ПОЛОСА ПРЕПЯТСТВИЙ ДЛЯ РОССИЙСКИХ ЛЕГИОНЕРОВ —
ИГРОКОВ НАЦИОНАЛЬНОЙ СБОРНОЙ   &nbsp
У трех игроков российской сборной — Александра Панова, Алексея Смертина и Дмитрия Аленичева этим летом произошли перемены в футбольной жизни. Панов и Смертин, которые совсем еще недавно радовали своей игрой российских болельщиков, отправились на поиски счастья во Францию. Для них, не успевших еще окончательно освоиться в заграничной жизни, визит в сборную — несомненно, событие архиважное. Тем более пока ни тому, ни другому не удалось завоевать прочного места в основном составе своих клубов, и успешная игра за национальную команду может им в этом помочь. Так же, как и Дмитрию Аленичеву, который тоже недавно сменил прописку — из итальянской “Перуджи” полузащитник перебрался в португальский “Порту”.
АЛЕКСАНДР ПАНОВ:
Я НАЧИНАЮ УСТАВАТЬ
Нападающий сборной России Александр Панов считает, что начинать отборочный цикл обязательно нужно с победы, чтобы создать хороший задел для следующих игр. Ничья со швейцарцами для него будет расценена как неудача.
Александр БОЯРСКИЙ

— Матч со швейцарцами получится очень сложным, поскольку будет первым в отборочном цикле, – говорит Александр Панов. – Мы будем ставить перед собой одну цель – победить.
Какие проблемы вы могли бы отметить в игре нашей команды?
Не секрет, что у нас в каждой линии есть недостатки. Тем не менее я считаю, что все линии ровные и нельзя выделить какую-то одну. Главное для нас – коллективная игра.
Кого вы считаете главным соперником сборной России по подгруппе?
Мне кажется, что это неплохо выступившие на чемпионате Европы югославы. Понравились мне на том турнире и словенцы. Нельзя также сбрасывать со счетов швейцарцев.
Кто, на ваш взгляд, может стать лидером нашей команды в этом цикле?
У нас много хороших футболистов. Вот в прошлом отборочном турнире им стал Валера Карпин, может быть, он и сейчас подтвердит свой класс.
Какое отличие между нынешней сборной и той, которая заканчивала прошлый турнир?
Во-первых, там отбирались команды на чемпионат Европы, а здесь — мира. Это уже огромная разница. Надо настраиваться и собираться с первых дней на серьезную борьбу и не допускать такого старта, который был в прошлый раз. Ведь тогда мы начали играть и набирать очки, когда отрыв уже был практически нереальный. Шансов было очень мало. Сейчас же все начинается с нуля. Надо постараться сделать себе хороший задел, чтобы в будущем чувствовать себя уверенно.
Известно, что в нынешнем цикле улучшился финансовый фактор, в частности, больше стали премиальные. Это играет свою роль?
Мне кажется, что деньги никоим образом не должны оказывать влияния на игру футболистов. Мы должны защищать честь страны, а что касается денег, то многие играют за рубежом в клубах, где у них хорошие контракты.
Как вы смотрите на то, что мы начинаем на выезде, учитывая проблемы с игрой?
Действительно, у нас проблемы, но были они в товарищеских играх, а их нельзя ставить на одну ступень с официальными матчами. Могу привести тысячу примеров, когда, находясь на сборах, команда играет в один футбол, а начинается турнир – совсем в другой. Связано это с тем, что появляется более высокая ответственность, да и игра идет за те же премиальные, за очки. Уверен, что сейчас все будет иначе.
Вы чувствуете улучшение физической формы к началу отборочного цикла?
Скорее наоборот. Сезон для меня идет к завершению, ведь я провел всю предсезонку с “Зенитом” и отыграл весь первый круг. Начинаю немного уставать.
Вы сказали, что сезон для вас подходит к концу. Сможете выдержать 90 минут на поле?
Многое зависит от того, как складывается матч. Но думаю, что особой проблемой это не будет, хотя и тяжело, наверно.
Что вам известно о сборной Швейцарии?
Я не привык шпионить за соперниками, с которыми предстоит играть. Моя задача — биться на поле, а вот следить за соперниками и изучать их слабые места — это работа тренеров.
На одной из пресс-конференций Романцев сказал, что такой системы, как очко на выезде, три — дома, быть не должно, а надо побеждать в каждом матче. Вы согласны с этим?
