Капитан волгоградского “Ротора” Валерий Есипов — последний из могикан состава, которому удалось в 1993 году выиграть первые в истории клуба серебряные медали. Тогда он был звеном в прочной цепи волгоградцев. Сейчас он лидер, которому порой приходится в одиночку тащить на себе весь груз, вытягивая за собой всю команду.
Сергей ХОХЛОВ
из Волгограда

ОБ УХОДЕ ИЗ КИЕВА НЕ ЖАЛЕЛ
– Валерий, в 92-м вы перешли в “Ротор” из киевского “Динамо”. Почему все-таки вы оставили столь именитый клуб, отдав предпочтение куда менее известному на тот момент “Ротору”?
– Тогда киевское “Динамо” всеми способами держалось за Леоненко, который перебрался в Киев. Дело дошло до дисквалификации. Я тоже попал под эту гребенку, поскольку воронежский “Факел”, откуда я переходил, пошел тем же путем. Играть я, естественно, не мог. И тут “выплыл” президент “Ротора” Владимир Горюнов. Он проявил такую настойчивость, что я не вытерпел и решил хотя бы просто так съездить в Волгоград – просто посмотреть на условия. Приехал, да так и остался.
– Хоть раз пожалели об этом?
– Можете не поверить, но даже ни разу не вспомнил об этом. Не было повода. Да и попал я в очень приличную компанию. Здесь было немало ребят, которых Киев бы с большим удовольствием принял в свои ряды. В какой-то мере “Ротору” можно было позавидовать. Геращенко, Веретенников, Нидергаус, Бурлаченко, Шмарко... Да что там говорить – вся команда была в полном порядке.
– Что же в ней такого было, что могло вызывать зависть?
– Во-первых, будет смешно, если я скажу, что игроки были средненькие. В классе вряд ли кому можно отказать. Во-вторых, в команде был дух, который часто потом называли “роторским”. Дух побед и великолепных взаимотношений. Я бы сказал, что он был приятен, как зимняя свежесть. Именно сплоченность привела нас на следующий год к медалям.
– А какой сезон в “Роторе” доставил вам наибольшее удовольствие?
– Однозначно сезон 96-го года. Тогда нам пришлось играть сразу на три фронта: чемпионат и Кубок России и еще Кубок Интертото. Все тогда говорили, что Интертото тяжкая обуза и она только топит. Если вспомнить, то тогда и выходило – кто там играет, тот вылетает из лиги. Мы же и там до финала дошли, и в чемпионате боролись за “золото”. Да что там говорить, мы и в финале только случайно проиграли по сумме матчей “Генгаму”, который тогда был на подъеме – до финала Кубка Франции дошел. Да и в чемпионате мы дали жару. И хотя мы остались только с “бронзой”, для меня тот сезон остается лучшим.
– А что тогда позволило “Ротору” и в Интертото выступить достаточно удачно (с тех пор только “Зениту” удалось повторить ваше достижение), и на чемпионате бороться?
– Я думаю, что сильный толчок этому дал 1995 год. Мы выбили из Кубка УЕФА “Манчестер Юнайтед”, на равных сыграли с “Бордо” (французы тогда дошли до финала Кубка - прим. авт.). То есть мы смотрелись вполне достойно с элитными клубами Европы, и это окончательно вдохнуло в нас уверенность в свои силы. Плюс ко всему и президент клуба, и главный тренер с помощниками, и областная администрация создали нам весьма благоприятную почву для работы. Тогдашнего губернатора области Ивана Петровича Шабунина можно было часто увидеть на нашей базе. Он не делал работу за нас и за Горюнова, он просто помогал. Горюнову тогда было намного легче. А в команде всегда как? Легко президенту – легко и всем остальным. Наверное, это было некоей формулой успеха.
– Сейчас вам, наверное, очень тяжело с молодыми партнерами?
– Конечно, нелегко. Но главное, мне нравится ощущение, что я нужен команде. А что касается нашей молодежи, то я уже не раз говорил, что пока ребятам не хватает спортивной наглости, уверенности в своих силах, дисциплины. Когда это появится, а оно должно со временем появиться обязательно, мы выйдем на новый, более высокий уровень. Ведь в таланте большинству наших молодых игроков отказать нельзя.

