Когда Шевченко появился в лагере “Милана” в прошлом году, находилось немало скептиков, предрекавших Андрею участь его многочисленных предшественников – талантливых игроков из Советского Союза или его осколков, которые все как один не сумели получить на полях Италии признания, адекватного их таланту.
Сейчас, по прошествии года, можно констатировать, что Шевченко пробил лед недоверия. Он утвердился среди наиболее ярких звезд национального чемпионата номер один в мире. Доказал, что выходец из постсоветского пространства не является априори обреченным на вторые роли. И это наиболее значимый итог его первого сезона в серии А – более значимый, чем даже выигрыш бомбардирского соревнования.
Титул короля бомбардиров сезона-99/2000 достался Шевченко в жарком споре с аргентинским дуэтом Батистута – Креспо, которые отстали от него соответственно на один и два мяча.
— Вы ожидали, что в первый сезон в Италии забьете так много?
— 24 гола для меня самого были открытием. В Киеве такую результативность показывать не удавалось.
— Не ставили перед собой цель стать лучшим снайпером серии А?
— Первичным для меня был и остается успех команды. Я рад, что мои голы помогли “Милану” получить место в Лиге чемпионов, где мы стартовали относительно удачно, особенно если иметь в виду победу над “Барселоной” на ее поле. Жаль только, что ничья в Лидсе была упущена столь досадным образом: вратарь Дида пропустил немыслимый мяч. Фактически он себе его в ворота и забросил. Но это, уверен, не послужит нам препятствием для выхода в следующий круг. Конфуз, который мы испытали год назад, заняв последнее место в группе, больше не повторится.
— Вы признавались, что прежде чем отправиться в Италию, серьезно себя к этому готовили. Что можете сказать по итогам первого года в этой стране – совпала реальность с вашими ожиданиями или не совсем?
— Я знал, что будет трудно, но не представлял, что настолько. Речь не идет о физических нагрузках – в киевском “Динамо” они были еще выше. Футбол в Италии – это целая индустрия, игроки оказываются под колоссальным давлением. В первую очередь со стороны средств массовой информации. Выдержать это давление порой тяжелее, чем сыграть матч.
— В конце сезона вы старались избегать общения с прессой.
— Это правда. Я успел изучить нрав местных журналистов, их способность раздуть из малейшей вещи целую сенсацию. Поэтому старался не давать им повода. К тому же пока не могу сказать, что владею итальянским свободно, и это тоже заставило меня тщательнее фильтровать слова.
— Долгое время тренер “Милана” Дзаккерони ворчал, что вы не очень укладываетесь в проповедуемые им схемы игры. На вас не нагоняли тоску эти комментарии?
— Нет. Каждый из нас делает свою работу. У Дзаккерони своя точка зрения, моя работа – забивать.
— Как бы вы оценили свою работу в первом итальянском сезоне по десятибалльной системе?
— На “десятку”.
— Что можете сказать о фанатах “Милана”?
— Я был очень радушно здесь принят. И в дальнейшем ко мне относились тепло. За это моя признательность всем тиффози. Как-то был случай, когда я вышел из своего дома и увидел двух плачущих девиц. Оказывается, им очень хотелось увидеть живого Шевченко.
— Вас утомляет такое внимание? Ведь и по улице спокойно не пройдешь…
— Я вообще чувствовал себя очень усталым после прошлого сезона, и от повышенного внимания к своей персоне в том числе. Мне иногда хочется уйти туда, где никто меня не знает.
— Это правда, что вы летали летом в США с Костакуртой?
— Да, мы совершили с ним этот вояж в июне. Я очень люблю баскетбол и хотел увидеть решающие матчи плей-офф НБА.
— Готовы ли вы к тому, что начавшийся сезон будет еще более сложным для вас, чем прошедший?
— Я это отлично понимаю: защитники будут выкладываться на сто процентов в борьбе со мной. Но я люблю преодолевать препятствия.