Конечно, согласен. И начать должны уже в первом же матче на выезде со Швейцарией.
С чем вы связываете, что в последнее время у нападающих не клеится игра?
Наверное, сказывается некоторая несыгранность. Когда играешь с партнером долгое время, начинаешь его понимать с полувзгляда. А когда встречаешься с ним только на тренировках, то о полном взаимопонимании говорить не приходится. Поэтому у нас с Володей Бесчастных пока не особо клеится взаимодействие.
Правда, что нападающим вашей формации легче играть на выезде, где больше простора в нападении?
Мне абсолютно все равно, где играть, дома или на выезде. Разница лишь в том, что дома играешь при своих зрителях, а на выезде — для своей команды. Все к тому же зависит от тактики, которую выбрал тренер.

ДМИТРИЙ АЛЕНИЧЕВ:
МОЯ ЖЕНА НАЧАЛА ШЕПЕЛЯВИТЬ
У Дмитрия Аленичева нынешнее лето оказалось богатым на события. И в другой клуб перешел, и дочка родилась. Все это привело к эмоциональному подъему, который отразился и на качестве игры. Сейчас Дмитрий находится в прекрасной форме и ему вполне по силам стать заводилой нашей команды в матче со швейцарцами.
Алексей ЗИНИН
— Довольны своей нынешней португальской жизнью?
— Очень, все отлично. Правда вот, в Лигу чемпионов не попали. Мы ведь так рассчитывали на этот турнир. Вдвойне обидно то, что “Андерлехт” — команда не ахти какая. “Порту” — та посильнее. Но столько моментов не реализовали, да и судья, кстати, хорошо знакомый мне итальянец, очевидный пенальти не дал.
— Но лично вам-то себя упрекать не в чем. Вы ведь все матчи проводите на солидном уровне, да и сейчас являетесь лидером “Порту”.
— Не знаю насчет лидера, но в форме нахожусь хорошей. Голы начал забивать, что для меня самого удивительно. Даже в России я нечасто отличался. А тут уже три гола. Играю под нападающими. Неплохо взаимодействую и с игроками сборных Югославии и Португалии Друловичем и Капушо. Да и вообще мы играем в футбол. Впервые в своей зарубежной карьере попал на благодатную почву: и команда сильная, с высокими задачами, и я играю на своей позиции, и тренер мне доверяет.
— Какие требования к вам предъявляет главный тренер “Порту”?
— Он не ставит меня ни в какие жесткие рамки. Говорит, играй, участвуй во всех атакующих комбинациях команды — смещайся влево, вправо, выдвигайся вперед, отходи назад для получения мяча. Я, правда вот, в последней игре не послушался, прибежал в свою штрафную и пенальти сделал. Мы проиграли 0:2. Неприятно, но я хотел помочь ребятам в обороне.
— Приехав в главную национальную команду, сразу же смогли отключиться от клубных дел?
— Конечно. Как сейчас можно думать о чем-то другом, кроме матча со Швейцарией? Уверен, что любой из нас не разменивается на какие-то другие проблемы. Все мыслями уже в Цюрихе. Тем более не стоит забывать, что мы подходим к первому отборочному матчу не в лучшем психологическом состоянии. Ведь позади ряд невыразительных игр сборной. По этому поводу прошу болельщиков: не надо жить прошлым. Надоело на каждом углу слышать, что в этом году сборная играет плохо. Мы сами это понимаем, чувствуем свою вину, но сейчас нужно думать о будущем. А прошлые матчи необходимо вспоминать только с точки зрения вынесения правильных выводов. Тогда мы сможем на матч со Швейцарией выйти оптимально настроенными. Если выиграем, то убежден, все забудут матчи с Израилем и Германией.
— Насколько швейцарцы тяжелый противник? Знаю, что вы имеете о них более полную информацию, чем многие ваши партнеры.
— Я в прошлом году видел игру этой сборной, поскольку тогда соперником Швейцарии были белорусы, в рядах которых играл мой партнер по “Роме” Серега Гуренко. Так вот, в том матче преимущество было у белорусов, несмотря на то, что они играли на выезде. Но это вовсе не значит, что Швейцария — слабая команда. Многие ее представители играют в чемпионатах Италии, Испании. Так что победить мы можем, только если будем готовы на сто процентов.
— Есть какое-то предчувствие, что все будет нормально?
— Предчувствие такое, что не может сборная, тем более такая играющая, как наша, выступать все время плохо.
