виктор Блинов был блестящим хоккеистом, но очень плохим спортсменом. Он чурался дисциплины. Он, несмотря на все наши усилия, нередко искал “отдохновение” в бутылке, и водка в конце концов погубила его”.
Олимпийский чемпион не дожил одного месяца до 23-летия.
НАША СПРАВКА
БЛИНОВ Виктор Николаевич,
1945—1968, заслуженный мастер спорта, защитник. В 1961—64 гг. — в “Спартаке” (Омск) и “Аэрофлоте” (Омск), в 1964—68 гг. — в “Спартаке” (Москва). Чемпион мира, Европы и Олимпийских игр 1968. Чемпион СССР 1967г. , второй призер чемпионата СССР 1965, 1966 и 1968 гг.. В чемпионатах страны провел 190 матчей и забросил 42 шайбы.