Я БЫЛ
“СЫНОМ ПОЛКА”
– Давайте оставим футбол и поговорим за жизнь. Вы женились в 19 лет. В этом возрасте далеко не каждый решается на такой шаг. Что вами двигало?
– Безусловно, шаг ответственный. Но для этого, наверное, были свои предпосылки. Еще в 15-летнем возрасте я уже постоянно был с командой мастеров Курска. Сборы, игры, все остальное. Естественно, несмотря на то, что я был “сыном полка” как малолетка, очень многое приходилось делать самому. Стирать, штопать, готовить пищу... Вероятно, четырех лет мне хватило, чтобы полностью стать самостоятельным и решиться на создание семьи. Но я-то что? Наташе было 18, а она тоже решилась! Кстати, есть такое мнение, что обычно женитьба на некоторое время тормозит развитие карьеры. У меня же получилось наоборот. Вскоре пошли приглашения в Воронеж, Киев и Волгоград.
– А как у вас с памятью? Помните, как познакомились с будущей супругой?
– Конечно, помню! В рейсовом автобусе. Ехал как обычно на тренировку по маршруту Щигры – Курск. Это примерно километров 60. Вижу, девушка красивая, ну и решился подойти, заговорить. Правда, думаю, что мое остроумие ей тогда не понравилось.
– Но она согласилась с вами встретиться?
– Ни в коем случае! С первого раза ничего не получилось. Но я проявил настойчивость и где-то с третьей-четвертой попытки о свидании договорился. Правда, прежде чем оно состоялось, меня пару раз “кинули” (смеется).
– Первая встреча прошла традиционно, с посещением кино?
– Да нет. Просто прогулялись.
– Через два года у вас появилась дочка Валерия. Назвали в вашу честь?
– Нет. Лично я в этом процессе вообще участия не принимал. Имя дала теща. Она еще Наташу так назвать хотела, но тесть с этим был категорически не согласен. В итоге теща свою давнюю мечту реализовала на внучке. Я был не против.
– Наверное, вы готовы своей жене памятник при жизни поставить?
– Да, ведь Наташа не только мать моего ребенка, но прежде всего мой самый лучший друг. Терпеть меня, особенно когда мне очень плохо – это что-то. Ведь в такие моменты от меня попадает всем. Но она терпит.
– Путь к вашему сердцу лежит через желудок?
– Это тоже присутствует. А как она готовит украинский борщ! Пальчики оближешь!
– А сами готовите? Ведь говорят, что лучшие кулинары – мужчины.
– Конечно. Особенно уху. Люблю заниматься на даче приготовлением раков с яблоками и грушами. Здесь мне Наташа может помочь только лук пошинковать или еще что-нибудь. Остальное – только сам.
– Звучит весьма аппетитно.
– Не то слово.
– Ваша дочь подрастает. Не хотели бы, чтобы она тоже стала спортсменкой?
– Если честно, то, конечно, хотел бы. Причем больше склоняюсь, чтобы это был игровой вид спорта. Гандбол, например. С удовлетворением бы воспринял занятия легкой атлетикой – бег на короткие дистанции. Но здесь в любом случае выбор будет только за ней. Она действительно подходит к тому возрасту, в котором можно будет заниматься всерьез. Вообще она очень подвижная девочка. Порой энергия из нее просто прет. Наверное, скоро надо будет ей предложить занятия спортом, но очень тонко, чтобы сразу не вызвать отрицательных эмоций.

ЕСЛИ БУДУ НУЖЕН “РОТОРУ”, ОСТАНУСЬ
– Хорошо известно, что одно из ваших сильных пристрастий – охота. Откуда это повелось?
– Моя неожиданная любовь к охоте появилась в том же 96-м году. На несколько дней приехал домой в Курск, встретился с братьями Кириченко, с которыми играл за местную команду. Они-то и предложили. В первый раз по живности не стрелял – только по банкам и бутылкам. Но зато увидел глаза охотников, когда те “завалили” зверя. И вот тут-то я и понял, как это прекрасно. Вернулся домой и буквально за два месяца и ружье себе купил, и охотничий билет оформил. А охота с тех пор стала для меня самой лучшей отдушиной.
– Если не секрет, какое у вас ружье?
– У меня их два: Иж-27 и итальянское “Бинелли”.
– А головы подстреленного зверья на стенах дома висят?
– В комнате на базе имеется голова косули.
– Почему на базе?
– База – мой второй дом. И антураж моего жилища в какой-то мере должен отражать мои привычки и характер. По зиме надеюсь вместе с нашим массажистом Евгением Трофимовым коллекцию пополнить. Кстати, Женя, оказалось, очень давно стал заядлым охотником, а я узнал только тогда, когда сам к этому пристрастился.
– О чем же мечтает охотник Есипов?
– Хочется подстрелить какую-нибудь серьезную добычу. Кабана, например.
– Толстого и жирного?
– Скорее мощного и настырного.
– И последняя тема – снова футбольная. Ходят слухи, что для вас этот сезон последний в “Роторе”. Это правда?
– До меня эти слухи тоже доходят – люди уже спрашивают. Уходить из “Ротора” нет ни малейшего желания. Если я буду команде нужен, то останусь. Но у любого игрока рано или поздно наступает момент, когда команда в нем не будет нуждаться, и к этому морально я уже готов. Если руководство посчитает, что я уже не способен ей помочь, значит так оно и есть. Вот тогда я и буду заниматься поиском нового варианта. Сейчас же пока об этом не думаю.