— Находясь в сборной, за эти дни успели наобщаться с ребятами?
— Для любого футболиста, выступающего за рубежом, приезд в сборную — это радостное событие, возможность увидеться и пообщаться со старыми друзьями. Мы очень много времени проводим вместе с Егором Титовым, да и с остальными ребятами много общаемся.
— Мы поговорили о футболе, давайте перейдем к вашей португальской жизни.
— В Порту снял квартиру в 50—70 метрах от океана. Плохо только то, что я пока там без семьи. К середине сентября наконец-то перевезу жену с дочкой в Португалию.
— А все это время с кем в основном общались? С Овчинниковым ?
— Нет. У него семья, и, чтобы ему не мешать, я время проводил в одиночестве. Вообще образ жизни у меня был до предела размеренный. С утра тренировка. Затем, поскольку готовить я не умею, иду обедать в ресторан. Потом два часа сна. Видеофильм. Ужин и отбой. Вот и все. Еще делал по четыре-пять звонков семье. Счет за телефонные разговоры еще не пришел, но чувствую, мне его лучше не видеть – боюсь этих заоблачных цифр.
— Так сильно скучаете по семье?
— Должен же я знать, как они там без меня? Когда ехал в сборную, не удержался, позвонил из Шереметьева Гершковичу и отпросился на полчасочка заехать домой повидать жену и дочку. Ведь уже месяц их не видел. Дочка выросла за это время, похорошела.
А вообще-то я пока все это до конца не осознал. Для этого ребенка надо видеть каждый день, а так я еще не проникся отцовством. Что это: два раза только дочку на руках держал.
— Если вы все время проводите в одиночестве да в разговорах с женой, то, наверное, в португальском языке успехов пока не достигли?
— Я его не учу. Мне помогает Овчинников, если Сереги рядом нет, то я разговариваю на итальянском – там много слов похожих. Когда приехал в Италию, засел там за учебники, нанял учителя. Здесь такого желания пока нет. Еще в “Роме”, когда я слышал, как между собой общаются тамошние бразильцы, я понял, что их язык мне не симпатичен.
А вот жена моя накупила книжек, собирается изучать португальский. Звонила, говорит, что там все на “ш”. Вот пускай “шепелявит” потихоньку, и в бытовом плане нам легче будет.
— Вы часто вспоминаете Италию. Португальский футбол вас не очень греет?
— Я там только два матча сыграл, так что пока рано делать выводы. Знаю одно, что сильно заблуждаются те, кто думает, что в Португалии можно играть на одной ноге. Во-первых, там очень много бразильцев, которые не считаются иностранцами и которые в футбол играть умеют. Во-вторых, против “Порту”, так же, как в России против “Спартака”, все выходят, как на последний бой, и бьются, не щадя ни себя, ни нас.
— После Италии, наверное, вообще трудно прочувствовать футбол в Португалии?
— Конечно. В Италии и народа на стадионе гораздо больше, и чемпионат там совсем другой. После итальянского первенства португальский чемпионат стал казаться менее ярким.
— А популярность?
— В Португалии, конечно, поспокойнее, хотя уже узнают и тоже по улицам так просто не погуляешь. Болельщики ко мне хорошо относятся.
АЛЕКСЕЙ СМЕРТИН:
ЗАБЫТЬ СЛОВО “БОЛЬ”
На таких людях, как Смертин, земля держится. И наша сборная в какой-то степени тоже. Леша готов играть на любой позиции. Несмотря на травмы и прочие сложности, он будет землю грызть для победы, отдавая всего себя и обороне, и атаке.
Алексей ЗИНИН

— Приезжать в сборную из “Локомотива” и приезжать в сборную из “Бордо” — большая разница?
— Конечно. Раньше я из дома выезжал на машине, теперь лечу на самолете из другой страны. Ощущения совершенно разные. Теперь сборная вдобавок ко всему — это еще и свидание с Родиной. Я ведь не был в России уже два месяца.
— Травма очень осложняет жизнь?
— Конечно, хотелось бы, чтобы ее не было. Она не позволяет мне полноценно сосредоточиться на игре, но я стараюсь на болевые ощущения внимания не обращать. Однако операцию все же делать придется. Вопрос в том, когда.
— А какова позиция клуба по этому поводу?
— Как таковых разговоров не было. После последнего матча я сразу же уехал в сборную. Уже по моему возвращению будем решать этот вопрос. Но я пока об этом не думаю. Главное сейчас — полноценно подготовиться к матчу со Швейцарией и сыграть как полагается.
— Не осложняет подготовку то, что позади шлейф из ряда блеклых матчей?
— Все эти негативные воспоминания надо посылать куда подальше. Иначе только себе навредим.
— О сборной Швейцарии вы знаете немного...
— Я знаю самое главное, что это сильный соперник, выиграть у которого непросто любой команде. На мой взгляд, Швейцария не в большей степени, чем Словения, и не в меньшей, чем Югославия, будет конкурировать с нами за право выхода на мировое первенство.
— Как считаете, календарь для нас удачный? Или лучше было бы начинать дома?
— Здесь все относительно. Для кого-то хуже, для кого-то лучше.
— В Швейцарии половина населения говорит на французском. Сможете пообщаться?
— Я специально узнавал: в Цюрихе не говорят по-французски, а вот в Женеве – да. Но поздороваться-то я в любом случае смогу.
— Что, есть с кем поздороваться, знаете кого-то из швейцарских футболистов?
— Это неважно. Во Франции даже с незнакомыми людьми здороваются — они очень доброжелательный народ.
— Помимо приветственных, какие первые слова выучили на французском?
— Матершинные… шутка.
— В каждой шутке есть доля правды. Что, французы много ругаются матом?
— Естественно, даже я уже кое-что знаю.
— Ну а вы-то их нашему “великому русскому” обучаете?
— А как же! Они с радостью осваивают. И стремятся познавать новые слова. Так что я их подучиваю потихонечку, но в большей степени все же сам у них учусь.
— Французы частенько вспоминают тот матч, когда мы им 3:2 сделали?
— Не особо, но помнят прекрасно. Правда, с уходом Вильтора в “Бордо” остался только один участник тех событий — Дюгарри. Но он старается на эту тему не говорить.
— А вообще как вам во Франции, в новой команде?
— Изначально легко не могло быть. Освоиться в новом клубе непросто, а в чужой стране и подавно. Очень много было сложностей. Всяких и прежде всего бытовых. Вообще все новое человеку дается непросто. Теперь же освоился. Никаких проблем нет. Другое дело, что изучение языка много энергии и сил отбирает. Я ведь не полиглот. Я и в школе никогда не отличался особым рвением к учебе. Так что сейчас мне, помимо помощи переводчика, пришлось прибегнуть к услугам преподавателя французского языка.
— Чему-нибудь удивлялись?
— Со многими вещами познакомился впервые, но до удивления дело не дошло.
— “Бордо” дает вам что-то новое или вы играете на старом багаже?
— Постоянно что-то постигаю. И думаю, что еще много полезного в этой команде приобрету.
— Поговаривали, что вами интересовались многие гранды. Не жалеете, что остановили свой выбор на “Бордо”?
— От меня вы никогда не слышали, чтобы я говорил: вот, меня зовет “Манчестер” или кто-то еще. Это все слухи. И даже если бы они были правдой, я все равно бы никогда об этом не сказал. Я считаю некорректным бравировать такими вещами. А что касается перехода в “Бордо”, я ни капли не жалею.
— Вы там на какой позиции играете?
— На привычной — опорного, с акцентом на атаку.
— В сборной не трудно перестраиваться на роль защитника?
— Нет. Я всегда всевозможные смены позиций воспринимаю нормально.
— После матча со Швейцарией вас ведь ожидают перемены?
— Да, супругу с ребенком перевезу в Бордо. Обзаведемся квартирой. И начнется новый этап в жизни.
ПОКОМЗВОНИТКОЛОКОЛ

Начинается европейский сезон. Русские команды — от сборной, через везучий “Спартак” и неудачливый “Локомотив”, до “Алании”, получившей в пользование последнюю еврокубковую путевку года, — вступают в него не радужно.
Что представляет собой национальная команда, не знает даже главный тренер. Правда, он, в отличие от болельщиков, более или менее заинтересованных, более или менее компетентных, хоть догадываться может. О сборной ему, надо сказать, догадаться даже проще, чем о “Спартаке”, — перспективы чемпиона в соответствующей Лиге радуют разве остросюжетностью: по всем раскладам “Спартаку” светит третье место, в лучшем и даже просто-таки фартовом случае — второе. Обольщаться, правда, не стоит — четвертое тоже вполне может состояться. О “Локомотиве” хочется вообще не говорить, а молчать — в память о несбывшихся надеждах…
Наш футбол начинает переживать кризис. Хотите показателей? Пожалуйста. А по каким приметам мы примечали прогресс в последние годы? В еврокубках мы стабильно страдали ни шатко, ни валко; сборная показала, что она может, но сделала это впервые лет за десять. При всем уважении к свершившей прошлогодний неправдоподобный рывок национальной команде — ведь еще и свезло нам. В прежние годы те же игроки были, и тренер тот же уже раз брался, и ничего не происходило. Так что при всем уважении — и даже еще раз: при всем-всем уважении без счастливого стечения обстоятельств никак не обошлось. И то, что в итоге обернулось стечением обстоятельств уже несчастливым, — косвенное тому подтверждение.
Приметами нашего прогресса, нами же отмечавшегося (и не без доли справедливости), был приток зрительской массы на трибуны; усложнение конкуренции во внутреннем чемпионате; прекращение, а вернее — упорядочение оттока ведущих игроков за границы. Надо сказать, приметы непрямого действия. Отток игроков мог прекратиться (или упорядочиться, тут при известном подходе разница невелика) оттого, что игроков у нас стало меньше стоящих. Зритель на трибуны? О’кей; но заметным это стало потому, что вначале на новоявленный российский чемпионат и вовсе почти никто не ходил. Конкуренция? Знаете, возможно, в чемпионате Мальдивов — тоже конкуренция. Само по себе это не показатель. Вот пару лет назад в Испании “Барселона” привезла конкурентам своим неактивным очков пятнадцать на финише, и что же это было, свидетельством кризиса? Как бы нет — на следующий год три клуба вышли в полуфинал чемпионской Лиги.
Заканчивается год — то ли последний в одном веке, то ли первый в другом. Телевидение игнорирует чемпионат. Многомерный факт, но, между прочим, существенно больше народу на стадион ходить не стало! Вал посетителей был только на нескольких играх, в остальном прогресс несуществен. Даже “Спартак” на большинстве матчей собирает такое количество болельщиков, что они производят впечатление крупинок шоколада на шариках ресторанного мороженого. Это — наш сегодняшний кворум.
Возможно, кризис — слишком сильное слово. Но Россия уже не является однозначным лидером в постсоветском пространстве. Это не мы, а Украина выставила в Лиге чемпионов вторую команду. Само по себе это еще не признак превосходства — американцы тоже первыми прогулялись по Луне, а потом у нас годами ракетные технологии воровали. Пускай это системой станет, а на данный момент это только сопоставление результатов матчей “Шахтера” и “Локомотива”. Но как же обидно, что это украинцы спасаются на последней минуте матча со “Славией”, а не мы уходили со стадиона в Лужниках неделю назад хотя бы с задранными подбородками! И хотелось бы заострить: не завидно, нет — пусть соседям будет хорошо; но отчего ж у нас-то не получается? Характер-то бывает русский, а демонстрируем его не мы: памятный гол Шевченко, теперь вот “Шахтер”, обошедший усилием воли наш “Локомотив”.
В Европе блистают Шевченко и Пахарь. Вроде бы и наши, а ведь на самом деле просто не чужие. Мы переживаем за них (хоть и не все), мы говорим (можем по крайней мере объясниться) на одном языке — но оба они (и если б только они) выросли помимо нашего сегодняшнего футбола. Как и те, на которых мы рассчитываем сегодня в предбаннике и чемпионской Лиге (Штолцерс, Хизанейшвили, Чуйссе), и в матчах сборной (опять Чуйссе). Это нормально и здорово с точки зрения кадровой политики “Спартака”, сборной, это понятно и даже приятно в данный момент жизни (мне действительно приятно, что камерунец захотел стать россиянином). Но как характеристика собственно отечественного футбольного процесса — все это негативно. Не сочтите за намек в сторону цвета кожи одного нового россиянина…
И вот еще эти многоточия в конце абзацев. Какие-то безысходные они. А я ведь не нарочно их наставил тут и там. Положение не ужасное, нет; положение вполне рабочее. Все отмеченное вовсе не значит, что наш футбол остановился в развитии — равномерно растет только кедр ливанский. И трагичного ничего нет. Мораль, кажется, только в одном: мы все-таки не великая футбольная страна. Нам все нужно изо всех сил делать — даже на месте стоять, а вперед уж двигаться — так и побольше работать. Наступает осень; вместе с ней европейский сезон. Скоро мы все про нас узнаем.